Кровь рассвета - Катрина О'Мэлли
При всей своей тревоге и настойчивости пойти с Изольдой, она не потрудилась выйти посмотреть, благополучно ли вернулась Изольда в хижину. Это всегда было её способом — докучать Изольде по поводу кормления, беспокоиться и маячить в странные моменты, а всё остальное время предоставлять Изольду самой себе. С проблемой волка, давящей на плечи, казалось, Селена была капризнее, чем когда-либо.
Сама пребывая в прескверном настроении, Изольда схватила с полок Селены первую попавшуюся книгу, утащила её к себе в комнату и читала до рассвета.
На следующую ночь Бастиан сидел верхом на наёмном мерине, держа поводья и своей лошади, и гнедой кобылы, предназначенной для Изольды. Сама Изольда стояла на некотором расстоянии, скрестив руки на груди, и из-под подбитого красным капюшона её плаща выглядывал хмурый взгляд.
— Сядешь ты, чёрт возьми, на лошадь или нет? — рявкнул он.
— Нет, не сяду, — продолжала сверлить взглядом Изольда, скрестив руки на груди. — Я вполне довольна возможностью идти пешком.
— Тебе обязательно быть полной занозой у меня в заднице на каждом шагу?
— Не обязательно, но меня это чертовски забавляет.
Отношения между ними сегодня ночью ощущались особенно напряжёнными. Бастиан не знал, вызвано ли это его реакцией на заявление Изольды о том, что она идёт кормиться, или ему это мерещилось потому, что по какой-то причине знание о том, что она была с другим мужчиной, заставляло его кожу натягиваться. Другая причина заключалась в том, что у Изольды было время подумать о том, то что они сделали вчера утром — как она отказалась от своего утверждения, что между ними больше ничего не произойдёт, — и поняла, что сожалеет об этом.
Ни он ни она не сказали друг другу ни слова на эту тему. Бастиан ожидал, что Изольда начнёт нести какую-нибудь чушь о том, что то, что они сделали, было чисто физическим, и он просто не хотел этого слышать.
Если она хотела, чтобы отношения были только физическими, его это устраивало. Не было причин это обсуждать.
При условии, что она об этом не жалела. Чёрт, он очень надеялся, что это не так.
Если бы она позволила ему, он бы вернул ей потрясающий оргазм, который она ему подарила, при первой же возможности. Он не выносил того факта, что она так эффектно довела его до разрядки, а он даже пальцем к ней не прикоснулся.
Не имело значения, кормилась ли она прошлой ночью от какого-то другого мужчины. Ей была нужна пища, и если она получила от этого что-то ещё… что ж, это было не его, мать его, дело, не так ли?
— Ты не понравится идти пешком до рассвета, — сказал Бастиан, терпеливо, — когда взойдёт солнце, ты будешь только на полпути отсюда до территории волков.
Изольда выглядела слегка ошарашенной.
— Это так далеко?
— Да, это так далеко, — с досадой сказал Бастиан. — Два дня пути пешком, один день — или в данном случае ночь — верхом. А теперь. Садись. На. Лошадь.
Селена ещё не прибыла, и Бастиан мог только молиться, чтобы она была более сговорчивой, чем Изольда. Если ему придётся уговаривать двух вампиров сесть на лошадей вот так, это может его убить.
— Лошади меня не любят, — сказала Изольда, и если бы её тон внезапно не стал таким застенчивым, Бастиан мог бы подумать, что она просто ищет очередную отговорку. — Они вообще не жалуют вампиров, но особенно меня.
— Изольда, эта очень спокойная и нежная. Она милая. Подойди сюда и поговори с ней немного. Погладь её по носу, а я дам тебе яблоко, чтобы её угостить.
— Ладно, — проворчала она. — Но, если мне выбьют зубы, пока я буду это тебе демонстрировать, я разозлюсь.
Бастиан смотрел, как она пробирается к забору, выражение её лица было настороженным, когда она приближалась к лошади. Она подходила медленно, держа руку ладонью вверх, что-то бормоча существу словами, которых он не мог разобрать.
Между одним шагом и следующим кобыла прижала уши, фыркая и шарахаясь от Изольды. Изольда вздрогнула, отступив на несколько шагов.
— Подожди минутку и попробуй снова, — сказал Бастиан, удерживая кобылу на месте.
Изольда метнула в него свирепый взгляд, но сделала, как он сказал. Она подождала, пока лошадь успокоится, затем снова приблизилась. Бормоча что-то лошади, она подняла руку, чтобы кобыла понюхала…
Лошадь встала на дыбы, заржав в панике. Изольда с неестественной скоростью метнулась прочь с дороги, проклятие сорвалось с её губ. Когда копыта кобылы снова коснулись земли, она попыталась ускакать, но Бастиан удержал её.
— Тихо, — прошептал Бастиан лошади, наклоняясь, чтобы погладить её по шее, пока Изольда отступала обратно к забору, глаза были широко раскрыты, а руки в перчатках подняты. — Всё в порядке, девочка.
— Я же говорила, — сказала Изольда, с опаской глядя на лошадь, которая била копытами. — Лошади меня терпеть не могут, Бастиан. Они чуют, что я хищник. Кроме того…
Изольда замолчала, нахмурившись. Она отвернулась, уставившись в тени за конюшенным двором.
— Кроме того — чего? — подтолкнул он.
Она взглянула на него едва ли на секунду, затем опустила взгляд на свои ботинки.
— Я никогда не училась сидеть верхом.
— Нет? — Бастиан моргнул, удивлённый. Он видел Изольду в платье всего один раз — в том бархатном отвлекающим внимание, которое было на ней в Ночь Огня. Всё остальное время она носила те облегающие брюки, которые, к несчастью, отвлекали даже больше, чем платье, и он предположил…
— Когда я была человеком, я никогда не носила брюк, — сказала она, подтверждая то, что только что пришло в голову Бастиану. — Только платья, а потом, когда я стала вампиром, лошади не позволяли мне забраться к ним на спину, так что у меня не было возможности. — Она плотнее запахнула плащ вокруг себя, всё ещё не встречаясь взглядом с Бастианом — словно признаваться в этом было ужасным унижением. — Итак, есть какой-нибудь другой способ туда добраться?
— Конечно.
Её глаза метнулись к нему, знакомый гнев загорелся в голубизне.
— Ну так почему ты не сказал…
— Ты можешь ехать со мной.
Челюсть Изольды отвисла. На мгновение она только смотрела на него в неверии, а затем гнев в этих глазах усилился, пока они не стали практически светиться.
— Ни за что, блядь, — выплюнула она. — Я не сяду на эту лошадь с тобой.
— В таком случае ты не едешь с нами, — спокойно ответил Бастиан. Он пронзительно свистнул, и конюх выбежал трусцой во двор. — Нам всё же не понадобится кобыла, — сказал ему Бастиан, передавая второй набор поводьев. —
