Фейридейл - Вероника Ланцет
– Но почему они не узнали тебя? – задаю я вопрос, над которым ломала голову весь вечер.
– Я применил простое заклинание, придуманное нашей дочерью. Оно маскирует импульсы энергии. Она сказала, однажды оно мне пригодится. Судя по всему, она имела в виду этот вечер, – усмехается он.
– Никогда не перестану ею восхищаться. – Я с улыбкой качаю головой. – Она все-все предусмотрела, не так ли?
– Похоже на то. – Амон нежно улыбается.
Я крепче прижимаюсь к нему, пользуясь моментом, чтобы впитать тепло его тела.
– Нам нужно взглянуть на кодексы и поискать заклинания. Но когда?
– Сегодня вечером, – решает Амон. – Во время ужина.
– Ты уверен, что готов? Ты не слишком ослабнешь?
Он качает головой, на его губах играет грустная улыбка.
– Это последний шаг, Села. Я справлюсь.
Я поджимаю губы, не в силах скрыть беспокойство.
– Как только мы найдем заклинание, я сделаю все сама, – заверяю его. – С моим уровнем сил я смогу сотворить любое заклинание.
– В этом я как раз и не сомневаюсь. Будь ты Дарси, я бы побоялся дать такую свободу действий, ведь твои силы еще не вернулись. Но сейчас? Выход за тобой, моя Села. И я знаю, что буду гордиться тобой больше всего на свете.
Амон целует меня, прежде чем первым уйти.
Я же ненадолго остаюсь в уборной, чтобы поправить платье и прическу, и только потом присоединяюсь к остальным в гостиной.
– Тогда объясни, почему она выглядит в точности как Элизабет Монтфорд. – Миссис Ито вдруг указывает на меня пальцем, когда я появляюсь в дверях.
Мои глаза на мгновение расширяются, но, увидев, что Амон качает головой, я делаю глубокий вдох и стараюсь вникнуть в суть происходящего.
– Вы торопите события. Ну и что, что он не убивал Элизабет? Он все еще опасный демон, – говорит Кресс, стиснув зубы.
– Но разве вы не видите? Кто-то подделал наши воспоминания! – Изабелла вскакивает на ноги. – О каком доверии может идти речь, если кто-то способен на такое? Это не делает чести Святому Престолу.
– Значит, ты скорее доверишься старухе, чем Верховным старейшинам? – набрасывается на нее Финн.
– Ты только что подтвердил, что он не убивал Элизабет, и тем самым дал понять, что доверять Верховной Власти не стоит. Так ведь, Финн? – Амон приподнимает бровь.
И Кресс, и Финн выглядят так, словно вот-вот взорвутся. Все присутствующие продолжают задавать им вопросы, правда ли ритуал так безопасен.
– Тихо! – кричит Рианнон, стукнув тростью по полу. – Понимаю, у всех вас есть сомнения, но мы ведь говорим о чудовище, которое вызвало эпидемию чумы и убило тысячи людей одной лишь силой разума. Действительно ли вас волнуют такие мелочи?
– Мисс Хейл, очевидно, что прямо сейчас мы к согласию не придем. Нужно получить от Святого Престола точную информацию, в чем заключается суть заклинания и что именно от нас потребуется, – говорит Амади.
– Тогда предлагаю пройти всем в столовую, и за ужином наши почетные гости, – она указывает на Кресса и Финна, – расскажут нам обо всем и развеют любые сомнения.
Кресс кивает в знак согласия.
– Идемте? – Рианнон окидывает всех взглядом и кивает на дверь.
На этот раз они воздерживаются от комментариев и молча направляются к выходу.
Дождавшись, когда все уйдут в столовую, я приближаюсь к Рианнон.
– Это плохо, – шепчу я. – Вдруг кто-то откажется? Мы ведь тогда не сможем произнести заклинание.
– Мы сделаем это, – цедит она сквозь зубы. – Мне все равно, на что придется пойти, но заклинание будет произнесено, как мы и планировали.
Боже милостивый, а она настроена весьма решительно.
Амон прав, она слишком заинтересована в этом, но я не понимаю почему.
Потому что она сделала это делом своей жизни, – мысленно отвечает Амон. – После того, что с ней сотворил Авель, это был ее единственный способ примириться со случившимся. Ведь если в результате изнасилования родилась Лизетт, а позже и ты, чтобы исполнить пророчество, тогда вся ее боль не будет напрасной. Пусть мне не нравится фанатизм Рианнон, это объясняет, почему она отдала всю себя этой миссии. Она просто не знает другой жизни.
Мои глаза слегка расширяются. Его объяснение звучит слишком логично.
Я украдкой бросаю взгляд на Рианнон. Ее губы плотно сжаты, а на лице отражается решимость.
Ты прав. И почему я не поняла этого раньше? Рианнон же боготворит Лидию за ее предсказания. Именно они подпитывали ее цель. Она всю свою жизнь готовилась ко дню ритуала. Это так… печально и прискорбно.
Она просто еще одна жертва Авеля. Боги, поверить не могу, что он был способен на подобное зло…
Но почему Лидия допустила это? Она ведь могла бы все изменить.
Сомневаюсь, – со вздохом говорит Амон. – Я уже говорил тебе, любовь моя. Лидия видела много вариантов будущего, но только в одном мы одержали верх. Поэтому…
Ей пришлось принести жертвы, – заканчиваю я за него.
От моего внимания не ускользает, какой ценой мы всего этого добились. И при мысли о том, скольким людям – невинным людям – пришлось пострадать, у меня сердце кровью обливается. В конечном счете это, возможно, делает меня плохим человеком, но я ни о чем не жалею.
Не тогда, когда я в шаге от освобождения любимого.
Не тогда, когда счастье так близко впервые за целую вечность.
В прошлом слишком много проблем мешало нам быть по-настоящему счастливыми: мое бесплодие, вечные переживания Амона из-за Аркгора, тот факт, что ищейки империи преследовали нас в разных мирах. Конечно, у нас были и прекрасные спокойные годы, но счастье всегда омрачалось тревогами.
Но в этот раз я позабочусь о том, чтобы все изменилось.
Когда мы входим в столовую, нам показывают наши места.
К моему удивлению, я оказываюсь напротив Амона, и тот, подмигнув, одаривает меня ослепительной улыбкой. Госпожа Ито сидит справа от меня, а Изабелла – слева.
Рианнон со всей серьезностью отнеслась к своей роли хозяйки и занимает место во главе стола, чтобы видеть всех гостей. Кресс и Финн устраиваются по обе стороны от нее.
Как только все рассаживаются по местам, она велит официантам подавать еду.
Первые несколько блюд гости едят неспешно, не ввязываясь в открытые споры. Но это не значит, что напряжение в воздухе спало. Напротив. Внезапно начинает казаться, что все относятся друг к другу с подозрением и враждебностью.
Амон определенно добился своего.
И, учитывая настроения старейшин, я сомневаюсь, что дело дойдет до ритуала.
Во время первой смены блюд Рианнон поднимается с бокалом вина и произносит тост, после чего пускается в пространное объяснение:
– Как вы все знаете, Лидия Хейл предсказала, что в один
