Балаклава Красная - Виктор Карлович Старицын
Полностью срыв ступень, курсанты соорудили из нее плавный заезд на ступень, погрузились в машины и поехали. Старший лейтенант Марков сел в кабину первой машины. В кузове разместились шестеро курсантов с ручным пулеметом. Во второй машине тоже ехали шестеро курсантов под командой старшего сержанта Однолько, тоже при пулемете. Сержанту Марков приказал повторять все его действия, не проявляя никаких инициатив.
Проселочная дорога на твердом крымском грунте, представляющем собой смесь песка и мелкого камня, позволяла двигаться грузовикам — полуторкам с хорошей скоростью. Речушку Балаклавку пересекли вброд, едва замочив колеса. Ширина дороги позволяла разъехаться двум конным повозкам, грузовики проходили по ней свободно. Местность представляла собой пологие холмы, поросшие лесом. Метров на 300 в обе стороны от дороги лес был вырублен. На вырубке паслось деревенское стадо коров под присмотром пастуха. Подальше от деревни пастухи пасли небольшие отары овец и коз.
Через пару километров после выезда из долины встретилась первая развилка. Более наезженная дорога шла налево, в сторону Севастополя, менее наезженная — прямо на Бахчисарай. Марков приказал повернуть налево.
Еще через шесть километров снова выехали на трехсторонний перекресток. Одна дорога пошла прямо на Севастополь, а вторая — налево в сторону мыса Херсонес. Поехали прямо. Дорога петляла между холмами и по большей части совпадала с известной водителю и Маркову. Правда, дорога, ранее бывшая булыжной, везде утратила покрытие. Мосты через русла ручьев и речек пропали бесследно. Однако воды в ручьях было совсем мало, грузовики легко проходили броды. Наконец дорога прошла через последнюю седловину между холмами и прямо по курсу показалось зеркало Южной бухты. Ранее в этом месте уже начинались окраины города. Но, сейчас окружающая местность была пустынна. Лишь вдалеке внизу у верховья бухты просматривалась деревенька.
Марков остановил машину, вылез на подножку, достал бинокль и принялся разглядывать деревню. Рассматривать там было особо нечего. Пара десятков домишек вдоль берега, три лодки на берегу и четыре в бухте. Зарисовав все это в блокнот, старлей приказал водителям разворачиваться. Сам перешел в заднюю машину, оказавшуюся теперь первой.
Вернувшись к перекрестку, повернули направо, к Херсонесу. Проехали недалеко. Едва поднявшись к очередной седловине между холмами, Марков увидел далеко впереди на следующей седловине повозку и пару конников. Сразу приказал водителю сдать назад, остановиться и заглушить мотор. Курсантам приказал не высовываться из кузова и ждать команды. Сам выскочил из машины и осторожно вышел на седловину, спрятавшись за придорожным кустом.
Вдали на седловине за первой повозкой показалась вторая повозка, а за ней еще два всадника. В бинокль старлей увидел на козлах первой повозки двоих, на второй — одного человека. Плюс четверо всадников. Двое перед повозками и двое — за ними. Появилась реальная возможность взять пленных. Если их не спугнуть. Всадники были при мечах и при щитах. В бинокль их уже было хорошо видно. Один из седоков на первой повозке был одет заметно лучше всех прочих. Кожаная куртка и яркая красная шапка с пером. «А вот это будет ценный пленный». — Подумал старлей. Вернулся к машинам и вызвал к себе курсантов. Приказал незаметно выйти к седловине, залечь у дороги в кустах и приготовиться к бою. Водителю первой машины приказал по его сигналу завести двигатель, включить фары и дать полный ход, непрерывно гудя клаксоном. Сам занял позицию в цепи курсантов и приготовил белый носовой платок, чтобы дать сигна водителю. Предупредил курсантов, чтобы не стреляли без команды и были готовы повязать пленных. Всадники уже выходили на седловину и должны были вот-вот увидеть машины.
Марков взмахнул платком. Грузовик взревел мотором, и, непрерывно гудя клаксоном, рванулся вперед. Всадники и кони увидели перед собой в сотне шагов громадного ревущего зверя, стремительно надвигающегося на них, сверкая огненными глазами. Кони, как и ожидал старлей, испугались, развернулись и бросились наутек. Все усилия всадников были направлены на то, чтобы не вывалиться из седел и не попасться зверю в зубы.
Возницы попытались развернуть повозки. Испуганные кони не слушались вожжей, попытались круто развернуться и опрокинули повозки. Седоки из них вывалились на землю. Лошади бились на месте, не в силах сдвинуть опрокинувшиеся повозки.
— Курсанты! Вперед! Вяжи их! — заорал Марков. До опрокинувшихся повозок добежали за полтора десятка секунд. Выпавшие седоки были оглушены падением, не успели сбежать и не оказали сопротивления. Им связали руки за спинами и погрузили в подъехавший грузовик. Марков приказал водителям разворачиваться. Сбежавшие конники могли привести подмогу.
Повозки поставили на колеса и развернули. Упряжных лошадей успокоили. Вывалившийся из повозок груз побросали в машины. Посадив на козлы курсантов, умеющих обращаться с лошадьми, разведывательная группа двинулась в обратный путь. Теперь Однолько ехал в передовой машине, а Марков — в замыкающей. До Балаклавы добрались без происшествий. Пленных доставили в штаб.
До начала совещания с гражданскими начальниками Родионов получил доклад от Глухова. В бухте Евпатории он обнаружил небольшой городок за каменной стеной и парусные корабли у причалов.
Командир Мошки −4 Павлов к этому времени доложил, что на месте Алупки наблюдет рыбацкую деревушку, на месте Ялты — небольшой городок, а на месте Алушты — город за стеной и парусные корабли у причалов. Все новости ложились в одну струю.
4. Совещание.
К 12 часам дня военные прибыли в кабинет первого секретаря райкома ВКП(б) товарища Фрегера. Райком вместе с исполкомом райсовета размещался в бывшей даче Врангеля. Не белого генерала, а бывшего главного архитектора Севастополя, эмигрировавшего за границу вместе с родственником.
За длинным столом сидели второй секретарь райкома товарищ Сокольский, председатель исполкома товарищ Белобородько и его заместители, начальники городских служб. За отдельным столиком сидела секретарша Фрегера Зинаида, ведущая протокол совещания. Военным мест за столом не хватило, они разместились на стульях у глухой стены кабинета. Все присутствующие друг друга знали, поэтому, в представлениях не нуждались.
Фрегер из телефонного разговора уже владел информацией, которую к этому времени добыли военные. Тем не менее, он попросил Асташева повторить ее для остальных присутствующих.
— Товарищи! Вследствие неизвестного природного явления, во время ночной грозы Балаклава переместилась из известного нам мира в тот мир, который мы все с утра видим. Перемещению подверглась область в виде круга, или, может быть, шара радиусом около километра. Границу этого круга мы все отчетливо видим, поскольку
