Шут-2 - Ник Гернар
Похоже, мы оказались в техническом узле всего этого строения.
А в центре на грубом каменном постаменте лежало нечто, напоминающее гигантский прямоугольный саркофаг.
Тяжело дыша, Азазель вошел в зал.
— Иди, — сказал он мне, указывая рукой на саркофаг. — Иди, смотри. Там, внутри. Ответы на твои вопросы. Последний хранитель этого места. Мой учитель. Мой брат. И мой повелитель. Или, верней, то, что от него осталось…
Мы с Яном подошли к прямоугольному темному гробу, который на ощупь оказался вовсе не каменным, как мне показалось сначала, а металлическим…
И в этот миг в зале раздался громкий щелчок. Слепящий белый свет разлился по залу. Стена за спиной Азазеля со скрежетом опустилась.
А крышка саркофага вдруг сама отодвинулась в сторону, выпуская белое облако с едким запахом медикаментов.
Мы я Яном едва успели отпрянуть в стороны.
— Брат мой, очнись! — прохрипел предводитель ангелов, с усилием обеими руками опуская до конца небольшой тугой рычаг в нише возле входа. — Ты слышишь меня? Я нашел его для тебя — игрока новой сессии. Возьми его идентификатор!..
Из глубины саркофага, окруженная густым туманом, с противным хрустом поднялась фигура.
Это не был человек. И даже не мутант в привычном смысле. Это было существо, пришедшее из детского кошмара.
Высокое, тощее до неестественности, оно стояло на длинных, шипастых ногах, похожих на ноги богомола. Его грудная клетка была обнажена, и сквозь тонкую, полупрозрачную кожу выпирали наружу дуги хитиновых ребер. Почти половину его здоровенной треугольной головы занимал ротовой аппарат с вертикальными челюстями и двумя парами хватательных щупалец.
Оно повернуло голову сначала в сторону Азазеля, потом — на нас. Резко. Инстинктивно. Как животное.
Издало резкий скрежещущий звук. Наклонило голову…
И ринулось вперед.
Прямо на Азазеля.
И в этом движении не было ни разума, ни осознания. Только слепая, первобытная жажда.
— Очнись же! Это я, Михаил!.. — надрывно захрипел Азазель, вжимаясь в стену. В первый раз в его голосе я услышал страх. — Я привел тебе то, чего ты так желал. Возьми добычу! Она вон там! — вскинул он трясущуюся руку. — Не тут, а там! Брат мой! Бери же себе новый идентификатор!..
Но древний игрок его не слышал. Или слышал, но в его все еще дремлющем сознании не было места для братьев, идентификаторов и прочих сложных материй. Оно видело три теплых, полных энергии тела.
Плоть и кровь.
— НЕТ! — взревел Азазель, отшвыривая шкуры и вытягивая вперед руки. Синее пламя, слабое и прерывистое, попыталось вырваться из его ладоней, но лишь слегка лизнуло пальцы и тут же погасло.
Он был слишком слаб.
Хитиновые, острые как бритвы конечности древнего игрока пронзили воздух. Азазель попытался увернуться, применить телекинез, чтобы отшвырнуть тварь. Но сумел лишь на миг замедлить атакующего.
— Очнись же, брат!..
Костяная «рука» с шипом на конце вонзилась Азазелю в живот, прошила насквозь и с хрустом пригвоздила его к стене. Он пронзительно закричал. Второй конечностью тварь рванула вниз, вспарывая ему грудь. Кровь хлынула на пол…
— Уходим вправо, — одними губами проговорил мне Ян, отступая. — Быстрее, к нижнему проходу!..
Его взгляд метался между пригвожденным к стене Азазелем и кошмарным существом, которое, удовлетворив первый приступ голода, с влажным чавкающим звуком вытаскивало из тела жертвы окровавленные конечности.
Я последовал за Данилевским.
Повелитель ангелов уже не кричал. Он лишь хрипел, захлебываясь собственной кровью, его глаза, полные невероятного ужаса и боли, были прикованы к «брату». Он что-то пытался прошептать, но из разорванной груди вырывался лишь кровавый пузырь.
Тварь повернула к нам свою треугольную голову. Щупальца у рта затрепетали, улавливая новые запахи.
Капли темной, почти черной жидкости стекали с ее конечностей.
А потом существо вдруг содрогнулось всем телом. Обернулось к Азазелю. Разжало лапы, издав резкий, громкий треск…
Не знаю, было ли это пробуждением разума, или голодной судорогой. Потому что через секунду мы с Яном уже мчали по тесному гудящему тоннелю, согнувшись в три погибели.
Глава 12
Древний игрок
Тоннель был низким и тесным, с металлическими стенами, покрытыми вязким темным налетом. Гул механизмов в узком пространстве превратился в оглушительный рев, заполняющий все вокруг.
Мы бежали, не разбирая дороги. Ян — впереди, освещая путь фонарем. Я следовал за ним, стараясь как можно меньше отвлекаться на то, как каждое движение ранит покрытую ожогами кожу под чужой грубой одеждой. Пот выступал на лице.
Тело было тяжелым и непослушным, но голова работала четко.
Конструкция в центре зала, которую я поначалу принял за саркофаг, на самом деле являлась каким-то устройством типа криокамеры или чего-то в этом роде. Может быть, это устройство помогало «братцу» нашего Азазеля физически обновляться или приостанавливать старение. Или, например, переживать без потерь спячку. В конце концов, он настолько похож на насекомое, что этот вариант я никак не мог сбрасывать со счетов.
И вот его потревожили. Внезапно. В незапланированное время. И что-то пошло не так…
Или этот кузнечик выжил из ума, или его центральная нервная система временно находилась в парализованном состоянии — например, из-за процессов в капсуле. Причем настолько, что он не опознал своего верного спутника, который предпочел отказаться от возможности исцеления, лишь бы услужить приятелю. И принести ему новый интерфейс, чтобы голенастый игрок из предыдущего игрового раунда смог влиться в новую игру.
А тот его сожрал.
Высокие отношения, ничего не скажешь.
Но что теперь делать нам?
Костяной ублюдок энергичен и полон сил, в то время как нас только что изрядно потрепали «ангелы».
Регенерация еще не успела затянуть раны.
Ускорение больше недоступно.
Идея пробовать биокоррозию мне не нравилась. Во-первых, у меня на нее не осталось сил. Во-вторых, даже если получится швырнуть немного ядовитого тумана, черт знает, как он себя поведет в настолько тесном пространстве. Не хватало только Яна собственными руками добить в этих коридорах.
На приличный взрывной удар я тоже сейчас не способен. Рассчитывать на огнестрел я бы тоже не стал. Как показала практика, с измененными высокого уровня автоматы — плохое подспорье.
Но есть еще ядовитый клинок убийцы. Вот только справлюсь ли я с этим монстром без ускорения, с таким тяжелым, болезненным телом?..
Тем временем тоннель уводил нас все дальше, то разветвляясь, то круто изгибаясь, как змея. Справа и слева потянулись решетчатые панели, за которыми, дыша запахами металла и разогретой резины, гудели какие-то насосы, кулеры и ритмично хлопали поршни.
Вдруг пространство расширилось. Мы оказались в какой-то контрольной
