За витриной самозванцев - Евгения Михайлова
— Здравые мысли, конечно, — одобрительно отметил Ильин. — Но и тут может быть нюанс. И опять же это не выдумка из романа, а был такой реальный факт. Объявили мы в розыск одну похожую «без вести пропавшую», правда, немного постарше. Искали долго и старательно: влиятельная родня не давала расслабиться. Опущу детали. Короче, нашли. А находка — совсем другая, мама родная не сразу признала. Она со своим многодетным любовником путешествовала по городам мира и в каждом сразу искала клинику пластической хирургии. В общем, зарубежные коллеги вычислили ее по ДНК в этих клиниках.
— Упоительная история, — рассмеялась Алиса. — Можно, я подарю сюжет своему знакомому писателю? Он добавит свои детали, все изменит, запутает и напишет роман, который может даже посвятить вам. Как они пишут: «факты и персонажи вымышленные, совпадения случайны». Жалко, если такая история пропадет.
— Как фамилия писателя?
— Морозов.
— Читал такого. А давайте. Только без обмана. Чтобы мне сообщили и подписали экземпляр.
Собеседники даже не сразу заметили, что их разговор стал доверительным, взаимно интересным.
— Хорошо пообщались, Алиса, — сказал на прощанье следователь. — Даже не ожидал. Звоните, если что. Буду рад помочь. Я тоже сообщу, как только будет что.
Алиса понимала, что запланированное дело она не провалила, даже наоборот: появилось множество смутных вариантов дальнейших действий. Но… Но какой же тяжелой стала ее голова. Она забита до предела не только конкретными фактами дела, не только догадками и предположениями, которые из всего вытекали. Алисе кажется, что она тащит воз с неподъемным грузом чужих тайн, комплексов, психологических и ментальных особенностей людей с разными мотивами, потребностями и страхами. Такими странными, настораживающими показались Алисе протоколы опросов почти всех свидетелей и потерпевших по делу.
Часть вторая
В омуте тайн
Худшее случится.
Закон Мёрфи
Атлантида в помощь
Свой первый телефонный спич, адресованный матери Светы Николаевой, Алиса обдумывала не меньше недели. Как посвятить мать Светланы в план своей никем не санкционированной миссии по созданию круга единомышленников в поиске пропавшей девочки? Как сделать это деликатно, ненавязчиво, так, чтобы сразу не вызвать протеста, подозрений в тайных, возможно, корыстных мотивах? Как не спровоцировать желание резко пресечь чужую и потому враждебную инициативу…
Прошло больше четырех месяцев со дня исчезновения Светланы. Достаточный срок для особой обеспокоенности неравнодушного наблюдателя. Но кто сразу поверит в то, что такой наблюдатель может появиться добровольно и без каких-то коварных замыслов.
— Мой совет, — уверенно сказал Морозов, когда Алиса поделилась с ним своими сомнениями. — Не расстилайся перед ней, не пытайся угодить, льстить. Не бойся суровых и резких выводов. Это все бессмысленно и во вред твоей миссии. Никто не обязан верить постороннему человеку. Чужое сопереживание и потребность помочь не рассмотришь под микроскопом, не отправишь на экспертизу. Для начала твоя задача — не вызвать мгновенное доверие матери жертвы, а заставить ее услышать твою правоту.
— Пока не представляю себе, как это сделать.
— Не скрывай того, что уже узнала. И не ее дело — каким образом ты это выяснила. Дай понять, что твоя осведомленность глубже, чем ты можешь сказать. Не бойся быть жесткой и прямолинейной. Ты не можешь никому признаться, что видела дело и знаешь о странном отсутствии любых версий и подозрений у всех родственников и знакомых семьи. Но ты можешь сама спровоцировать ее ответ об этом, вывод или просто неозвученную, но заметную мысль. Кстати, эта мамаша работает?
— Не то слово. Екатерина Николаева — владелица довольно востребованного СПА-салона «Ласковая волна».
— А вот это — особая примета, — обрадованно произнес Морозов. — И ты не поверишь, но у меня в этой теме есть консультанты. И это не случайная, желтая и недостоверная медийная помойка по распространению горячих сплетен в ранге фактов. Хотя я, честно говоря, и такими источниками не брезгую. Считаю подобное творчество образцом натурального гротеска, растущего дико, как бурьян. Людям с адекватным мозгом такая адская смесь фактов и бреда не привидится даже в горячке. Но я всегда имею в виду, что и это профессия, чей-то хлеб и товар, адресованный сознательно отобранной аудитории, которая интересна сама по себе, хотя бы в качестве круга пациентов. А для меня может стать крошкой идеи, хвостиком сатиры, возможности для осмысления очередной разновидности пошлости, злоупотребляющей чужой глупостью. Извини, ради бога, за пустую болтовню, не имеющую отношения к нашему серьезному делу. Просто я, кажется, привыкаю делиться с тобой всем, что приходит в голову. Ты так разумно слушаешь, так приятно дышишь в трубку. А сказать я хотел следующее. Тебе не стоит искать информацию об интересующих нас людях в сети или только в ней. Это я закаленный пользователь, от любой чуши способен получать удовольствие. Но для нашей ситуации у меня есть особый, надежный, проверенный временем консультант. И он двойной, — в чем есть железная страховка. Заинтриговал?
— Я даже онемела от удивления.
— Ок. Речь о моей бывшей жене Тане и нашей общей дочери Полине. Они очень привязаны друг к другу и терпимо, даже с жалостливым пониманием относятся ко мне. Поле, кстати, уже двадцать четыре года, и она аспирант на кафедре математики института Стеклова РАН. То есть человек с ясным и четким мозгом. Таня была преподавателем этого вуза, но давно ушла из профессии и с удовольствием забыла о химере под названием работа. Обожает заниматься интерьером квартиры, выбором нарядов для обеих, охотится за рецептами особых блюд. Но есть у моих дам особая, почти святая область ухода от будничных проблем, жестоких профессиональных обязанностей, подлости и мерзости реальности. Это как раз и есть блаженная атмосфера СПА-салонов, гимнастических залов, бассейнов и упоительных сборищ
