Яд Версаля-2 - Silver Wolf
— Эй, что у вас там происходит, ублюдки?!! — закричал на нас с боцманом капитан, свесивший свою красную рожу в люк. — А ну прекратить драку, сволочи, мне Аид живым нужен!!!
Услышав эти слова, я с ещё большим жаром принялся молотить по широкой каменной груди рыжего великана, а тот мне в ответ отвешивал чудесные полновесные оплеухи.
Красная рожа в люке грязно выругалась и пропала. Совсем скоро сверху в нашу затхлую камеру спустили шаткую приставную лесенку, по которой, оскальзываясь и матерясь, спустился злой, как сатана, де Шеврез, и двое крепко вооружённых солдат. — Прекратить!!! — заорал чернявый пьяница, брызгая нечистыми слюнями.
В нас уткнулись острия солдатских клинков, и мы, тяжело дыша и недобро зыркая друг на друга с боцманом, завершили наше увеселительное мероприятие.
— Когда же ты уймёшься, виконт?!! — ненавидяще зашипел на меня капитан «Альбатроса», дыша в лицо какой-то кислятиной. — Что ты, что твоя баба — висельники и преступники!! Сдаётся мне, что именно она меня шваркнула по голове, а не с лестницы я свалился, как убеждал меня этот пронырливый докторишка! Поди-ка, сам на неё глаз положил, сморчок гнилой!!
Только сейчас я заметил, что на голове де Шевреза красуется приличная рана, вокруг которой обильно запеклась кровь. Внутренне ухмыльнулся, но, по придуманному мною сценарию, изобразил испуг и замешательство.
— Вы говорите про мадам де Сен-Дени? — пробормотал я.
— Именно так! — внес ясность мой собеседник, основательно пошатываясь.
— Надеюсь, вы не собираетесь грубо наказывать женщину благородного сословия?! — воскликнул я, внутренне молясь, чтобы капитана «Альбатроса» не одолело сейчас совсем не нужное мне милосердие.
— Ты не угадал, де Ирсон, как раз собираюсь!! — ухмыльнулся де Шеврез. — Знаешь, я уважаю дворян. Сам дворянин! Но, как оказалось, твоя баба замешана в убийстве того английского рифмоплета и теперь обречена на смерть вместе с её толстожопой горничной и выблядком юнгой…
При этих словах несчастный Арно тоненько завыл в своем углу.
— … и беречь мне графиньку уже смысла нет! — продолжил наш мучитель. — И я решил оприходовать её напоследок, то бишь, трахнуть!!! Давно на её сдобные титьки зарюсь!!
Повисло короткое молчание.
— Я бы на это взглянул… — робко и негромко сказал наш одноглазый кок.
— Что ты сказал, старик?! — изумился де Шеврез.
— Я бы на это взглянул, капитан!!! — уже с вызовом нахально повторил умница Вильям.
Капитан «Альбатроса» стиснул зубы и побагровел.
— Вильям, циклоп ты наш похотливый, вообще-то это моя женщина!!! — насупился я, сжимая кулаки.
— Твоя, говоришь?! — переключился, слава богам, на меня пьяница. — А я придумал как тебя наказать, виконт!!! Я буду трахать твою бабу, а ты будешь на это смотреть!! Прости, одноглазый, сегодня не твой день!! — усмехнулся Вильяму капитан.
«Вот ты и заглотил наживку…», — думал я пока один из солдат накручивал мне на запястья цепь и замыкал ржавый замок. Длина цепи между запястьями была примерно в две ладони и это обстоятельство меня тоже невероятно порадовало. Нет, я не сошёл с ума и не был поклонником извращённых форм любострастия. Я просто сделал ставку на пороки де Шевреза, ибо после того, как к нам скинули искалеченного юнгу, я окончательно понял, что ставить на добродетели спивающегося человека нет уже никакого смысла.
