Ренард. Цепной пёс инквизиции - Дмитрий Шатров
Госс машинально проследил его движение взглядом, протянул:
- Дери меня Семеро… — и замер, отвалив нижнюю челюсть.
- Дери меня Семеро… — согласился с ним де Креньян и тоже застыл.
Зрелище, в самом деле, завораживало и пугало. Неугомонный зверинец притих, и на смену возбуждённому гвалту пришла тишина тревожного ожидания. Даже поганое вороньё прониклось моментом, разлетелось и куда-то попряталось.
В стороне, откуда прискакал де Креньян, ходуном заходили верхушки деревьев. С пронзительным скрипом повалилась старая ель. Накренилась другая. С колючих ветвей сыпанули в стороны белки, кусты раздались, зверьё потеснилось… На открытое пространство вышло… вышел…
Да чтоб его! Таких чудовищ Ренард в жизни не видывал.
Кабан. Нет, король кабанов. Воплощение разрушения и мощи. Огромный. Больше дома, если мерить в деревенских хибарах. Горбатый загривок топорщился иглами в палец. Толстая шкура собиралась складками дубовой коры. Рыло в охват, из клыков можно сделать арку ворот…
Тварь встала, вспоров дернину копытами, повела жуткой мордой, засопела с натугой. Поток горячего воздуха пригибал траву, а в налитом алым безумием взгляде читалось обещание неминуемой смерти.
Жуткая тварь. Порождение тёмной магии… и неблаговидных поступков людей.
- Эт-то кто? — чуть заикаясь, просипел Ренард, когда к нему вернулся дар речи.
- Башахаун. Хранитель Орлинского леса, — шумно сглотнул слюну Госс. — Каюк нам, парень, похоже. Сильно вы его разозлили.
Ренард здесь был ни при чём, но спорить не стал. Какой смысл сейчас искать правду? Тварь уже здесь, и сортировать на правых и виноватых она точно не станет. Спросит со всех, как с причастных.
«Ох, как же не хочется умирать...» — подумал Ренард.
Ему ответил амулет, тяжело толкнувшись в самое сердце: «Придётся…»
Де Креньян уже почти потерял присутствие духа, но от панического настроения его избавил чей-то жизнеутверждающий бас.
- Что за шум, а драки нету?!
Из дверей замка вывалился рослый чернобородый детина. Весь заспанный, в одних исподних штанах и босиком. Он то и дело зевал, с риском вывихнуть челюсть и почёсывал волосатой лапищей не менее волосатую грудь.
- Будет тебе драка, — мрачно пообещал ему комтур и добавил: — Иди Блез, переодевайся в чистое. К нам Башахаун пожаловал.
- Да ну?! — не поверил тот.
Сон в один миг оставил бородача, но Госса он не послушался. С неожиданной для его комплекции скоростью взлетел на караульную башню и свесился между бойничных зубцов.
- Ох ты ж, пень через плетень, сколько их набежало! — радостно воскликнул он, обернулся и с восторгом посмотрел на остальных. — А чего вы такие обосранные? И я с вами заляпался…
Впрочем, ответов он не ждал, да и расстраиваться не собирался. Хохотнул, вытер руки об задницу и убежал обратно с прежним проворством.
С этим рыцарем Ренард встречался лишь дважды. И оба раза в воротах. Так что близко познакомиться не довелось.
- Блез, командир второго триала, — пояснил комтур в ответ на вопросительный взгляд де Креньяна и тяжело вздохнул. — Лучший мой боец… Был.
- Погоди меня хоронить, — послышался от дверей замка жизнерадостный бас, после чего бородач пронзительно свистнул и заорал во весь голос: — Парни подъём. Нас новый трофей ждёт! Да какой!
«Эх, мне бы его уверенность», — невесело усмехнулся Ренард и покачал головой.
***
Тем временем диспозиция за стеной поменялась. Животные активно перемещались, словно ими кто-то командовал, и собирались в плотные группы, очевидно, подготавливаясь к штурму. В помощь подтянулись чужане: вдоль опушки выстроились лешаки, в кустах сновали дриады — лесные воительницы, из чащи выдвинулись медведи и лоси. Последними управляла мелкая нечисть — лесовики и болотники оседлали могучих зверей.
Ренард поначалу пробовал их считать, но потом бросил это неблагодарное дело. Да и толк какой, когда имя им легион, а защитников всего пять рыцарей, да десяток стражников. Перевес явно не на их стороне.
Но и вариантов нет. Поэтому лучше атаковать первыми.
- Заряжай! — рявкнул комтур как можно бодрее. — Разобрать цели!
Заскрипели тетивы тяжёлых пехотных, стражники накладывали болты и занимали позиции. Госс уже почти дал отмашку к стрельбе, когда де Креньян заметил полупрозрачные тела зелиген.
- Погоди, — придержал комтура Ренард. — Попробую договориться.
- Ну попробуй, — проворчал тот, знаком приказав стрелками обождать.
- Эй! Эй! — заорал де Креньян, что было сил. — Скажите ему, что мы вас не трогали! Все виновные наказаны! И никто не пострадал!
Он размахивал руками как марионетка пьяного кукловода, тыкал пальцем то в себя, то в комтура, то в гигантского кабана и, наконец, своего добился. Его заметили. Одна зелигена кивнула, подплыла к Башахауну и принялась что-то наговаривать ему на ухо.
- Ну вот, зря боялись. Сейчас всё решим, — заявил де Креньян чуть охрипшим голосом.
Но в его глазах было больше надежды, чем убеждённости.
Глава 25
Защитники замерли в ожидании. Чем закончится разговор зелигены и монстра? Жить обитателям замка? Или погибнуть в неравном бою?
Стрелки стискивали арбалетные ложа, стараясь унять дрожь в пальцах, чтобы случайно не спустить тетиву. Де Креньян сжимал эфес до побелевших костяшек и безуспешно пытался уловить оттенки эмоций на уродливой морде Башахауна. Даже комтур — уж на что бывалый боец — и тот перестал дышать и подался вперёд, целиком превратившись в слух.
Но расстояние скрадывало звуки разговора чужан.
Зверьё под стенами тоже притихло и молча пожирало людей. Пока ещё только глазами. Но сотни лап дрожали в желании сорваться с места, а сотни клыкастых пастей истекали слюной, вожделея человеческой плоти и крови. Животные тоже ждали, но ждали другого — команды. Растерзать, растоптать, разорвать…
Переговоры не затянулись. Зелигена обернулась к Ренарду, что-то сказала и мрачно покачала головой. Слов де Креньян не расслышал, но жестикуляция девушки не оставляла сомнений. Не договорились. Повелитель Орлинского леса пришёл сюда не миловать. Карать. И своих планов менять не собирался.
Ренард только и успел, что скривиться с досады, а комтур уже начал действовать.
— Р-р-азобр-р-рать цели! — рявкнул он и дал отмашку стрелкам. — Пускай!
Слитно хлопнули арбалеты, десять волков заскулили, вскинулись и забились в агонии. Их сотоварищи дёрнулись, но не сбежали — остались на месте, хоть им далось это с превеликим трудом. А тетивы уже скрипели сызнова — защитники изготавливались к новому залпу.
— Ещё! Бей до последнего! — крикнул Госс, воодушевившись первым успехом, и захлопнул забрало. — Не боись, нас им здесь не достать!
Башахаун гневно
