История Австралии - Ким Владимирович Малаховский
Однако австралийские предприниматели прибегали и к прямой эксплуатации коренного населения колоний, и к неэквивалентному обмену для получения весьма существенных прибылей. При этом с установлением австралийского колониального управления наиболее выгодные сферы колониального хозяйства попадали в руки нескольких компаний. Например, в Папуа Новой Гвинее действовали «Бернс-Филп» и «Карпентер». В эксплуатации колоний весьма активное участие принимали крупнейшие банки Австралии, прежде всего Банк Нового Южного Уэльса. На эксплуатации коренного населения Папуа Новой Гвинеи наживались и несколько тысяч австралийских плантаторов, целиком контролировавших товарное хозяйство территории.
Австралийские колонизаторы не принимали сколько-нибудь серьезных мер для экономического развития зависимых территорий. Они также задерживали политический и социальный прогресс. Австралийское правительство, особенно после второй мировой войны, уделяло большое внимание стратегическому положению Папуа Новой Гвинеи. Территория была включена в сферу действия АНЗЮС.
До начала 60-х годов австралийское правительство не допускало мысли о предоставлении независимости Папуа Новой Гвинее. Лишь в 60-х годах под влиянием резкого усиления освободительного движения на территории и давления со стороны прогрессивных сил, возглавляемых СССР в Организации Объединенных Наций, австралийское правительство вынуждено было начать проведение некоторых реформ в управлении территорией. Но и тогда австралийские колонизаторы не думали уходить из Папуа Новой Гвинеи. В 60-х — самом начале 70-х годов ООН приняла несколько резолюций, подтверждающих неотъемлемое право народа Папуа Новой Гвинеи на независимость. Но австралийское правительство отказывалось назвать даже приблизительную дату предоставления независимости территории. Лишь лейбористское правительство Австралии, пришедшее к власти в конце 1972 г., осуществило переход Папуа Новой Гвинеи к независимому существованию.
Но предоставление политической независимости Папуа Новой Гвинее, так же как и другим океанийским территориям, ни в коей мере не означало ухода оттуда Австралии. Напротив, в 70-х годах Австралия усилила внимание к Океании. Австралийский капитал продолжал расширять и укреплять свои позиции в этом районе.
Подобно другим империалистическим государствам, Австралия проводит в Океании неоколониалистскую политику. Австралийское правительство постоянно подчеркивает, что отношения с океанийскими государствами являются одним из важнейших направлений внешней политики страны. Австралия имеет свои представительства во всех независимых океанийских государствах. Осуществляются интенсивные контакты на уровне глав правительств, министров, парламентариев.
Австралия активно участвует в заседаниях южнотихоокеанских региональных организаций. Особое значение австралийское правительство придает участию в работе Южнотихоокеанского форума, в состав которого из империалистических государств входят лишь Австралия и Новая Зеландия.
Для закрепления своих позиций в Океании Австралия использует и региональные совещания глав правительств стран Содружества наций, в которых наряду с Австралией, Новой Зеландией, Индией, Бангладеш, Шри Ланкой, Сингапуром и Малайзией принимают участие Папуа Новая Гвинея, Фиджи, Науру, Тонга и Западное Самоа.
Австралия поддерживает и двусторонние контакты с океанийскими государствами. Так, за три года после получения независимости Папуа Новой Гвинеей Австралия заключила с молодым государством целую серию соглашений по военным, экономическим, торговым, транспортным и другим вопросам.
Во второй половине 70-х годов ежегодно происходили австралийско-фиджийские встречи на уровне министров иностранных дел, на которых обсуждались важнейшие вопросы политических и экономических отношений между двумя странами. В 1976—1978 гг. было значительно расширено австралийско-фиджийское военное сотрудничество. В 1977 г. 22 офицера фиджийских военно-морских сил проходили подготовку в Австралии; 7 кораблей военно-морского флота Австралии побывали в том же году в портах Фиджи с «дружескими визитами» и совместно с недавно созданной эскадрой кораблей фиджийского военно-морского флота принимали участие в маневрах. Углубляются и торгово-экономические связи.
Серьезные позиции австралийский капитал занимает в экономике Науру, Тонга, Западного Самоа и Новых Гебрид.
Во второй половине 70-х годов Австралия значительно увеличила размеры субсидий странам Океании. За 1976/77 — 1978/79 гг. субсидии, выделенные Фиджи, увеличились с 4,3 млн. до 8,6 млн. австрал. долл. (более чем в 2 раза); Ниуэ — с 11 тыс. до 146 тыс. (в 13 раз); островам Кука — со 176 тыс. до 507 тыс. (почти в 3 раза); Кирибати — с 260 тыс. до 2,7 млн. (более чем в 10 раз); Тувалу — с 35 тыс. до 686 тыс. (почти в 20 раз); Соломоновым островам — с 1,4 млн. до 3,4 млн. (более чем в 2 раза); Тонга — с 1 млн. до 3,6 млн. австрал. долл. (в 3,5 раза).
Финансовые субсидии Австралии Папуа Новой Гвинее и Западному Самоа за тот же период выросли соответственно со 100 млн. до 215 млн. австрал. долл. и с 3,9 млн. до 4,4 млн. австрал. долл. По соглашению от 4 марта 1976 г. Австралия выплачивает Папуа Новой Гвинее ежегодно 180 млн. австрал. долл., что составляет 37% всех бюджетных ассигнований страны. Предоставляемые средства направляются в первую очередь в те отрасли экономики, продукция которых идет на экспорт, что способствует увеличению вывоза в Австралию сырьевых товаров. Понятно, что с помощью этих все растущих финансовых субсидий Австралия получает возможность влиять как на экономическую, так и на политическую жизнь океанийских стран.
Глава VI. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ АВСТРАЛИИ В 50—70-х ГОДАХ
Одним из новых явлений в послевоенном мире стала заметная активизация Австралии в межгосударственных отношениях. До этого Австралийский Союз в международных делах оставался в тени, отбрасываемой Британской империей. Как уже отмечалось, процесс политической эмансипации Австралии, начавшийся еще в период второй мировой войны, объяснялся объективными причинами.
«Ни одна нация не может убежать от своего географического положения... и мы с этим ничего не можем сделать», — говорил в марте 1950 г. П. Спендер, являвшийся в то время австралийским министром иностранных дел. Это положение, взятое само по себе, конечно, неоспоримо. Но дело в том, что в процессе развития человеческого общества меняется оценка географического положения того или иного государства. Австралия — великолепный тому пример.
Австралийский материк все 200 лет, в течение которых он заселяется европейцами, естественно, оставался в определенном ему природой месте на земном шаре. Но как по-разному понималось его географическое положение даже за последние пятьдесят лет!
В начале нынешнего века Австралия воспринималась как страна, находящаяся вдали от мировых событий, как глухая провинция Британской империи, расположенная в неблизком окружении народов, выключенных стараниями европейских колонизаторов из общеисторического процесса. Казалось, ничто не могло нарушить спокойствия и неуязвимости ее положения. Географическая удаленность и мощь Британской империи надежно это гарантировали.
Когда разразилась первая мировая война, то ее фронты находились во многих тысячах километров от Австралии. Правда, это не спасло австралийский народ от необходимости принести кровавые жертвы во славу империи.
Два десятилетия, разделявшие первую и вторую мировые войны, существенно изменили
