Час волка - Ю. Несбё
— Ты это сделал, Майк? Ты настолько расчетлив?
— Я не знаю, Боб.
— Ты не знаешь?
Майк высморкался в бумажную салфетку.
— Иногда мы убеждены, что конкретное действие является исключительно продуктом мыслительного процесса, согласен? Но потом — может пройти много времени — мы начинаем сомневаться. Та хорошая характеристика, которую ты дал студенту-таксидермисту, была ли она оправдана? Или это было из жалости к тому, чей талант, как ты знаешь, чуть выше среднего? Или парень твоей дочери-подростка, про которого ты более-менее намекнул ей, что не в восторге от него, — было ли это действительно так, как ты сказал, потому что он казался таким бестолковым? Или это было из-за тревоги, которую чувствует любой отец при перспективе потерять дочь? Нелегко узнать ответ, когда внутри борются противоречивые эмоции.
Боб посмотрел в окно. За то короткое время, что они сидели здесь, уже стемнело. Свет проезжающих машин отражался в каплях дождя на припаркованных автомобилях. С громким хлюпающим звуком остатки ванильного молочного коктейля исчезли в соломинке.
— Знаешь, как местные называют этот «Макдоналдс»?
— Как? — спросил Боб, но так и не услышал ответа, потому что зазвонил его телефон. Он увидел, что это Кари.
— Привет, милая, что у тебя для меня?
— Звонок на мобильный Майка Лунде был из таксофона.
Боб записал адрес на салфетке под бумажным стаканчиком.
— Ты ангел, Кари.
— Такие хорошие новости, что твое отстранение отменили.
— Спасибо.
Боб закончил разговор и посмотрел на адрес, который записал. Визуализировал карту центра города.
— Похоже, Томас Гомес звонил из таксофона в квартале от твоего магазина.
Майк поднял брови. Боба осенило.
— Знаешь что, Майк? Он направлялся в магазин. Он увидел, как я сижу и жду снаружи. Должно быть, понял, что я коп, и сбежал.
— Ты так думаешь?
— Да. А потом он позвонил тебе просто чтобы получить подтверждение тому, что уже подозревал. Что ты разговариваешь с нами. Черт.
Боб схватил картонный стаканчик и смял его в руке. Капли ванильного коктейля капнули с соломинки на тыльную сторону его ладони.
— Прости, Майк.
— За что?
— Что я втянул тебя в это, подставил под удар. Потому что теперь ты в опасности. Ты ведь понимаешь это, верно?
Майк покачал головой.
— Нет? — Боб лизнул тыльную сторону ладони.
— Томас не охотится на людей, которые охотятся на него. Он понимает, что они просто делают то, что должны. Он уже знает, кто его цели, и я не одна из них, Боб.
— Если ты так говоришь. Что делает тебя таким уверенным в этом?
— МакСмерть.
— МакСмерть?
— Так они называют этот «Макдоналдс». Раньше здесь тусовались банды наркоторговцев. Именно здесь Томас ел в тот вечер со своей семьей.
Боб мгновение смотрел на Майка, а затем оглядел наполовину заполненную закусочную.
— Так его семья была убита здесь?
— Он сказал, они сидели за столом, ближайшим к двери, так что, должно быть, за тем вон там. — Майк указал пальцем. — Он сказал, что был счастлив в тот вечер. У его дочери был день рождения, именно она настояла на «Макдоналдсе». Он не знал, что это притон банд, просто проезжал мимо несколько раз и заметил, что есть парковка. Это был идеальный вечер. Были шарики, дети пели песню, которую выучили в начальной школе, он и его жена Моника сидели и мечтали о будущем. Где они будут жить, пойдут ли дети в университет и так далее. О том, как им повезло жить в стране, которая предлагает столько возможностей для любого, кто готов приложить усилия. Стране, которая дает тебе шанс, неважно, черный ты, смуглый или белый, сидишь ли в инвалидном кресле или не из богатой семьи. Ты мог преуспеть, даже если твои иммиграционные бумаги еще не были в порядке, потому что пока ты хотел этого достаточно сильно, ты знал, что все получится. У Томаса была, как он думал, непоколебимая вера в будущее. Но, как оказалось, потребовалось всего тридцать или сорок секунд, чтобы потрясти ее до основания. Он часто говорил, что хотел бы, чтобы я знал того человека, каким он был тогда. Что он бы мне понравился. Но что его больше не существует, того человека больше нет. Он умер здесь в тот день, вместе со своей семьей. Человек, сидевший передо мной, был всего лишь его призраком.
Боб посмотрел на пару, сидевшую за соседним столиком. Их дочь была ненамного старше Фрэнки.
— Поэтому ты выбрал это место для встречи, Майк?
— Вообще-то оно по пути домой, но, может быть. Вероятно.
— И что оно должно мне показать, это место?
— Что это могли быть ты или я. Это мог быть ты, сидящий здесь со своей семьей в тот вечер, Боб.
Боб Оз отодвинул смятый картонный стаканчик в сторону и застегнул пальто.
— Я буду у твоего магазина в час тридцать завтра, Майк. Может, парень все-таки появится.
— Зачем ему это, если он знает, что идет прямиком в засаду?
— Не знаю. Есть определенный тип убийц, которых мы называем мотыльками.
— Мотыльками?
— Их словно влечет к расследованию убийства, которое они совершили. Они появляются на месте преступления или на похоронах. Стараются сблизиться с детективами, ведущими дело. Посещают бары, где те зависают, рядом с полицейским участком. Они как мотыльки, которые не могут не лететь на пламя, даже зная, что могут опалить крылья.
— Ты думаешь, Томас может быть таким?
— Не знаю. Я говорил с кое-кем сегодня утром, кто считает, что иногда мы хотим быть пойманными. Может, Томас знает, что игра почти окончена. Может, в глубине души он просто хочет покончить с этим.
После того как Боб сел в свою машину и проводил взглядом универсал Майка, выехавший на Ист-Лейк-стрит и исчезнувший на юго-западе, он достал телефон и сделал звонок. Он почти ожидал услышать гудок, а затем сообщение голосовой почты, требующее перестать ей звонить. Вместо этого она подняла трубку всего после двух гудков.
— Привет, Боб.
Глава 37
Гиблое место, сентябрь 2022
Йон Эрланд, пастор церкви Миндекиркен, встречает меня в вестибюле, соединяющем само здание храма с административным крылом. Когда я звонил ему из Норвегии перед вылетом и рассказывал о книге, над которой работаю, он ответил, что кузена моего не знал — только дядю, — и посоветовал поискать другие источники. Но стоило ему узнать о моем теологическом образовании и услышать намек на то, что именно детские воспоминания о Миндекиркене вдохновили меня на этот
