Шут-2 - Ник Гернар
— Стой! — сказал я Данилевскому, устало присаживаясь прямо на пол.
— Совсем накрыло? — обеспокоенно спросил Ян, обернувшись на меня.
— Надо найти какое-то решение, — проговорил я, хотя передышке действительно был рад. — Придумать совместный план. Просто бежать, как перепуганные крысы по норам — хреновый вариант. Мы не знаем, куда ведут эти коридоры. А он — знает. И в любой момент может выскочить нам навстречу.
После моих слов Ян невольно прислушался. Но никаких подозрительных звуков ниоткуда не доносилось, только гул механизмов.
Пока что.
— Это был древний игрок? — спросил он, снова оборачиваясь ко мне. — Я правильно все понял?
— Я понял так же, — отозвался я. — Может быть, последний из иномирцев. Хранитель этих катакомб. Участник предыдущей игровой сессии. Не знаю, что случилось со всеми остальными, но по какой-то причине цикл был запущен заново, а этот товарищ богомол тут застрял. Что-то в системе сломалось. И Азазель привел ему нас, рассчитывая, что если тот возьмет интерфейс нынешнего участника, то сможет продолжить игру.
Ян вопросительно изогнул бровь.
— И это сработало бы?
Я фыркнул.
— Понятия не имею. Но подозреваю, что нет.
— Почему?
Я постучал пальцем по виску.
— Интерфейсы-то не меняются. У меня в голове устройство от неандертальца, помнишь? Но я же не в его игру включился, когда активировал устройство, а в новую. Получается, не имеет значения, кто был прежним носителем. Важно, для кого запущена сессия.
— А что, если сбой случился из-за того, что его собственный интерфейс вышел из строя? Сломался. И система, к примеру, посчитала его мертвым? — предположил Ян.
— Ух ты, — задумчиво хмыкнул я. — И правда, вариант… Но все равно. Я думаю, игра всегда происходит внутри одной цивилизации. И не просто так. У нее есть какая-то цель…
— Может, нам стоит попытаться спросить у него об этом? — предположил Ян. — Если у Азазеля получилось выстроить с ним диалог, может, и у нас получится?..
— Ну нахрен этот диалог, если он у нас получится, как у Азазеля, — фыркнул я. — Не хочу себе кишки наружу. Так что ни о чем я его спрашивать не буду. И тебе не советую. Когда научный интерес берет верх над здравым смыслом, люди то на восковых крыльях с горы прыгают, то пальцы в розетку засовывают. И заканчивается такое обычно очень печально.
Ян смерил меня насмешливым взглядом:
— Да ты прямо гуру философии науки!
— Просто это не первый рифт, где встречаю иномирную разумную жизнь. И личный опыт напрочь отбил у меня всякое желание бежать к ним с распростертыми объятиями и приветственными криками в духе: привет, марсианин! Я — землянин! Потому что замочат, суки, раньше, чем добежишь.
Ян с трудом сдержал улыбку.
— Так-то оно так, но технологии, которые я вижу здесь…
— В жопу технологии, — пробормотал я. — Как только выскочит, отвлеки его на себя. Пока он будет занят, попробую подобраться поближе, чтобы использовать ядовитый клинок. Если не получится, после атаки я его переключу на себя, и тогда уже твой черед вытаскивать туз из рукава. У тебя же, наверное, такие еще имеются?..
Ян покачал головой.
— У меня есть скорость, усиленное тело, ловкость, иммунитет, регенерация, подземный толчок, усиленный удар, взгляд тигра и реанимация. Так что ты видел все.
Жаль. Если честно, я рассчитывал, что у него есть еще что-нибудь сокрушительное. Но вслух я этого не сказал.
— Ну это хороший перечень, — приободряюще кивнул я. — Думаю, у нас должно получиться. И вообще. Я так и не понял, почему Азазель отказался от моего предложения? Тут же каждый рвет зубами сам за себя, иначе просто не выживешь. Поверить не могу, чтобы он любил этого своего людоедского «бога» больше, чем самого себя. Откуда вдруг такая бешеная самоотверженность? Может, я слепой, конечно, но как-то сияние нимба мне в глаза не ударило, когда я капюшон стащил с его уродливой башки. Так почему вдруг не собственное здоровье, а благополучие этого насекомого у него оказалось на первом месте?
Ян пожал плечами. Устало присел рядом со мной.
— Может, все проще? Просто он оказался не такой дурак, как ты думал?
— В смысле? — не понял я.
— Прямом. Он хоть и вырос здесь, тем не менее в его отряде очень много хорошо прокачанных парней, которые вполне могли пройти хорошую теоретическую школу и преподать своему предводителю немало полезных уроков. Так что Азазель мог прекрасно знать, что твое обещание фантастического исцеления — обычный блеф. Не существует такой способности, как исцеление конфликта мутаций. Иначе в спецучреждениях не держали бы годами неудачливых отпрысков отцов корпораций, схлопотавших себе такую неприятность. Вот он и…
— Но я-то не блефовал, — перебил я Данилевского. — У меня действительно есть такая способность!..
Внезапно гул механизмов стих. И в воцарившейся тишине мы оба услышали отдаленный скрежет. Будто металл терся об металл.
Вздрогнув, мы оба стремительно поднялись на ноги, готовые ко всему.
— Похоже, наш марсианин уже неподалеку, — полушепотом проговорил Ян, вращая головой и пытаясь определить, откуда конкретно доносится скрежет.
Но звук то удалялся, то приближался, отражался от металлических стен, и шел то справа, то слева. Казалось, существо хаотично мечется по лабиринту, перепрыгивая из одного тоннеля в другой.
Ян поднялся, автомат наготове. Его лицо было сосредоточенным, но в глазах читалось напряжение.
— Не может он сразу в нескольких местах звучать, — пробормотал я, с усилием вызывая трансформацию в руке, чтобы вызвать ядовитый клинок. — Это какая-то его способность. Искажение звука. Или что-то в этом духе.
Будто подслушав мои слова, богомол внезапно перестал скрестись.
И буквально через несколько секунд в десяти метрах от нас одна из решетчатых панелей в стене с грохотом вылетела внутрь помещения. Из темного квадрата метнулась быстрая ломаная тень…
Ян не стал ждать. Выстрелил дважды, аккуратно по центру фигуры, где тело едва прикрывалось выступающими ребрами.
Существо замерло на мгновение. Треугольная голова плавно повернулась, сканируя пространство, щупальца у рта зашевелились.
Пули вошли в его тело, оставив красный след, но кровотечения как такого не случилось, да и сам богомол вовсе не вел себя, как раненый. Будто не серьезное повреждение в грудь получил, а пару заноз в мозолистую руку.
Ян снова выстрелил.
Я отступил к стене, используя как укрытие консоль с мертвыми экранами. Ядовитый клинок жег мне руку. Мой последний серьезный козырь. Но чтобы им воспользоваться, нужно было подобраться вплотную. Чтобы сделать это в моем текущем состоянии и не умереть, нужно было грамотно подобрать момент.
Древний слегка покачнулся от выстрела, на коже появилось еще одно алое пятно, похожее
