Второй шанс для Алой Пиявки - Айра Мэйрвелл
Я вздрогнула.
— Ты назвал меня…
— Алиса, — повторил он твердо. — Призрак назвал тебя так, сказал, что ты не из этого мира. И я видел, как ты отреагировала. Это твое настоящее имя, верно? Той, кто живет в этом теле?
Я замерла, момент истины настал. Я не могла больше лгать ему, не после того, что мы пережили.
— Да, — прошептала я. — Алиса, и я из другого мира. Я не Лиюэ. Лиюэ умерла в тот день, когда ударилась головой. Я заняла ее место.
Я ждала, что он отдернет руку, что в его глазах появится отвращение или страх. Одержимость духом считалась проклятием.
Но он лишь крепче сжал мои пальцы.
— Я знал, — спокойно сказал он. — Точнее, догадывался. Та Лиюэ, которую я знал… она была пустой. Жестокой и глупой куклой. Ты… ты другая. С первой нашей встречи в том зале, когда ты предложила мне чай, я видел в твоих глазах другой свет. Свет разума, который не принадлежит этому затхлому двору.
— И тебя это не пугает? — спросила я, глядя на него с надеждой. — Что я… чудовище? Захватчица тела?
— Ты спасла императора, спасла моих людей, спасла меня. Если это делают чудовища, то я предпочту быть на их стороне, чем на стороне святых, — он грустно улыбнулся. — К тому же… мне никогда не нравилась Лиюэ. А вот Алиса… Алиса мне дорога.
У меня перехватило дыхание. Слезы, которые я сдерживала последние сутки, хлынули из глаз. Я уткнулась лицом в его колени и заплакала.
Он не стал меня успокаивать словами. Он просто положил руку мне на голову и начал гладить волосы. Медленно, ритмично.
— Все хорошо, — шептал он. — Мы здесь, мы живы.
Когда слезы иссякли, я подняла голову.
— Призрак, — сказала я, вытирая лицо рукавом. — Он ушел, но оставил послание.
Цзинь Вэй кивнул, его лицо снова стало серьезным.
— Он проиграл этот бой. У него нет армии големов. Но у него осталась его сила, и его безумие.
— Церемония Небесного Единения, — напомнила я. — Она состоится завтра. Астрономическое явление нельзя отменить. Парад планет произойдет вне зависимости от того, есть у него ключ или нет.
— Что он может сделать без ключа?
— Я думала об этом, пока мы ехали, — я встала и начала ходить по комнате. Мой мозг, отдохнувший и подстегнутый опасностью, снова заработал в полную силу. — Он хотел открыть врата цивилизованно. Через «черный ход». Тихо и аккуратно, используя накопитель энергии. Мы разрушили его план. Теперь у него остался только один вариант.
— Какой? — спросил генерал.
— Ему нужен источник энергии такой мощи, чтобы порвать ткань реальности. Если он не может использовать накопленную энергию сотен людей… он использует энергию самого места.
Я остановилась перед картой столицы, висевшей на стене.
— Столица построена на месте силы. Пересечение лей-линий. Именно поэтому здесь стоял дворец династии Шан, и поэтому здесь стоит наш дворец. Сердце Империи — это не просто артефакт. Это узел.
— Он хочет уничтожить узел? — нахмурился Цзинь Вэй.
— Нет. Он пойдет в самое сердце, туда, куда мы не смогли добраться. В тронный зал Древних.
— Но входы завалены, мы проверяли.
— Для человека, который может проходить сквозь стены и превращаться в тень, завалы не проблема. Проблема была в «Печати Сдерживания», которую мы забрали. Теперь там нет защиты.
Я повернулась к нему.
— Цзинь Вэй, мы думали, что обезопасили мир, но на самом деле мы открыли ему дорогу. Без Печати энергия в том месте нестабильна. Ему нужно просто подтолкнуть её. И тогда…
— И тогда взрыв уничтожит не просто пещеру, — закончил он за меня. — Он уничтожит столицу.
— Весь город провалится в тартарары. Буквально.
В комнате повисла тишина.
— У нас сутки, — сказал генерал, поднимаясь с кресла. Он пошатнулся, но устоял.
— Тебе нельзя сражаться, — напомнила я. — Врач сказал…
— К черту врача, — его голос был тихим, но в нем звенела сталь. — Если я не смогу сражаться мечом, я буду сражаться зубами, но я не дам ему уничтожить мой дом.
Он подошел ко мне и взял мое лицо в свои ладони.
— Алиса. Ты знаешь, как его остановить?
— Он из плоти и крови, даже если считает себя богом, — ответила я. — У него есть тело, значит, его можно убить. Но магия на него не действует так, как на других. Он поглощает Ци.
— Значит, нужно что-то, что не является магией. Старая добрая сталь.
Я вспомнила свои иглы. Они были бесполезны против него в пещере. Он остановил их силой мысли.
— Нужно отвлечь его, — сказала я. — Он одержим идеей совершенства. Он нарцисс. Если мы заставим его ошибиться…
В мою голову пришла безумная идея. Идея, достойная той, кто переписывал сюжеты книг.
— Цзинь Вэй, помнишь, он предлагал мне править вместе?
— Не смей даже думать об этом, — его глаза потемнели.
— Нет, я просто сделаю вид. Он считает, что мы похожи, что я — такая же, как он. Чужая, не из этого мира. Это его слабое место. Он одинок, в своем величии и безумии он страшно одинок. Он ищет отражение.
— Ты хочешь стать приманкой? Опять?
— Я хочу стать зеркалом. Я покажу ему то, что он хочет видеть, а пока он будет смотреть… ты нанесешь удар. Единственный, потому что второго шанса у нас не будет.
Генерал молчал, разглядывая мое лицо, словно пытаясь запомнить каждую черточку.
— Это будет наш последний бой, Алиса, — сказал он наконец.
— Тогда давай сделаем так, чтобы мы выжили.
Вечером мы сидели на веранде, укутавшись в пледы, и пили чай. Снег, который обещали тучи, так и не пошел, но воздух был морозным и чистым.
— Расскажи мне о своем мире, — попросил вдруг Цзинь Вэй. — Об Алисе.
И я рассказала. Рассказала о самолетах, которые летают выше фениксов, о городах, где ночь светла как день, о книгах, которые читают с экранов, светящихся, как магические кристаллы. Рассказала о своей учебе, о родителях, о том, как нелепо и глупо умерла под колесами автобуса.
Он слушал внимательно, не перебивая, словно
