Пара для Рождественского Дракона - Зои Чант
— М-м-м, — пробормотал он. — Знаешь, может, он и не так уж плох. Может стать новой рождественской традицией.
Взгляд Эбигейл потух.
— Пфф, — фыркнула она. — Сладкий, подлый и отвратительный? Да, звучит как Рождество для меня. — Она отдернула руку и глубоко засунула её в карман.
Сердце Джаспера упало.
— Точно. Ты не большой поклонник Рождества, да?
— Не особо. — голос Эбигейл стал сухим.
— И совсем ничего в нём не нравится? Даже ёлки? — она покачала головой. — Носки для подарков? Леденцовые трости? Снег? Эгг-ног?
Эбигейл рассмеялась.
— Думаю, мне больше нравится версия твоего племянника. — она помедлила и затем выпалила: — Я имею в виду, это всё фальшивка, разве нет? По крайней мере, тот ног был искренне ужасен.
Джаспер поник. Его избранница не любит Рождество? Но он же Рождественский дракон. И если она ненавидит всё, связанное с праздничным сезоном, как же он должен завоевать её до своего срока?
Его связь с драконом дрогнула. Он потер руки, пытаясь скрыть внутреннее беспокойство.
— Что ж, моим грандиозным планам на свидание конец, — пошутил он.
— Планам? — Эбигейл моргнула и посмотрела на свой пустой стаканчик. Между её бровей наметилась морщинка. — Я думала… Я имею в виду, ты принёс мне это…
И ты думала, что это всё? Джаспер нахмурился. Внутри него его дракон выдохнул дым. Это было неприемлемо. Его избранница заслуживала большего, чем отвратительный напиток. Она должна была ожидать от свидания большего, чем это.
Хотя она ни с кем, кроме меня, больше встречаться не будет.
Уверенность окутала Джаспера, как тёплый пушистый рождественский свитер. Он собирался завоевать свою избранницу. У него было пять дней, чтобы сделать её самой счастливой женщиной в мире, и если она не считала это время года самым прекрасным … тогда ему придётся покорить её, не полагаясь на свои рождественские чары. Это не может быть так сложно — верно?
— Пойдём, — сказал он и провёл руку под её локоть. — Я приглашаю тебя на ужин.
***
Ужин. Легко, верно? Неверно. Куда бы Джаспер ни посмотрел, на него смотрело Рождество. По улицам лились рождественские гимны. Рестораны рекламировали специальные праздничные меню. И все эти украшения. Мишура. Гирлянды. Снежинки, модели саней, краснощёкие Санты и красноносые Рудольфы…
И рука Эбигейл в его руке.
О, начал он с того, что взял её под руку. Очень по-джентльменски и прилично. Но по мере их прогулки его рука сползала ниже — ниже — и, в конце концов, она же была без перчаток, так что это было только правильно — помочь ей согреть руку в такой холодный вечер…
В тот момент, когда его пальцы коснулись её, Эбигейл прижалась к нему. Её лицо просветлело. И теперь они шли вместе, так близко, что почти спотыкались о ноги друг друга, с её рукой в его, уютно засунутой в карман его пальто.
Они шли почти час, вверх и вниз по улицам, увешанным гирляндами и пахнущим корицей и мускатным орехом. Воздух был свежим; Джаспер был уверен, что к полуночи бумажные снежинки в витринах дополнятся настоящими ледяными кристаллами, растущими по углам стёкол. В любую другую ночь он бы наслаждался рождественской атмосферой. Но сегодня он искал «не-Рождество».
И ему казалось, он только что нашёл его.
— Вон там!
— Где?
Джаспер указал. Они были на окраине жилой части города, где рестораны и магазины уступали место домам и невысоким многоквартирным зданиям. Украшения были менее навязчивыми, но более душевными — гирлянды из серпантина и вырезанные рождественские сценки, сделанные с любовью.
За исключением одного дома.
Джаспер показал его Эбигейл. На дальнем углу следующего перекрёстка стояло двухэтажное здание. Первый этаж сверкал огнями, но верхний уровень был совершенно пуст. Ни огней, ни мишуры, ни наклеек с Сантой, ни малейшего намёка на Рождество. Просто тёмная, обычная квартира.
— Вуаля! — Джаспер взмахнул указательным пальцем, привлекая внимание Эбигейл к небольшому ресторанчику напротив этой свободной от Рождества зоны. — Видишь тот столик у окна? Благодаря хитроумному расположению уличных знаков и тому припаркованному фургону, если мы сядем там, мы не увидим ничего рождественского. Только этот неубранный дом и звёзды в ночном небе. — Он посмотрел вверх. — Ну, может, и не увидим звёзды, фонари слишком яркие для этого. Но можно помечтать.
Эбигейл странно посмотрела на него, приподняв одну бровь.
— Серьёзно? Сюда?
Джаспер театрально выдохнул.
— Мы могли бы вернуться в то место в прошлом квартале — помнишь, с группой поющих Сант…
Эбигейл содрогнулась.
— Нет, всё в порядке, просто это… — она озорно ухмыльнулась, сжимая его пальцы. — Вообще-то, это даже отлично.
К счастью, ресторан был ещё открыт, хотя было уже за одиннадцать. Джаспер глубоко вдохнул, придерживая дверь для своей избранницы. У него заурчало в животе. Он ужинал с Опал и Коулом раньше, но это было несколько часов назад.
— Здесь вкусно пахнет. Что тут готовят?
— Они… то есть, похоже, это голландская кухня. — Эбигейл улыбнулась, поджав губы, будто храня секрет. — Знаешь, я уже съела сэндвич на обеденном перерыве. Если ты не против, то это будет свидание с десертом…
— Да. Сто раз да. — его живот заурчал снова, на этот раз громче. Эбигейл хихикнула. — И чем скорее, тем лучше. Думаю, мой желудок готов устроить бунт после того нога.
Эбигейл потянула его за руку, ведя к столику у окна.
— Ого, ты прав, — весело сказала она, когда они сели. — Никаких украшений в поле зрения. Хороший выбор.
Джаспер оглядел внутреннее убранство ресторана.
— Только если ты смотришь на улицу, — сказал он, отмечая ряды праздничных венков на стенах.
— Поняла. — Эбигейл улыбнулась ему, и его сердце засияло. Это сработало. Всё будет хорошо. Он нашёл свою избранницу — и сохранит обе части своей души. Обе части себя. Ему не придётся ничем жертвовать. — Итак, что будешь заказывать?
Джаспер на секунду оторвал взгляд от неё, чтобы взглянуть в меню.
— Всё, — решил он.
***
— Это восхитительно. — Джаспер наколол ещё один поффертье — крошечный, маслянистый, пышный блинчик, посыпанный сахарной пудрой. Он поднял вилку. — Ты пробовала?
Эбигейл хихикнула с набитым ртом яблочного тарта. Она прикрыла рот рукой и проглотила, прежде чем ответить.
— О, всего штук двадцать. Пока что. Только за сегодняшний вечер.
Джаспер взмахнул вилкой с блинчиком умоляюще, и она закатила глаза.
— О, ну, раз ты настаиваешь…
Она опустила руку. Со вспыхнувшими щеками она открыла рот.
Её губы были красными и мягкими. Она облизала их, и они соблазнительно заблестели. Сердце Джаспера сжалось. Пять дней.
Он осторожно поднёс вилку к её губам и
