Ошибка профессора - Сандра Бушар
Я старалась не смотреть на Шлефова. Знала, что увижу на его лице – шок и жалость. Мне не нужно было этого. Впервые в жизни я решилась произнести то, что сидело внутри. То, что боялась озвучить. Теперь это казалось далекой неправдой. Пережитками прошлого. Но Саша должна была знать, что ошиблась. И доверилась не тем людям! Могу только представить, какие гадости родители про меня рассказывали…
– Господи, Диана… – услышала я растерянный голос Риты. – Но ведь мы слышали другое…
Саша остановила ее жестом руки и ответила сама:
– Били? Значит заслужила! Наказывали? Значит довела! От ХОРОШИХ людей не отворачиваются родители. И НОРМАЛЬНЫЕ дети прекрасно понимают, что родители не вечные. Умрут – жалеть будешь, что не валялась в ногах и не извинялась. Но уже поздно, – девушка вдруг встала подошла к углу и достала очередную камеру. – Они тебя уже не простят и нам смысла нет. Ты опущенная ниже некуда. Местная шаболда, которая повелась на папика. Шлефова скоро твоего турнут из преподавания, а ты по рукам пойдешь. Газета, которая опубликовала репортаж о вас с профессором, заказала у нас вторую часть. Денег подкинули. Вот мы и решились с тобой сблизиться, чтобы камеры их распихать. Иначе зачем ты нам нужна? Опущенная, ниже некуда. В нашей группе никто с тобой знаться не хочет. Одна Настя Петрова с приветом, ходит и защищает тебя. Рита, скажи!
Саша уставилась на Риту. Но та молчала. То ли она была умнее блондинки и знала, что камеры в доме пишут не только видео, но и звук, а это значит на девочек записывается компромат для полиции, то ли просто стыдилась всей ситуации и предпочитала смотреть в пол.
– Мне нечего сказать, – промямлила Рита. Но потом все же подала голос: – Когда мы делали все это, происходящее казалось правильным. Шутка такая. Весело было следить и снимать все на камеру, как сыщик. Рыться в чужих вещах… Писать анонимные сообщения с чужого аккаунта… Но сейчас я понимаю, что мы слишком далеко зашли.
Удивительно, но Вадим Геннадьевич молчал. Хотя по лицу было видно: спокойствие дается ему титаническим трудом. Глаза налились кровь. Сжатые в кулаки пальцы подрагивали и хрустели от напряжения. Брови воинственно свелись вместе, образовывая на переносице большую морщину. Даже волосы и те встали дыбом.
– «Далеко зашли»? – Саша опешила от такого заявления. Ткнула Риту пальцем в бок. – Ты с ума сошла? Диана все это заслужила. Забыла? Она глупая, наглая, вечно строит из себя не пойми кого. Парни все вокруг на нее вешались, а она «не такая». Помнишь, как мой Сережа на нее запал? А твой Костик?! Как они там говорили: «Такая святая невинность! И в благотворительной организации альтруист! И на сцене принцессу играет! И учится хорошо! И красивая! И сексуальная!». Теперь все узнают, кто есть кто.
– Саша, что ты такое несешь?! – зарывшись лицом в ладони, я не могла поверить своим ушам. – Какие парни… При чем тут ваши Костик и Сережа… Я с ними даже не знакома!
Сложно поверить и принять, что человек, которому ты все годы рассказывала самые страшные потаенные секреты, все это время тебя ненавидел! Скорее всего, мои родители просто подпитали эту ненависть. А потом заразили и Риту…
Не знаю, что именно творилось в голове Саши, но там я была самым страшным Дьяволом, виновным во всех грехах.
– А вы что молчите? – Саша посмела обратиться к Шлефову. Тот на ее импульсивность даже пальцем не повел. – Правда глаза колет?
– Я жду, – дикий хрипящий рык и пугающе холодная кровожадная улыбка. От страшного вида профессора по мне холодок прошел. Казалось, он прямо сейчас убьет тут всех. Никого не оставит в живых. А потом скормит останки своим рыбкам.
– Чего же? Чем все кончится? – Саша прихватила вещи и потянула Риту к лифту. – Нашли камеры? Молодцы! У репортеров к ним отдаленный доступ. Наверняка, что-то интересное и так накопали уже…
Саша, видно, забыла, что Шлефов говорил про двери лифта. Принялась судорожно нажимать кнопку вызова, но ничего не происходило. Она нервно била его сумкой, ругала, истерила… Рита же просто стояла рядом с потерянным взглядом и пялилась перед собой.
Наконец, двери распахнулись. Только девушки не успели войти внутрь. Им перекрыли проход двое людей в форме. Внутри что-то больно содрогалось во время их задержания с сопротивлением. Морщась, зажимая уши, я старалась отключиться от реальности.
– Кажется, все кончилось, – когда все ушли, Шлефов присел передо мной на колени и заглянул в глаза, – теперь все получат по заслугам. И эти «тайные агенты» и газета с их креативным подходом к добыче информации.
Я кратко кивнула. Теплые родные руки мягко скользили по моему лицу, стирая дорожки слез. Я таяла, расслаблялась и понемногу приходила в себя. Вдруг голову озарил вопрос… Резко посмотрев на Шлефова, я удивленно спросила:
– Погоди. А как ты знал, что на камерах будет что-то интересное?
ГЛАВА 17
Шлефов неожиданно напрягся. По выражению его лица сразу стало очевидно: мужчина что-то не договаривает. Пораскинув мозгами, я вдруг сложила все пазлы в голове и пришла к неутешительным выводам:
– Ты все знал про них, да?..
Он молчал. Долго. Будто подбирая слова. Заглядывал мне в глаза, ища там спасение. Наконец, он виновато прошептал:
– Знал. И не говорил. Я думал, так будет лучше.
– Но, почему? – мой потерянный взгляд задумчиво блуждал по комнате. Логику Шлефова я совершенно не улавливала! – Неужели ты хотел, чтобы я продолжала дружить с этими предательницами?!
– Нет, конечно… Вы ведь в разных корпусах учились и не общались. Кто знал, что они в гости завалятся. Еще и с камерами, – тяжело вздохнув, Шлефов снова накрыл мою щеку своей горечей ладонью и нежно очертил контур губ указательными пальцами. По телу скользнула расслабленная нега. – Прости. Я просто не хотел тебя терять.
– Как это связано? – в недоумении я не могла отвести взгляда от профессора. Хотелось, чтобы он рассказал все здесь и сейчас. Хватит тайн!
– А кто сказал мне: «Поживем вместе, пока не найдешь авторов статьи?». А я в тот день как раз нашел… И решил отложить дело в ящик. Ради тебя… – в глазах Шлефова появилось нечто такое, от чего защемило сердце. Я очень хотела на него злиться, но ничего не выходило. – А сегодня целый день был на важном собрании. Там телефоны на входе отключают. После него сразу к
