Ренард. Цепной пёс инквизиции - Дмитрий Шатров
Что твари делают с людьми, отроки на своей шкуре прочувствовали, и повторять такой опыт очень не хотели.
- А как им противостоять? Как не попасть под морок? — спросили сразу в несколько голосов.
- А вот об этом расскажет ваш новый наставник, — загадочно улыбнулся отец Нихаэль и поманил отроков за собой. — Пойдёмте. Пришла пора вас кое с кем познакомить.
***
- Куда он нас ведёт? — шёпотом спросил Этьен, поравнявшись с Ренардом.
- Самому интересно, — ответил тот и показал на сержантов глазами. — Смотри.
Леджер, Брис и Реми, напряглись, подобрались, словно перед боем, взгляды стали оценивающими. Леджер даже руку на эфес меча положил, одно это уже о многом говорило.
Под предводительством клирика отроки обогнули конюшни, нырнули в узкий проход между сараями и вышли к внешней стене. Там, в забытом богом уголке, среди зарослей колючего терновника торчала черепичная крыша. Что за крыша, зачем их сюда привели, понимания не было. В эти места даже штрафникам захаживать не доводилось.
Неофиты продрались сквозь кусты, оставляя на колючках клочки одежды, и очутились у небольшого приземистого задания без окон. Ну, разве что если не считать нескольких узких отдушин с решётками. У дубовых ворот дежурил страж, если можно было так назвать здоровилу, статями немногим уступающим Дидье. И вооружённым не хуже.
- Сподобились, наконец-то, — прогудел он сквозь опущенное забрало, отомкнул замок и приоткрыл створку. — Давно пора.
- Проходите по одному, — пригласил отец Онезим неофитов и первым проскользнул внутрь.
Пахнуло псиной, прелой соломой, дерьмом… и опасностью. Амулет нагрелся, застучал в грудь, но Ренарду подсказок не требовалось. Если бы у него росла шерсть, то она сейчас вздыбилась бы. Хотя видимых причин, вроде, и не было.
За воротами обнаружилась небольшая комната. Пустая, с единственным стулом, на котором сидел ещё один воин, похожий на первого, как брат близнец, только неразговорчивый. Он встал, отпер дверь на дальней стене и отошёл в сторону.
- Чего-то мне не хочется туда идти, — поделился впечатлениями Этьен.
Ренард посмотрел на ступени, винтом уходящие вниз и согласился с приятелем.
Но беда в том, что как раз их никто и не спрашивал.
Глава 9
Ренард пересилил, себя, сделал шаг и обнаружил, что всё не так страшно, как поначалу казалось.
Закреплённые на стенах факела вместе с мраком разгоняли тревогу. Света хватало, чтобы видеть ступени, на которых легко помещались по двое отроков в ряд. Потолки не давили на плечи и позволяли идти, не сгибаясь, без риска расшибить себе лоб. Зловоние потихоньку рассеивалось, и на третьем витке уже пахло как в обычной конюшне. Даже как в псарне, скорее. А уж к таким ароматам отроки успели привыкнуть.
Лестница закончилась просторной площадкой с тремя крепкими с виду дверями на кованых петлях. У средней юношей дожидался отец Нихаэль, успевший заботливо распахнуть мощную створку. Остальные две оставались закрытыми. И слава богу, потому что как раз от них и веяло жутью. От правой — с примесью псины.
Ренард машинально поправил на груди амулет, шагнул через порог и очутился в большом зале. Почти как в молельном, где всегда проводил занятия их духовный наставник. Разве что здесь потолки не такие высокие, света недостаёт и заметно прохладнее. По ногам ощутимо тянуло, факельное пламя плясало, отбрасывая причудливые тени, в сухом воздухе витал аромат сеновала.
Ренард прошёл в конец зала, краем глаза отметив простой стол, полки забитые склянками с непонятным содержимым, пучки высушенных трав под потолком, и устроился на скамье в дальнем углу. Ему почему-то очень хотелось обезопасить себя со спины. Ну и оказаться подальше от жутких дверей, не без этого.
Неофиты, толкаясь, расселись, отец Нихаэль привычно встал перед ними, сложив руки на пузе, сержанты рассредоточились в проходах. Прошла минута, другая… четверть часа. Ничего не происходило. Клирик умилённо смотрел в потолок, отроки — на клирика, Леджер, Брис и Реми бросали насторожённые взгляды на дверь. Ко всему ещё и холод стал донимать — все отроки, почитай, в одном исподнем были, вдобавок после купания.
- Может, начнём уже, святой отец? — выкрикнул Ренард через головы впереди сидящих. — Чего даром штаны просиживать? Зябко, да и место не из приятных…
- Терпение, сын мой, — отрешённо улыбнулся отец Нихаэль. — Терпение, вот истинная благодетель, для служителя божьего.
- Не пойму я, нас в богословы готовят или в Псы, — недовольно буркнул под нос де Креньян. — Мне терпение, разве что в засаде сидеть пригодится.
Вроде тихо сказал, но Леджер услышал и довольно ухмыльнулся в усы.
Так прошло ещё четверть часа.
Когда терпение подходило к концу не только у Ренарда, на площадке загрохотал замок, пронзительно скрипнули петли и дверь отворилась. В зал вошёл… Де Креньян сначала подумал — Дидье. В мятущемся свете факелов было плохо видно, но точно воин и точно огромный. Нет, этот больше, хотя, казалось, куда уж…
«Это, что ли, наш новый наставник? Зачем нам второй? Нам одного за глаза», — успел подумать Ренард, но громила отшагнул в сторону, и следом появился…
Сначала де Креньян рассмотрел замызганный, грязный до самых колен балахон и босую ногу, переступившую через порог. Поднял глаза... В зал входил долговязый высохший старец с морщинистой кожей, впалыми щеками и слипшейся в сосульку седой бородой.
Вейлир?!
Для полной картины не хватало лишь посоха и серпа.
***
Ренард в мгновение ока утратил контроль над телом и разумом.
От макушки до пят пробежал озноб, кровь в жилах вскипела, нутро полыхнуло кузнечным огнём. В голове вспыхнула одна мысль — отомстить. Ярость душила, ломала, требовала немедленного выхода… И Ренард не мог воспрепятствовать. Да и не хотел, если честно.
Он соскочил со скамьи и рванул к двери прямо по головам неофитов. Кому-то досталось локтем в ухо, кому-то — коленом в нос, кому-то сапогом по лицу. Вслед понеслись возмущённые крики, но Ренард их не слышал и не слушал — в ушах молотом бухала кровь.
Вот уже и проход меж рядами.
- Куда, пострелец! —кинулся к нему Леджер и ухватил за рубаху.
Ткань треснула, в руках у сержанта остался обрывок, а Ренард понёсся дальше. Отец Нихаэль в испуге шарахнулся в сторону, Брис кинулся навстречу обезумевшему отроку. Де Креньян крутнулся ужом, поднырнул ему под руку
