Искушение Озеда - Виктория Эвелин

Виктория Эвелин

«Искушение Озеда»

Серия: Клеканианцы (книга 4)

Автор: Виктория Эвелин

Название: Искушение Озеда

Серия: Клеканианцы_4

Перевод: Иришка

Редактор: Eva_Ber

Обложка: Кира

Оформление: Eva_Ber

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим вас удалить этот файл после прочтения.

Спасибо.

Глава 1

«Тебе нужно встать, миита», — слова звучали в голове у Алекс мягко, как нежное, но настойчивое напоминание. Она вздрогнула и попыталась поднести руки к лицу, но они не слушались.

«Принцесса, время не будет ждать тебя», — доносился настойчивый голос, знакомое изречение от ее отца.

«Еще пять минут…»

Внезапно до нее дошло. Колючий песок, жаливший ее щеку, был не матрасом, покрытым трикотажной простыней. Холодная вода, обдающая ее лодыжки, не была ее теплым одеялом. И успокаивающий голос, призывавший ее проснуться, принадлежал не ее отцу. Это было невозможно.

Тем не менее, в момент замешательства у нее на глазах выступили жгучие слезы.

Мир вокруг нее закружился, и волна тошноты заставила ее оставаться совершенно неподвижной.

«Где я?»

Алекс широко раскрыла глаза. Пороги! Лили! Она отдернула голову как раз вовремя, чтобы выплюнуть мутную воду на большое бревно, лежащее рядом с ней.

В ушах у нее звенело от усилий избавиться от содержимого желудка. С огромным усилием она поднялась на четвереньки и подождала, пока головокружение прекратится. Оно только усиливалось, пока она не рухнула на бок, обхватив гудящую голову руками.

Все было слишком напряженным. От звука льющейся воды у нее возникло ощущение, что череп сжимается до размеров виноградины. Ослепительный свет, лившийся сверху, проникал сквозь плотно сомкнутые веки и вызывал яростное жужжание в ушах. Она едва могла ясно мыслить, и всякий раз, когда ей это удавалось, малейшее усилие мозга усиливало головокружение.

Нужно найти тихое место. Шаг за шагом Алекс на четвереньках отползала от реки. Она не знала, сколько времени у нее ушло на то, чтобы найти укромную нишу, вырубленную в склоне холма. Или даже о том, что у нее хватило ума сообразить, что занавес из виноградных лоз, скрывающий грязную нишу, можно отодвинуть. Но первобытная часть ее сознания, настроенная на выживание, взяла верх и заставила ее опуститься на прохладную, влажную землю в темноте.

Сырое укрытие заглушало шум снаружи, а занавес из виноградных лоз скрывал болезненный свет. Подтянув колени к груди, она снова закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на голосе своего отца. Возможно, он ей померещился, но даже если и так, звук был правильным. Голос был знакомым. Сосредоточившись на нем, она почувствовала, что стук в голове немного стих. Не успела она опомниться, как мир снова погрузился в блаженную тишину.

***

Для Алекс больше не существовало времени. Она просыпалась, пыталась пошевелиться, но у нее начиналось головокружение, которое часто сопровождалось рвотными позывами, которые возобновляли головную боль. Затем, спустя некоторое время, истощение овладевало ею, и она вновь засыпала. Прошли ли дни? Или часы?

Последнее, что она помнила перед тем, как найти убежище, было течение быстрых вод, утащивших её под воду, и жгучая боль в затылке.

В моменты просветления ее беспокоило то, что у нее все чаще пересыхало в горле. Слова Лили о том, как долго человек может выжить без воды, звучали в её уме. После того как они сбежали из бункера, где их держали, и отправились в чужой лес, Лили настояла на том, чтобы Алекс научилась очищать воду, чтобы она была безопасной. Однако сейчас Алекс было не до этого. Она едва могла оставаться в сознании достаточно долго, чтобы вспомнить, что ее окружает.

Что, если она пролежала так несколько дней? Как долго она сможет обходиться без воды? Осмелится ли она вернуться к ручью и напиться прямо из него? Прежде чем она смогла принять решение, ее зрение померкло.

***

От шума, раздавшегося перед Алекс, у нее со скрипом открылись веки. У нее даже не было сил испугаться, что шум издает кто-то другой, кроме нее. Сквозь затуманенное зрение она различила маленький желтый предмет на земле, который то появлялся, то исчезал из поля зрения.

Алекс отметила свое учащенное сердцебиение и сильную сухость во рту, и где-то в глубине затуманенного сознания мелькнула мысль, не умирает ли она.

Что-то маленькое и быстрое пронеслось мимо желтого предмета и скрылось из виду за завесой лиан. Возможно, это был всплеск адреналина, но на мгновение зрение прояснилось, и оказалось, что желтый предмет — это чашечка, выдолбленная из какого-то растения. Шустрого существа, кем бы оно ни было, нигде не было видно. Приложив гораздо больше усилий, чем следовало, Алекс подползла к чашке и заглянула внутрь.

Это была вода? Пот струился по ее лбу, она пыталась сосредоточиться на том, стоит ли ей пить, но чем больше она сосредотачивалась, тем сильнее путался ее разум, пока все, о чем она могла думать, был спор Принцессы-невесты. Виццини и Уэстли сидят друг напротив друга и спорят о том, какой стакан был отравлен. Мог ли маленький лесной пришелец отравить воду, надеясь, что она выпьет ее и умрет, чтобы он смог поселиться в ее теле? Или он пытался помочь по какой-то причине?

Воспоминания о фильме ускользнули от нее, и Алекс поняла, что, должно быть, она действительно умирает. В конце концов, это был один из ее любимых фильмов, и ни за что на свете здоровая версия ее самой не смогла бы забыть подробности о нем.

Она осторожно отхлебнула воды, намереваясь попробовать одну-две капли. Жидкость проложила увлажняющий путь по пересохшему горлу, и она не смогла удержаться, чтобы не допить остатки одним жадным глотком. Она упала на спину с желтой чашкой в руке и прошептала: «Икоканин порошок. Непостижимо», — прежде чем прежде чем заснуть… или, возможно, умереть.

***

Когда она проснулась в следующий раз, сознание вернулось к ней с большей готовностью. Она повернула голову, в которой теперь лишь слегка стучало, и обнаружила желтую чашку, стоящую рядом с виноградной лозой, там, где она видела ее раньше. Почувствовав себя немного лучше, Алекс заставила себя сесть. От усилий на лбу у нее выступил пот, но она смогла это сделать, и только это имело значение. Прежде чем взять чашку, она обыскала свою маленькую грязную пещеру, надеясь найти существо, которое ее покинуло. Она была одна.

Она отпила воды и провела руками по чувствительному месту у основания черепа. Она вздрогнула, когда острая боль пронзила ее сознание. И действительно,