История Австралии - Ким Владимирович Малаховский
Лейбористское правительство Г. Уитлема склонялось к тому, чтобы перенести границу к югу, но это вызвало ожесточенное сопротивление Квинсленда. Газета «Сидней морнинг геральд» сообщала, что в парламенте Квинсленда раздаются даже голоса, призывающие к выходу из Австралийского Союза в случае, если федеральное правительство не посчитается с мнением штата. Так возбуждающе подействовала на квинслендских бизнесменов перспектива разработок пока еще не открытых месторождений нефти и газа на севере Большого Барьерного рифа.
Позиция Квинсленда подверглась критике в австралийской прессе. Известный австралийский специалист по Папуа Новой Гвинее П. Гастине писал в «Сидней морнинг геральд»: «Уитлем и Моррисон согласны с тем, что нынешняя граница несправедлива. Сомаре готов, как кажется, пожертвовать морским дном до 10-й параллели при условии, что разработки его богатств будут вестись совместно Австралией и Папуа Новой Гвинеей».
Австралия и Папуа Новая Гвинея заняли разумную позицию в подходе к наболевшему вопросу о будущем островов Торресова пролива, писала газета «Уэст Острэйлиен» в номере от 20 января 1973 г. И Сомаре и премьер-министр согласны, что пора принять во внимание географическую реальность — у Австралии нет обоснованных притязаний на гроздь островов, близких к Папуа Новой Гвинее. Брисбену следовало бы примириться с неизбежным изменением границы, в результате которого Папуа Новая Гвинея получит принадлежащую ей по справедливости долю богатств моря и морского дна, примыкающего к ее берегу. Одновременно газета предупреждала, что независимая Папуа Новая Гвинея может обратиться с делом о границе в международный суд.
Переговоры приняли крайне затяжной характер. Австралийское правительство выдвинуло требование распространить суверенитет Австралии практически на весь пролив. А. Кики, возглавлявший делегацию Папуа Новой Гвинеи на переговорах с австралийским правительством, вынужден был сразу же прервать переговоры. «Австралия стремится сохранить положение, возникшее в результате колонизаторских действий много лет назад, — заявил А. Кики. — Правительство Папуа Новой Гвинеи предпринимает необходимые действия, чтобы защитить интересы страны».
В течение 1976—1978 гг. состоялось еще несколько встреч министров иностранных дел Австралии и Папуа Новой Гвинеи. 5 мая 1978 г. министры договорились о принципах, на основе которых должен быть выработан проект договора о морской границе между двумя странами в Торресовом проливе. 25 мая этот документ был представлен на рассмотрение парламентов Австралии и Папуа Новой Гвинеи. В нем говорилось, что Австралия признает суверенитет Папуа Новой Гвинеи на ряд островов, расположенных в проливе, но на большинство островов по-прежнему будет распространяться юрисдикция Австралии.
Переговоры продолжались и дальше. В конце 1978 г. договор был подписан правительствами обеих стран. Обсуждение текста договора в австралийском парламенте вызвало острые дебаты, что затянуло его ратификацию до 1980 г.
События, происшедшие в Папуа Новой Гвинее после предоставления ей самоуправления, показали, что страна, несмотря на все трудности, может и должна стать независимой и что, чем скорее наступит этот день, тем здоровее будет новый государственный организм. В послании по случаю первой годовщины предоставления стране самоуправления М. Сомаре писал: «Год назад многие думали, что самоуправление пришло слишком быстро, но мы успешно со всем справились, и сейчас до независимости — лишь один шаг... Мы взяли под свой контроль большинство государственных органов... 1974 год был годом, в течение которого мы занимались обсуждением конституции и рассмотрением нужд народа. И, наконец, что очень важно, — это был год быстрого экономического подъема... В это время в будущем году мы сможем сказать самим себе: нация стоит на своих собственных ногах и занимает принадлежащее ей по праву место в семье народов».
Проект конституции страны был окончательно одобрен Палатой ассамблеи 15 августа 1975 г., а за 2 месяца до этого, 18 июня, палата приняла решение провозгласить независимость страны 16 сентября 1975 г. Правда, оппозиция настаивала на другой дате — 1 декабря 1975 г., но большинство депутатов отвергли это предложение. В конце августа 1975 г. палата представителей австралийского парламента приняла закон о предоставлении независимости Папуа Новой Гвинее. У. Моррисон, передавший по поручению правительства закон на обсуждение парламента, заявил, что с 15 сентября 1975 г. Австралия перестанет быть колониальной державой.
За две недели до предоставления независимости Папуа Новой Гвинее провинциальные власти Бугенвиля объявили остров независимой Республикой Северных Соломоновых островов. Лидер провинциального правительства А. Сарей потребовал от Папуа Новой Гвинеи помощь в размере 50 млн. австрал. долл. В случае же отказа он угрожал наложить секвестр на медные рудники международной компании «Бугенвиль коппер лимитед». Он потребовал также, чтобы компания платила налоги правительству Бугенвиля, а не Папуа Новой Гвинеи.
Действия бугенвильских сепаратистов не получили поддержки ни у правительства Австралии, ни в Совете по опеке ООН. Совет по опеке, выслушав речь представителя Бугенвиля Д. Момиса, заявившего, что остров не будет частью Папуа Новой Гвинеи, проголосовал за предоставление независимости Папуа Новой Гвинее как единому государству и поздравил правительство Австралии «с предстоящим прекращением действия его обязательств по соглашению об опеке над Новой Гвинеей 1946 г.».
15 сентября 1975 г., в полдень, на центральном стадионе Порт-Морсби был спущен флаг Австралии. На следующий день в Вайгани, административном центре столицы, взвился черно-красный флаг с изображением райской птицы и пяти звезд Южного Креста. Папуа Новая Гвинея стала суверенным государством. В послании к народу глава правительства М. Сомаре писал: «Наша задача теперь состоит в том, чтобы найти тот путь, который будет отвечать интересам нашего народа и в то же время позволит нам занять достойное место в семье народов мира».
С получением Папуа Новой Гвинеей независимости закончился растянувшийся почти на три четверти века период господства австралийского колониализма на Тихом океане.
Идеологи австралийской буржуазии стремятся доказать, что Австралия якобы не извлекла из обладания колониями никакой прибыли, а управляла ими, руководствуясь чистой филантропией.
По существу колониальная политика Австралии ничем не отличалась от колониальной политики других империалистических держав. Тем не менее нельзя не отметить некоторые отличительные черты австралийского колониализма, связанные с известной спецификой развития австралийского империализма. Прежде всего для австралийской буржуазии никогда не была важна прямая эксплуатация колоний. Экспорт капитала в колонии был невелик, ибо австралийская буржуазия имела возможность действовать на громадных просторах неосвоенного пятого континента. Кроме того, по уровню своего экономического развития
