Хранить ее Душу - Опал Рейн
Его щупальце, скользящее по клитору, растирающее и поглаживающее его своими маленькими узелками, довело её почти до слез от ощущений.
— Да, — попыталась сказать она, задыхаясь от нехватки воздуха. — Именно так. Не останавливайся.
Каким-то образом он ускорился, и её ноги лягнули воздух. Словно она пыталась ползти вперед, убежать и вырваться, когда оргазм перехватил поводья и утопил её.
Вскрикнув, она сжала его член тяжелыми влажными спазмами, теряя себя в нём. Его рычание, его хрипы, этот странный урчащий звук, примешивающийся к ним, причиняли боль её разуму.
Это была пытка, и это было блаженство. Рея нашла рай в Покрове, и он был подарен ей членом Сумеречного Странника, который затрахивал её до беспамятства.
Он не остановился даже когда она кончила; её тело настолько обмякло, что она не могла ничего делать, только принимать это. Её глаза были так затуманены, что зрение помутилось, когда она смотрела в пустоту на размытую линию деревьев, но у неё не хватало напряжения, чтобы закрыть их. Слёзы катились из них, стекая по носу и щеке от невероятного наслаждения.
Орфей придавливал её своей хваткой, наваливаясь на неё своим телом, и она обожала это. Словно якорь в этом мире, это заставляло её чувствовать себя живой — несмотря на то, что ей казалось, будто она вот-вот потеряет сознание от его натиска, и голова кружилась всё сильнее с каждой секундой.
Мысли покинули её, кроме его имени, шепчущего в её разуме. Она не могла говорить. Она могла только чувствовать, как он вбивается в неё дикими, неистовыми толчками. Входя и выходя стремительно, постоянно оглаживая её изнутри, прежде чем его удары лишили её самого голоса. Она могла слышать только его, так как её крики были подавлены громкостью его звуков, его дыханием.
Она чувствовала запах травы, запах грязи, и ей хотелось чувствовать его запах.
Её внутренние стенки сжимались, жадно всасывая его, когда она начала кончать снова. Должно быть, её крик эхом разнесся по лесу за пределами безопасности их дома, но ей было всё равно.
Она была слишком поглощена Орфеем, чтобы думать о том, пришел ли какой-нибудь Демон посмотреть, как они трахаются снаружи.
Она получала именно то, что хотела, пока её тело подпрыгивало и скребло по земле. Её оргазм стекал по бедрам, щекоча её и заставляя извиваться еще сильнее. Только добыча извивается, и она будет извиваться изо всех сил, если это подтолкнет его еще дальше в пучину безумия его желаний.
Его толчки звучали более влажно. Как постоянный хлюпающий звук, пока его член двигался внутри её киски, перемешивая его и её оргазмы. Они хлюпали в унисон.
Резкий скулёж вырвался у него, прежде чем он толкнулся глубоко, натягивая её на себя, зарываясь в неё так сильно и глубоко, что её спина прогнулась вниз под этой силой. Она поняла, что он порезал её когтями, когда почувствовала боль и выступившую кровь, но едва ощутила это, так как он заполнил её настолько полно, что она могла чувствовать выпуклости его скрытой мошонки прямо у входа, словно они тоже пытались проникнуть внутрь.
Её язык вывалился, словно это было нужно, чтобы помочь ей дышать сквозь одышку, когда она почувствовала, как его горячее семя изливается в неё, а его член разбухает снова и снова в такт этому. Быстрые, тяжелые толчки стремительно захватили каждый дюйм её тела, заставляя ноги дрожать от ощущения того, как это разливается внутри неё.
Орфей застонал так громко, что это почти прозвучало как боль. Ей удалось оглянуться и увидеть, что его голова была устремлена в небо, а челюсть широко раскрыта.
Он начал слегка пульсировать, словно не хотел останавливаться, и это заставило густую жидкость внутри неё хлюпать, прежде чем вытечь наружу. Это так хорошоооо.
Когда он закончил, он выскользнул из неё и рухнул на бок рядом с ней. Отчаянно пыхтя, его тело дергалось и спазмировало, а мех и плавники поднимались и опускались, словно не могли успокоиться.
Рея упала вперед, так как давно потеряла силы в теле, и единственным, что удерживало её, были его щупальца, прижимавшие её к нему.
Через несколько мгновений, пока он тяжело дышал, словно пытаясь поймать потерянное дыхание, с черными глазами, словно закрытыми, он потянулся и притянул её ближе. Орфей свернулся вокруг неё всеми конечностями, а его руки слегка разминали её плоть.
Он не потерся о неё носом, но она знала, что он сделал бы это, если бы не был так истощен.
Какое-то время они лежали вместе, крепко обнявшись. Она никогда не видела, чтобы Орфей был настолько не в себе после этого, чтобы ему нужно было так восстанавливаться.
Она чувствовала животом, что его щупальца полностью сомкнулись вокруг его члена, хотя он был полностью вытянут, и что он медленно втягивался обратно внутрь него. Его тело начало меняться, возвращаясь к спокойному Орфею, чья одежда медленно появлялась снова, словно была спрятана где-то внутри него.
— Рея… — тихо произнес он, словно не решался задать вопрос. — Ты… Ты сделаешь мне новый бубенчик?
Она подняла голову, чтобы посмотреть на его челюсть снизу.
— Тебя это так сильно беспокоит?
— Да. Мне жаль, что она сломала его.
— Не жалей, это не твоя вина. — Она похлопала его по спине. — Я очень рада, что убила её. Ты расстроен из-за этого?
— Нет. Единственное, что имеет значение, — это ты.
Подтянувшись выше, она оказалась лицом к лицу с ним и начала играть с его рогом.
— Я с радостью сделаю тебе еще один бубенчик. А этот я пока сниму, чтобы тебе не пришлось его слушать.
— Спасибо, — прохрипел он, прежде чем лизнуть её в щеку самым кончиком языка.
Глава 37
Рея сидела обнаженной на коленях Орфея, пока они полу-лежали на его кровати — которую она тоже считала своей. Он хотел иметь возможность прикасаться к её обнаженному телу, проводить по ней кончиками пальцев и когтями, словно хотел коснуться её, почувствовать, убедиться, что она перед ним.
Он снял свою одежду, чтобы она могла сделать то же самое, и удивился, когда она решила оседлать его бедра. Её колени не касались кровати под ним.
Его светящиеся сферы были обычного светло-голубого цвета, и она с облегчением увидела это.
— Ты съел меня, Орфей? — Она тепло улыбнулась ему, чтобы показать, что совсем не расстроится, если он это сделал.
— Нет. Ты… рассыпалась пеплом в моих руках, но я не был голоден даже до того, как это случилось.
Она
