Ренард. Цепной пёс инквизиции - Дмитрий Шатров
Древесный вал накатил. Врезался в камень. И осыпался грудой бесполезных дров, не причинив никакого ущерба.
— Ерунда, — сообщил соратникам Госс, выглянув наружу. — Меньше, чем на четверть засыпало. Всё одно, не допрыгнут.
Может оно и так, но это было только начало.
Хранитель Орлинского леса повёл бородавчатым рылом, протяжно с переливами хрюкнул… словно прочитал заклинание.
Под ногами людей дрогнул пол, а земля у подножья стены вспучилась и ощетинилась частым гребнем молодой поросли. Побеги шустрыми змейками поползли вверх, выискивая слабину в каменной кладке. Сперва тонкие, хрупкие, они с каждой секундой набирали силу и вскоре змейки превратились в могучих удавов.
Посыпались мелкие обломки. Появились первые трещины. Стена дрогнула, но пока ещё сдерживала разрушительный натиск осатаневших растений. Проявление тёмной магии заставило стражников побледнеть, а Башахаун уже делал следующий ход. Монстр снова хрюкнул, на этот раз громко и коротко, и отправил свою армию в бой.
Дважды ему повторять не пришлось, зверьё сорвалось с места в карьер. Передние кидались на стену, отскакивали, прыгали снова. Задние напирали, сбивали друг друга с ног, лезли по спинам, по головам… Рога, клыки, копыта с когтями смешались в едином порыве. Сейчас у всех был один враг — человек.
Защитники стреляли так часто, как только могли. Даже не целились — промазать здесь невозможно. Убитые падали, спотыкались подранки, в тот же миг превращаясь в кровавое месиво, но запах крови только ярил нападающих. Вал истерзанных тел рос с каждой секундой — ещё немного и животные доберутся до края стены.
Стражники схватились за алебарды, комтур с Ренардом, наконец, обнажили мечи. Псы Господни кололи, рубили, секли, по сторонам разлетались лапы и головы. Кровавой жатве, казалось, не будет конца, но врагов становилось всё больше и больше. Люди пока отбивались, хоть и с преогромным трудом. Но это здесь. У ворот. Другие рубежи защищать было некому.
Мохнатая волна в двух местах перехлестнула стену, четвероногие захватчики ворвались во внутренний замковый двор. И тут же пожалели об этом. Их встретили дестриэ. Семь боевых жеребцов обрушили на диких зверей всю свою ярость. Подковы крушили черепа, ломали клыкастые челюсти, дробили кости в осколки. Их кусали, они кусались в ответ, и под крепкими зубами трещали рёбра и позвоночники.
Амулет налился свинцовой тяжестью, потянул Ренарда вниз. Тот не успел удивиться, как над ухом просвистела стрела. Вторая с противным звоном тюкнула в шлем. Третья вонзилась в плечо костяным наконечником — с кольчугой не справилась, но заставила зашипеть от боли. Де Креньян срубил очередного противника, глянул наружу.
Там уже подкатывала вторая волна. Чужане. Верховые на лосях и медведях, целый отряд лешаков в древесной броне, и дриады с луками и колчанами, полными стрел.
— Frigidus et non movere! — выкрикнул заклинание Ренард, очерчивая перед собой широкий круг.
Первая волна серых хищников застыла с ощеренными пастями, подарив людям минутную передышку.
— Дриады! — заорал де Креньян, махнув мечом в сторону лесных воительниц. — Выбивайте дриад!
— Выполнять! — рыкнул Госс, подтверждая приказ юного Пса. — Мы с парнем здесь пока сами…
Последнее, что он успел сказать.
Снова свистнуло. Стукнуло. Комтур обмяк и медленно завалился набок. Из смотровой щели забрала торчала стрела с костяным наконечником, пущенная меткой рукой.
Стражники замерли не хуже волков и уставились на погибшего командира. Еще секунда — и сплочённый отряд распадется на трусов. Ещё немного — и дрогнут. Побегут, хоть бежать им и некуда.
Ренард не дал им даже мгновенья:
— Здесь освящённые! — рявкнул он, схватив ближайшего бойца за шиворот, и всучил ему свой подсумок с болтами. — Стреляй, если не хочешь подохнуть. Пятеро с ним, остальные со мной!
Сталь, звеневшая в голосе де Креньяна, взбодрила стражников и вернула решимость. Пусть им всем предстоит умереть, но даже погибнуть можно по-разному. Одно — встретить смерть трусливой собакой, и другое — с мечом в руке, как подобает воину Господа.
Второй вариант предпочтительнее, но умирать Ренард не хотел.
Одно за другим звенели тайноцерковные заклинания, скрипели и хлопали тетивы, небесный клинок и пять алебард выкашивали врагов… Дриада пустила стрелу, упала с пробитой грудью сама, и алебард осталось четыре. Три… Две… Одна… Снова пять. У стрелков кончились болты к арбалетам.
Напор атакующих ослабел. У Ренарда мелькнула надежда, что они отобьются… шальная мысль растворилась в раскатистом рыке гиганта… И снова вернулась. Это прозвучал сигнал к отступлению.
Звери навострили уши, встрепенулись и беспорядочной толпой хлынули к лесу. Де Креньян внутренне сжался, ожидая очередного подвоха, и не ошибся. Похоже, ещё ничего не закончилось. Повелитель Орлинского леса взревел громче прежнего, опустил рыло с чудовищными клыками к земле и начал набирать ход. За ним потянулись чужане, собираясь в атакующий клин.
Де Креньян позабыл, где находится, не в силах отвести глаз от красоты разрушительной мощи. Вот Башахаун пошёл шагом. Вот рысью. Вот сорвался в неуклюжий галоп. Толчки мощных копыт отдавались у Ренарда в пятках, зубы клацали в такт, сердце билось…
Нет. Это амулет колотился в грудь, пытаясь выдернуть хозяина из оцепенения, но не успел. Башахаун на всём ходу влетел в ворота.
Доски разлетелись щепками, камень — осколками. Караульная башня покосилась, потеряв одну стену. Но устояла. А огроменная тварь, не помедлив и мига, ринулась к замку. Как раз в тот момент, когда в дверях показался Блез. В полном доспехе, шлеме с пока ещё открытым забралом и с тяжёлой секирой в руках.
— Ох, ты ж, дери меня Семеро! — проклятие рыцаря на миг заглушило топот и крики, воин обернулся и гаркнул своим. — Парни назад. Тащите всё на крышу.
Чем там закончилось, Ренарду не удалось досмотреть — на башню взобрался первый лешак. И вновь закипела смертельная битва. Стражников передушили, как курят, почти сразу. Их длинные алебарды не годились для ближнего боя. Да и простое железо лешакам нипочём. А вот небесный клинок — дело другое.
Де Креньян метался с удвоенной скоростью, стараясь поспеть во все места сразу, колол и рубил не переставая. Фехтовальные премудрости сейчас не нужны, достаточно