Пока меня вели недолгим путем от люка до полуюта, где разместили пленниц, мои органы чувств работали на пределе. Скорбно смотря себе под ноги, я успевал бросать косые цепкие взгляды по сторонам, подсчитывая количество вооружённых людей на палубе, выражение их лиц, кто где находится и кто чем занят.
— Ну что, бывший красавчик и дамский угодник, пришла пора унижения! — радостно сообщил мне де Шеврез, распахивая передо мной скрипучую дверь одной из кают. Внутри я увидел Этель, которая заметив нас, вскочила со стула; и белобрысую пухлую девушку, которая что-то шила, примостившись у окна.
— ПОШЛА ВОООН!!!! — заорал капитан «Альбатроса» горничной, и она, уронив шитьё, опрометью бросилась из помещения.
— Эжен, ты жив, о, какое счастье!!! — воскликнула Этель, молитвенно сложив ладошки и не обращая никакого внимания на нашего тюремщика.
— Это ненадолго! — заверил нас де Шеврез, запирая дверь на засов. — Ну, а пока он еще жив, развлечёмся, мои дорогие!!! Твой хахаль, графиня, согласился смотреть на то, как я тебя буду иметь! Каков храбрец, да?!
Обескураженная женщина вопросительно заглянула мне в глаза, но я, прилежно играя свою роль, покорно опустил голову.
— Эжен, он говорит правду?!!! — выдохнула Этель.
— Да… А что я могу сделать… — прошелестел я, пряча глаза от любимой.
— Господи, что они с тобой сделали?!!! Тебя пытали?!!! — вскричала графиня, бросаясь ко мне.
Но путь ей перегородил де Шеврез. Схватил хрупкую женщину за тонкие запястья и начал их выкручивать, пытаясь повалить жертву на неширокую кровать, занимавшую почти всю каюту. Этель отчаянно закричала и забилась в руках этой сволочи.
Воспользовавшись происходящим, я тихо зашёл за спину капитана «Альбатроса», резко накинул свою цепь на его шею и начал душить, вложив в это действие всю ненависть.
Язык пьяницы вывалился, он захрипел и начал хватать руками воздух. Быстро пришедшая в себя и сообразившая, в чём дело, Этель, что есть мочи вопила: «Оставь меня, мразь!!» и «Виконт, вы подонок!!». И её вопли отлично заглушали хрипы удушаемого.
Наконец, всё было кончено. К нашим ногам упало бездыханное тело.
— Не дай бог тебе дорогу перейти! — нервно усмехнулась Этель. — Господи, как я напугалась…
— Всё позади, милая, вс позади… — я погладил женщину по дрожащему плечу, гремя своей цепью.
— Куда мы его денем? — забормотала она, оглядывая каюту.
— В окно! Покричи ещё немного, чтоб не было слышно всплеска!
— ОТПУСТИ МЕНЯ, ААААА!!!!! — охотно завопила женщина, и её отчаянный вопль перешел в сверлящий уши визг, когда тело убитого плюхнулось в море.
— Ты опасная женщина! Я едва не оглох!! — улыбнулся я.
— Что мы теперь будем делать? — прошептала она. — За дверью солдаты, нас, всё равно, убьют…
— Ну, убьют или нет — это спорный вопрос! — ответил я. — Но у нас есть пара часов времени. Проведем его с пользой! Иди ко мне…
Я жадно привлек Этель к себе.
— У тебя руки скованы…
— Так даже интереснее… — улыбнулся я, ища её губы. Нашёл. Приник губами к её полуоткрытому рту. Она ахнула, обвила мою шею тонкими руками. Застонала.
Её стон прорвал во мне какую-то плотину, и наводнение моей животной страсти смыло с души весь тот яд, что я носил в себе несколько лет.
Я зарычал и начал рвать её платье.
— Нет-нет!! А в чём я замуж за тебя выходить буду?! — гортанно засмеялась она.
Толкнула меня на стул, и
