Буратино. Официальная новеллизация для детей с цветными иллюстрациями - Алексей Николаевич Толстой
Бородач не шутил. Улыбка его в одно мгновение превратилась в зловещий медвежий оскал. Карабас схватил деревянный стул, на котором сидел, голыми руками разломал его на мелкие кусочки и швырнул обломки в камин.
Папа Карло оцепенел. Он понял, что выбора у него нет. А Карабас, убедившись, что спектакль произвёл на столяра должное впечатление, снова широко улыбнулся и поправил воротник.
– Конечно же до такого не дойдёт, – сказал он мягко. – Мы же с тобой люди искусства!
Когда понурый Папа Карло вышел из кабинета синьора Карабаса, Буратино уже ждал его снаружи. Он был в восторге:
– Папа! Представляешь, я выбежал, а они как закричат: «Буратино! Буратино!» А синьор Карабас сказал, что я артист…
Но Папа Карло, кажется, не очень-то радовался рассказу сына…
– Да, я слышал, малыш… – сказал он глухо.
– Ты обиделся на меня? – спросил деревянный человечек участливо. – Потому что я убежал? Прости!
– Буратино… – нехотя сказал Папа Карло. – Тебе же тут нравится?
– Очень! – просиял малыш. – Можно я буду ходить сюда вместо школы?
– Ты можешь остаться здесь насовсем…
Буратино насторожился:
– Насовсем? Ты всё-таки обиделся на меня? – Буратино наморщил деревянный лобик. – Ты не хочешь, чтобы я шёл с тобой?
– Да, – выдавил Папа Карло, сдерживая слёзы. – Очень не хочу. Прощай, Буратино.
Мальчик смотрел на папу во все глаза. Карло отвернулся и пошёл прочь, закрыв лицо рукавом. Буратино потянулся следом:
– Пап… Это потому, что я отдал азбуку, за которую ты отдал куртку? Так я заработаю! Куплю тебе сто курток!
Но Папа Карло всё-таки ушёл.
Творческий процесс
В свободное от работы время Дуремар занимался герудотерапией. Так называется лечение с помощью пиявок. Синьору Карабасу пиявки помогали легче переносить стресс. А при его-то вспыльчивости и нервной работе увлечение Дуремара пришлось как никогда кстати. Когда в городском театре начались первые репетиции с участием Буратино, Дуремар ни на шаг не отходил от своего покровителя и только успевал присаживать всё новых и новых пиявок.
Да, Буратино появился на свет деревянным, что само по себе могло гарантировать ему успех на сцене: живой деревянный человечек, подумать только!
Беда в том, что актёрской профессией мальчик пока что не владел. Ведь обучение артиста занимает много времени, требует больших усилий.
Для начала Карабас пытался поставить танцевальный номер, потом акробатический, потом – драматический монолог… И каждый раз Буратино, несмотря на очевидный талант, оказывался, как бы это сказать… не в своей тарелке. Танцевал не в ногу с другими артистами, жонглировал с трудом, монолог читал с выражением, но как-то не вполне убедительно.
А потом Карабасу пришла в голову блестящая идея: нужна песня! Пускай Буратино споёт!
– Великолепно! Я гений! – обрадовался синьор режиссёр. – Буратино, ты умеешь петь? – и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Так! Пьеро! Чтобы через неделю… Нет, чтобы завтра была готова песня! Зажигательная, талантливая и навязчивая. Понял меня?
И творческий процесс начался. Трудился над песней не только поэт Пьеро – вся труппа изо всех сил старалась помочь ему уложиться в срок. Никто не хотел подводить синьора Карабаса.
И уже к утру родилась та самая песня – знаменитая, самая талантливая, зажигательная и навязчивая. Песня о Буратино! Нет нужды пересказывать её вам, ведь теперь слова этой песни хорошо знакомы каждому.
Синьор Карабас наутро был очень доволен. С этой песней и с Буратино в главной роли театр быстро пошёл в гору. Конечно, секрет успеха был не только в хорошо написанной песне: сам Буратино наконец сумел раскрыть в полной мере свой актёрский талант.
Когда силуэт с длинным носом появлялся в луче прожектора, публика переставала дышать. В первые мгновения казалось, что Карабас вывел на сцену обыкновенную куклу-марионетку. Но спустя несколько секунд деревянный человечек обрывал нитки, ловким прыжком садился за фортепиано и брал первые несколько аккордов…
Вместе с новым членом труппы и все остальные артисты старались, как никогда прежде. Номер «Бу!» оправдал все надежды и позволил исполнить давнюю мечту Карабаса о мировом турне. Юному дарованию рукоплескали в театрах Мадрида, Парижа, Афин, Лондона, Нью-Йорка, Москвы и даже Пекина!
Из каждого нового города, из каждой точки мира и даже из открытого моря Буратино отправлял Папе Карло открытки. Слава его не испортила. Возможно, это связано с тем, что со всех полученных гонораров ему не досталось ни единой монетки. Всё присваивали себе Карабас с Дуремаром!
А по дороге домой Буратино наконец-то приступил к исполнению своей мечты: за автограф выменял у торговца фруктами первую куртку для папы.
Буратино объявляет ультиматум
Тем же вечером Буратино похвастался обновкой перед товарищами.
– Дорогу Артисту в новой куртке! – со смехом трубил Артемон.
– Ты молодец! – кивнула Мальвина и пощупала куртку. Натуральная замша – просто блеск!
– Мы завтра в городе? – спросил Буратино. – А там я сразу к папе…
Веселье резко оборвалось. Арлекин спрыгнул с койки, на цыпочках подошёл к двери и прислушался: нет ли кого снаружи?
– Дружище, – сказал он, – давай-ка начистоту. Не отпустит тебя никто ни к папе, ни к маме, ни к бабушке.
– Это ещё почему? – растерялся Буратино.
– Есть риск получить пару подзатыльников, – сказал Арлекин. – Или даже затрещин. Пощёчин. Тычков. Зуботычин. Пинков-тумаков, мне продолжать?
– А! – Буратино беззаботно махнул рукой. – Так это же всё понарошку. Сценический бой! Ты же сам меня учил…
– Буратино! – Мальвина тяжело вздохнула. – Синьор Карабас очень старается не сломать тебя ненароком. Ты же такой ценный! Но он же не может постоянно держать всё в себе!
Страшная догадка мелькнула в деревянной голове:
– Погодите… Это что же получается… Синьор Карабас вас всех бьёт? По-настоящему?
Буратино порядком оторопел. Ведь он отлично знал, что бить людей нельзя!
– Я жил с Папой Карло, – заявил деревянный человечек, – и он ни разу меня не ударил.
– Как же тогда у него получилось воспитать тебя? – с сомнением спросила Мальвина.
– Может, он тебя недовоспитал? – поддержал её Арлекин.
– Не знаю, – ответил Буратино. – Мы с ним обычно просто разговаривали, и всё. Знаете, что? Мы прямо сейчас пойдём всей труппой к синьору Карабасу и поговорим с ним. Чтобы он вас больше не бил. Иначе мы уйдём – все вместе!
– Ультиматум Карабасу, – поджала губы Мальвина. – Прекрасно!
– Ну, допустим, – уныло сказал Пьеро. – Пойдём получим последнюю взбучку, уволимся… Что дальше? Куда мы?
– Группа бездарностей без
