Переступить черту - С. Дж. Сильвис
25. Кросс
Официально: я сошел с ума, мозг взял отпуск, и теперь за главного мой член. Наверняка именно поэтому я тащу Скарлетт по тускло освещенному коридору в один из отдельных туалетов.
Щелкаю замком за спиной, но не успеваю сделать и шага, как она набрасывается на меня. Тянет за рубашку, вытаскивая ее из брюк, и запускает руки под ткань. Ее пальцы скользят по моему животу, ниже, к поясу брюк, и снова возвращаются к ремню.
— Скар...
Она едва заметно качает головой. Её нижняя губа зажата зубами. Но она не замедляется — расстёгивает мой ремень, затем пуговицу и молнию.
Мой рот открывается и закрывается.
Когда она толкает меня спиной к двери, я не сопротивляюсь. Лишь смотрю, как она освобождает мой член, но мои глаза расширяются, когда она опускается на колени.
— Не думал, что мы оба так заведены, — бормочу.
— Заткнись. — Её огромные глаза взлетают к моему лицу.
Она сидит вплотную, ее губы в паре дюймов от моего члена. Горячее дыхание обжигает кожу, и он вздрагивает на воздухе. Скарлетт снова переводит взгляд на... главное. На лице проступает неуверенность.
— Ты делала это раньше? — спрашиваю я.
— Заткнись, Кросс, — рычит она.
Обхватывает ствол ладонью, делает одно движение вверх-вниз и берет меня в рот. У меня вырывается глухой стон. Такое чувство, будто она одновременно только учится и уже прекрасно знает, что делает. Или, может, дело просто в том, что это она.
Я не могу оторвать от нее взгляд.
Через пару секунд вся ее неловкость исчезает, и она ловит ритм. Головка упирается ей в горло, и я сжимаю кулаки, чтобы не податься вперед и не толкнуться глубже. Это наверняка ее спугнет.
Но...
С такой медленной скоростью нас точно кто-нибудь застукает.
Я тянусь к ней, наматываю на пальцы прядь волос и слегка тяну. Когда она тихо мычит в ответ, у меня на губах появляется ухмылка. Я кладу ладонь ей на затылок и мягко направляю глубже.
Свободная рука Скарлетт ложится мне на бедро, ногти впиваются в кожу.
— Вот так, — подбадриваю я. — Расслабься и дай оттрахать твое горло, как послушная сводная сестренка.
Она закатывает глаза.
— Из-за дерзости у тебя будут неприятности, — предупреждаю я.
Но, черт, как же хорошо. Она проводит языком по чувствительному месту под головкой, затем втягивает щёки, когда я снова вхожу. Я двигаю бёдрами, надавливая на её голову, чтобы контролировать скорость... и постепенно увеличиваю её.
В глазах Скарлетт стоят слезы, но она не пытается отстраниться. Помада размазалась по члену — сохраню этот след как можно дольше, — и я уже предвкушаю далекую вспышку оргазма. Преследую его, используя ее рот. Она давится, но зубы ни разу не задевают кожу.
И впрямь заботится обо мне.
Ее рука сжимается сильнее, и удовольствие простреливает меня от паха до самого позвоночника. Яйца сводит напряжением, и я бессильно откидываю голову на дверь.
— Сейчас кончу, — хрипло выдавливаю.
Она не отстраняется, как я ожидал. Стону, когда удовольствие накрывает мощным локомотивом, и член пульсирует у нее во рту.
В дверь стучат.
Твою мать.
Ее горло судорожно дергается, когда она сглатывает, и потом поднимает на меня взгляд. Осторожно отстраняется и вытирает рот тыльной стороной ладони.
— Господи… — шепчу я.
Стук повторяется, ручка дергается.
— Занято! — кричит Скарлетт ровным голосом.
Качаю головой:
— Ты сейчас серьезно?
— Тихо. — Она улыбается.
Протягиваю руку, она берется за нее, и я помогаю ей подняться. Тот, кто стоит снаружи, увидит, как мы выйдем вдвоем. Тут без вариантов.
Так почему бы не заставить его подождать еще немного?
Толкаю Скарлетт назад к раковине и усаживаю на столешницу. Она вскрикивает и хватается за мои плечи, но я просто раздвигаю ее ноги. Задираю юбку, и перед глазами предстают черные кружевные трусики. Они прячут от меня ее сладкую киску, но ненадолго.
— Надеюсь, они не были твоими любимыми, — говорю я за секунду до того, как с треском рву тонкую ткань.
— Вообще-то были, — шипит она.
Я запихиваю клочок порванного кружева в карман.
— Я возмещу ущерб.
Теперь уже я опускаюсь перед ней на колени. Провожу губами по ее ноге, начиная от колена и медленно поднимаясь вверх по внутренней стороне бедра. Когда добираюсь до складок, Скарлетт резко втягивает воздух и откидывается назад, а я зарываюсь лицом в ее лоно.
Официально: здесь я мог бы умереть абсолютно счастливым человеком. Особенно когда ее ногти царапают мой затылок, направляя движения точно так же, как я делал это минуту назад. Пробую ее на вкус. Целую. Изучаю ее киску по тому, как подрагивают мышцы и меняется дыхание.
В дверь снова стучат, но мы оба игнорируем звук. Она теряется в частом дыхании надо мной, а я тону в ее нектаре.
Скарлетт вскрикивает, когда зубы задевают клитор. Вбираю чувствительный бугорок в рот, посасывая его, и ввожу указательный палец внутрь. Она вращает бедрами, когда я добавляю второй палец и сгибаю их.
Ее ноги сжимаются, затем начинают дрожать, но я медленно выманиваю оргазм, продолжая двигаться, пока она не хватается за мои волосы и не оттягивает мою голову назад. Она опирается спиной о зеркало и смотрит затуманенным взглядом, словно не верит, что я только что это сделал.
Я облизываю губы.
— Продолжим дома, — говорю хрипло. Потому что... черт. Черта пройдена. Как теперь вернуться назад?
Она оправляет юбку и спрыгивает на пол:
— Ты просто...
— Потрясающий? — подсказываю я. — Мужчина твоей мечты?
— Невыносимый, — бормочет она.
Я ухмыляюсь.
Поправляю одежду, пока Скарлетт приводит в порядок волосы и макияж, стирая размазанные темные следы потекшей туши. Первым выхожу в коридор и быстро оглядываюсь по сторонам. В дальнем конце открывается дверь на кухню, и я тут же перевожу взгляд туда.
Но Скарлетт уже выходит следом, на ходу надевая пальто, и именно в этот момент я встречаюсь взглядом с тем самым официантом, который слишком внимательно пялился на нее раньше.
Я резко разворачиваюсь и прижимаю Скарлетт к стене. Поддеваю пальцем ее подбородок, заставляя посмотреть на меня, и жестко целую. Язык скользит ей в рот. От мысли, что она чувствует собственный вкус на моих губах, у меня снова начинает вставать.
— Черт, я думал, вы брат и сестра, — бормочет официант, проходя мимо.
Скарлетт толкает меня в грудь, ее губы припухли, взгляд злой:
— Мудак.
Я обнимаю ее
