Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды - Яра Вереск
Телепортист поторапливал, так что всадники отправились в неизвестность первыми, на всякий случай приготовив боевые плетения.
Минуты не прошло, как ожил магворк у Шандора, и он выслушал сообщение капитана. Озвучил для всех:
— Центр Оставленного Города. Тамир полетел разведать, Эван ждет нас!
Следующими в портал вошли телепортист и Шандор. А меня как кто-то подтолкнул — я, не думая, тоже туда заскочила. В последний момент.
В городе было тепло. Намного теплее, чем даже в оазисе Старого Места. И темно. И тревожно. Как и рассказывали книги — здесь сам воздух как будто заколдован. Никакого движения, кроме быстрого движения мрачных серых облаков.
Мы стояли на крыльце древнего полуразрушенного здания. Когда-то оно было красивым, наверное. Но время его не пощадило, как и те дома, что расположились на противоположной стороне улицы.
— Ронка, ну зачем ты… — с досадой сказал Шандор, и Эван тоже собрался уже мне высказать все, что думает об этой выходке. Но тут Вран спланировал к нам, Тамир доложил:
— Через две улицы заметил движение. Или бутлегеры, во что мало верится, или наш клиент. Две лошади. Люди… человек шесть снаружи.
— Неприятно, — согласился Эван. — Дакар, вам с Роной лучше бы туда не соваться.
— Да. Будь на связи.
Я бы может и возразила, если бы мне было, чего возразить. Но Эван прав — у меня ни оружия, ни идей что делать дальше. Ну кроме Сулиного клюва, или ящеркиного яда — если кто-то из них вообще захочет со мной меняться телами. Да я вообще толком не понимала, зачем запрыгнула в портал! Как будто кто-то позвал.
Я к себе прислушалась, но все было как обычно.
— Шандор, я спрячусь вон, в доме. Иди, там, может, боевая магия нужна будет.
— Что тебя вообще-то сюда…
— Не знаю. Просто показалось, что так надо.
— Вот же… идем.
Мы поднялись по ступеням, зашли в дом. Там было совсем темно — ни отблеска. В пролом крыши видны быстрые серые тучи. И до этого пролома далеко. Два или три обычных городских этажа. Шандор углядел обломки у выхода. Крупные такие камни.
— Вот, садись. Подождем. Думаю, Эван справится…
Но у меня были сомнения. Если бы я не слышала, что говорил Тарбо про дайварскую магию и старика Триона, я бы так не переживала.
Мы сидели, рядом, молчали. Мне казалось, Шандор расстроен из-за моего легкомыслия, у него перед лицом летал его кристалл-магворк. Шандор тоже ждал неприятностей, хоть и не хотел мне об этом говорить.
Но самое смешное, что мне до сих пор казалось, что я все сделала правильно!
Магворк ожил внезапно.
Понятное дело, я не слышала, что сказал Эван, но мне хватило реакции Шандора.
— Что он сделал?!
Шандор вскочил и метнулся к выходу. Выглянул наружу. Вернулся:
— Ронка, не высовывайся. Там плохо. Тарбо провел какой-то обряд с человеческими жертвами, всадникам к нему не подойти, вокруг здания огненная завеса…
— Иди! — сказала я. — Буду здесь сидеть тихо-тихо. Обещаю.
Он только кивнул и ушел. Мне за всадников тоже было страшно. Стоило вспомнить взгляд старого Триона.
Просто сидеть в темноте и безвестности было едва ли не тяжелее, чем самой влезть в неприятности. Единственное, что я себе позволила, это выглянуть наружу, осторожно высунувшись из арки входа. Над развалинами, немного правее того места где я пряталась, поднимался черный дым. Но по-прежнему было тихо и беззвучно.
— Ты здесь… — прозвучал низкий, прерывистый голос.
Как будто кто-то бросил камень в спину.
Я отпрянула от выхода и резко обернулась.
Тарбо пришел словно из глубины полуразрушенного здания. Его покачивало, на боку растекалось большое кровавое пятно. Рану он зажимал рукой, но не думаю, чтобы это помогало.
— Советник… — пробормотала я, пятясь в тень. Как он смог вырваться-то?!
Он покачал головой и схватился за обломок скалы.
— Нет, я не Тарбо. Он — там! — Слабый взмах рукой на улицу. Но этого хватило, чтобы человек пошатнулся опять, и схватился за стену. — Может, умер…
— Кто вы… вы — Трион?!
— Да, девочка. И у нас мало времени!
— На что?
У меня даже пальцы похолодели, так это он сказал. Не пора ли звать ящерку?
— На то, чтобы что-то исправить. Без тебя ничего не выйдет.
— Без моего тела, хотите сказать?!
Как сообщить Шандору что Тарбо-Трион здесь? Опять тянуть время, или…
— Тарбо дурак, — хмыкнул он. — Доверчивый дурак… но при этом харизматичный дурак. У него получалось вести за собой людей. И я тоже… хорош. Наблюдал за ним… надеялся на правительство. Что его разоблачат. Он возродил инквизицию. Практически с нуля.
Тарбо поморщился, как от отвращения. Но я уже видела, что мимика — не его. Да, похоже, у старика получилось с ним поменяться телами. Против воли. Значит, и со мной получится.
Но еще не поздно выбежать на улицу и просто спрятаться в любой из развалин.
Не могу сказать, что меня обуяла какая-то особенная смелость. Но Тарбо не смотрел на меня, был далеко. И был ранен. А еще он со мной говорил. Тот, кто собирается напасть, тот не говорит.
— Вы готовили Адара Кета, чтобы получить его тело…
— Ерунда. Адар — мой сын.
— Что?
— Верить Тарбо… Отчасти он прав, одно из свойств магии дайваров — это возможность… умение… передавать ее. Вместе с памятью предков. Передавать следующему поколению. Чтобы детям было проще справляться. Не сознание, девочка. Не волю. Только память. Знания, без которых наш народ превратится всего лишь в еще одно племя скитальцев, без корней и памяти. Про которое скажут — бродили такие дикари по свету.
— Но тогда, почему Адар сбежал?
— Инквизиция… — он поморщился снова. Я видела, не притворяется. — Инквизиция планомерно уничтожала всех Хранителей Памяти, одного за другим. Двести лет назад в Карите сжигали целые деревни дайвар, потому что другие жители страны боялись нас, считали колдунами, похитителями тел. Нами пугали маленьких детей. Мы боролись, но нас было мало, и становилось меньше. А Штайо придумал, как связывать нашу магию. Пусть на короткое время, но делать нас. Беспомощными против любых других магов. Но все началось намного раньше. В одну из страшных ночей, сговорившись с захватчиками, предатели захватили и убили наших сильнейших магов. Убили специально в источниках, чтобы ослабить магию города.
— Двести лет назад? — пробормотала я. Историю я знала неплохо. Двести лет назад Оставленный Город был уже оставлен. И Карит ни с кем не воевал.
— Больше тысячи… да, если пересчитать на ваш лад. Больше тысячи.
— Надо перевязать рану, — сказала я.
Нет, мне не было его жалко. Это
