Заплати за любовь - Екатерина Ромеро
– Вам кого?
– Нюта здесь?
– А кто спрашивает?
Прищуривается, прикрывает дверь.
Стискиваю зубы. Бабка тот еще детектив. Очки нацепила и палит на меня, сканирует всего.
– Знакомый.
– А-а, ты, что ли, красавец? Ну-ну. Бугай ты городской, а не знакомый!
Немного охреневаю от нее напора, ну да ладно, старухе простительно.
– Нюта дома? Позови ее.
Вглядываюсь внутрь, но там темно, да и бабка как щит стоит, не пускает.
– Я тебя, бандита, в дом не приглашала, и нет тут Нютки, не рвись!
– А где она? Я спешу. Мне увидеть ее надо.
– А куда это ты так спешишь? Ты уже все успел! Торопиться не на-адо.
Складывает руки на груди, поджимает губы, а я бешусь. Достала она уже меня, вот честно.
– Бабка, не зли меня, где Нюта?!
– А чего это ты мне тыкаешь? Я тебе не бабка, окаянный, а Александра Никифоровна. Завуч, между прочим, бывший. И не надо голос на меня повышать, бандит, коль не у себя дома!
Делаю выдох, это не бабка, это Холмс в платье. Бешусь. Не знаю, почему на нервах весь. Может, потому, что Нюту не видел до сих пор. Бабка-то точно знает, но загадками говорит, вот только у меня нет времени отгадывать ее ребусы.
– Хорошо, Александра Никифоровна, где Анна?
– То-то, – кивает похвально. – В больницу поехала. Первую областную. В город ваш чертов. Знала бы – сроду не пустила бы на ту учебу ее проклятую. Я, сынок, как цветочек Нютку растила, холила, лелеяла, берегла от таких, как ты! И как тебя только земля носит, бандит!
Тыкает в меня палкой, а я напрягаюсь весь, аж спину сводит.
– Что с ней? Нюта заболела? – спрашиваю осторожно. На хрена ей в больницу? Все же было нормально. Или нет? Блядство, что я с ней сделал, у Нюты было много крови, я ее порвал или что? Она вроде сказала, что была в больнице… соврала. Так и знал, проклятье.
Бабка окидывает меня сердитым взглядом и качает головой.
– А ты, что ль, не знаешь, что с ней? Провались ты пропадом, бес окаянный! Девку мне попортил, внучку родную, а она школьница вчерашняя, еще дите дитем дурное! Посмотри на себя: бугай здоровый, взрослый, зачем ты сделал это? Неужто нормально не мог с ней, по-доброму? Нюта хорошая девочка у меня, воспитанная, прилежная, а из города приехала вся серая от горя своего! И нет на таких, как вы, управы, вам дома, машины, деньгами все своими замыливаете, а девки потом ревут в три ручья, пшел прочь!
Фыркает и с хрустом захлопывает передо мной дверь. Я же достаю сигарету и пытаюсь закурить, но на этом морозе зажигалка даже не работает. Чертыхнувшись, сажусь в машину и гоню в город. Похоже, я все же напортачил.
***
Ранее
Кажется, все же простыла от этих дырявых сапожек, потому как, проснувшись утром, едва сползаю с постели.
Мне плохо. Кружится голова, и еще этот насморк вселенский напал. Вся какая-то вялая, и спать хочется до жути. Я провожу в постели три дня, пока меня в спину Снежка к врачу не выталкивает, боясь подхватить заразу.
– Иди покажись терапевту, микробная! Давай-давай, ты простывшая – жуть!
– Мне уже лучше.
– Что-то не видно. Как бледная поганка выглядишь. Моль! Анька, иди к врачу, пусть назначит что-то. Это все твои дырявые сапоги!
– Ладно, схожу. Не кричи только. Голова болит.
Голова и правда раскалывается, и еще есть хочется. Я съела все Снежкино абрикосовое варенье с хлебом и молоком, хотя никогда до этого его не любила, а дальше больница и очередь на полтора часа. Когда я, наконец, попадаю к врачу, мне уже не хочется ничего, вот честно.
Я думаю, терапевт сейчас мне назначит какую-то микстуру, вот только она сразу направляет меня на анализы крови. Это целая проблема, потому как иголок я до жути просто боюсь и мне реально плохо, когда рядом врачи, да и вены тонкие, и это все так больно, невыносимо.
Я думала, это в детстве так было и я уже переросла, но нет. Когда у меня берут кровь из вены, мне становится дурно, и я едва не падаю. В нос тыкают что-то вонючее, и я прихожу в себя, едва выползаю из этой лаборатории, держа карточку в руках.
И вот спустя три часа я с результатами. Уже не рада, что пришла сюда.
Терапевт долго смотрит на мои анализы, а после снимает очки, окидывая меня строгим взглядом.
– Ну что там? Можете какие-то капли от насморка прописать?
– Это не насморк, Анна. Вы беременны. Срок плюс-минус пять недель. Поздравляю.
Глава 12
Ранее
– Как беременная? Вы что?
– А что глаза такие квадратные? Или не знаешь, откуда дети берутся? Поздно уже, предохраняться надо было. Вот направление на УЗИ и дополнительные анализы. Сдавай все, дальше на учет встанешь.
– Да. Спасибо.
Шмыгая носом, выхожу из этого кабинета. В общежитие не помню, как добираюсь. Все расплывается от слез, и так тошнит, что едва стою на ногах.
Жаль, Снежки нет, уехала домой на пару дней, и я в этом огромном городе одна.
Прикладываю ладони к плоскому животу. Я беременная – и не могу в это поверить. Боже, я забеременела от Викинга! От мужчины, который меня изнасиловал, а теперь и думать обо мне забыл. А мне что делать, что?
Какая-то паника накатывает, и первым делом я хватаю рюкзак, достаю ту самую визитку. Здесь есть номер Викинга. Я могла бы позвонить ему и попросить помощи. Наверное. Ну, чисто теоретически. Он же говорил ему звонить, вдруг чего. Так вот “вдруг чего” уже случилось.
Сижу у консьержки, смотрю на эти циферки на визитке и кладу телефонную трубку обратно.
Не могу я. Не могу просто. Это как же будет? Я упаду до того, чтобы вымаливать его о помощи после всего, что он сотворил со мной? Викинг меня ненавидит, какие дети, боже…
А что будет дома? Шурочка уже старенькая, у нее давление. Илюша скоро в лицей поступит и уедет, а я на что жить собираюсь? И ребенок… он же от насильника. Я никогда его не полюблю, я его не хочу.
Уже через час я трясусь в стареньком кряхтящем автобусе. Купила билет впопыхах, а точнее, позорно сбежала из этого города. Он мне не принес ничего хорошего. Одни только слезы, и права была бабушка, когда отговаривала меня ехать сюда,
