(Не)рождественское Чудо Адской Гончей - Зои Чант
— Я пытаюсь! Сначала надо заехать в Рото-Вегас3, навестить тамошнюю родню. — Роторуа. Серный город. Она была там всего один раз до этого, на семейной поездке, когда ей было десять. Достаточно взрослая, чтобы не попадать в неприятности, но не настолько взрослая, чтобы искать их, сказала бабушка, что было благим пожеланием. Шина никогда не испытывала проблем с поиском неприятностей. Ее овца в этом уверяла.
Она поймала собственный взгляд в отражении и поморщилась. В прошлый раз в Роторуа, благодаря беззаботной рассеянности своей овцы, она забрела за ограждение и оказалась на краю воронки, булькающей грязью. Овца на мгновение оторвала голову от облаков, чтобы впасть в панику, Шина совершила превращение… и на первой полосе местной газеты на следующий день красовалась история о доблестном кадете пожарной службы, спасшем миниатюрного ягненка из шипящей грязевой ванны.
Мама Шины до сих пор хранила ту фотографию на каминной полке.
— Не могу поверить, что они заставляют тебя навестить всех родственников, прежде чем ты отправишься в свой OE, — сказала Ароха.
Шина повернула телефон, чтобы как следует видеть кузину. Это дало ей время сдержать автоматический ответ: Не могу поверить, что ты не едешь со мной.
«Большая OE», или Overseas Experience4, был обрядом посвящения для молодых новозеландцев. Практически все, с кем Шина училась в школе, столкнувшись с перспективой запертой жизни на крошечном островке на краю света, вместо этого использовали его как трамплин, чтобы в начале своего третьего десятка укатить как можно дальше — работать барменами или официантами в Британии и США. Шина немного запоздала, но она наконец-то наскребла денег на авиабилет в США и небольшой запас, на который можно прожить, пока ищешь работу. Виза пришла месяц назад, вылет был забронирован на ближайшие дни, и следующая глава ее жизни была так близка, что ее почти можно было ощутить на вкус.
— Не могу поверить, что я правда уезжаю, — сказала она вместо первоначальной реплики. — Все ведут себя так, будто меня убьют в ту же секунду, как я сойду с трапа.
— Просто постарайся по рассеянности не вляпаться в неприятности. Это же несложно, верно?
— Ха, ха. — Шина вздохнула. — Серьезно. А теперь я навещаю всех родственников перед отъездом… Мне кажется, мама это устроила специально, чтобы мне стало грустно от мыслей об отъезде, и я передумала. Хотя эффект противоположный. — Она скривилась. — Все постоянно говорят, как я выросла.
— Они просто пытаются тебя поддержать.
— В чем? В том, что я крупнее, чем до полового созревания?
— Я всего лишь говорю, что людям, которые говорят, что в последний раз видели тебя, ты была по колено кузнечику, это не значит много, когда сейчас ты только по пояс.
— Эй! Ты просто завидуешь, потому что я выиграла больше A&P-шоу5, чем ты.
— Думаю, ты обнаружишь мое имя на розетках, подражательница, — Ароха показала ей палец в камеру и рассмеялась.
— Твое имя и моя кличка. — A&P-шоу было главным событием календаря в их родном городке. Местные дети выращивали ягнят или телят весной и соревновались на празднике, чье животное окажется самым крупным и лучше всего обученным. Шина никогда не выигрывала в номинациях «самый крупный» или «самый послушный»… но у нее была целая доска с розетками «Самый милый ягненок» в родительском доме.
— Неважно, Динь-Динь. И… да ладно. Ты уже должна привыкнуть к тому, что все беспокоятся.
— Да… — Она привыкла, и она понимала. Правда. Она родилась недоношенной, и ее внутренняя овца так и не выросла больше ягненка. С легкими у нее тоже были проблемы. Но быть маленькой не значит быть полной немощью. И она не позволит этому помешать ее OE. На самом деле, это делало поездку еще заманчивее. Впереди были месяцы свободы, шанс заняться всем тем весельем, которое было невозможно дома, в окружении кузенов, тетушек и дядюшек.
Всем тем весельем.
— Судя по выражению твоего лица сейчас, возможно, нам действительно стоит беспокоиться, — сказала Ароха с невозмутимым видом. — Но ты же понимаешь, почему ты объезжаешь всех родственников, да? Они все думают, что ты встретишь свою пару и будешь слишком занята счастливым сексом, чтобы вернуться.
— Ароха!
Показалось, что все в автобусе повернулись, чтобы посмотреть на нее. Шина съехала посиденью ниже, беззвучно извиняясь. Щеки горели, хотя она понимала, что остальные пассажиры уставились на нее лишь потому, что она так громко взвизгнула имя кузины, что перекрыла музыку, гремевшую с места через проход. У нее были в ушах наушники. Никто другой не слышал, что сказала Ароха.
— Почему ты так на меня смотришь? Это правда.
— Это… — Ты что, серьезно? хотела сказать Шина. За исключением того, что протестовала только она одна. Ее овца считала, что Ароха совершенно права.
Как будто ты вообще отличишь «здравый смысл», если он будет танцевать перед тобой голым, фыркнула она на нее.
Ну… сонно ответила ее овца. Я не думаю, что «здравый смысл» будет голым? Хотя это было бы мило…
Не в этом дело!
Шина потерла лоб и снова сосредоточилась на Арохе. Кузина сидела в постели, прислонившись спиной к стене. Слава богу. Если бы Ароха выдала что-то подобное при остальной родне, Шина, вероятно, провалилась бы сквозь землю от стыда.
Что было для Арохи стандартной практикой. Но она не дразнила Шину этим на прощальной вечеринке, где эффект был бы максимальным. Она дождалась, пока они останутся наедине.
Относительно наедине, — поправила себя Шина, бросая взгляд на заполненный автобус. Женщина на соседнем сиденье бросила на нее усталый взгляд, который ясно говорил, будто бы вслух: Пожалуйста, не шуми больше.
Шина сделала свою лучшую извиняющуюся гримасу и повернулась обратно к телефону.
Стоп.
Ароха только что сбросила идеальную словесную бомбу и не стала тут же добивать? Она была королевой двойного удара, а не одиночного, после которого дают время прийти в себя.
Шина нахмурилась. Ароха даже не смотрела на нее. Ее взгляд был прикован к чему-то за кадром с такой напряженностью, что, как подозревала Шина, она, возможно, не видела ничего вовсе. Просто отводила глаза. Мало того, она начала так сильно накручивать на палец прядь волос, что Шина забеспокоилась — щипком вырвет все волосы.
— О! — ахнула Шина, настолько пораженная догадкой, что ей пришлось сдерживать порыв своей овцы вскочить и носиться по ближайшему загону, пока не уляжется испуг. Соседка яростно цыкнула. — Простите! — быстро выпалила Шина. Весь ее мозг, включая овцу, искрился. — Так вот почему ты не едешь со мной? Серьезно?
— У меня
