Рецепт убийства для настоящей лентяйки - Мэрион Чесни Гиббонс
Миссис Мейсон оказалась крупной женщиной в пурпурном нейлоновом платье и больших белых туфлях, напоминающих каноэ. Она обвела взглядом помещение и заговорила:
– Как вы знаете, дамы, проживающие в нашей деревне пожилые люди редко выбираются из дома. Я обращаюсь к тем из вас, у кого есть машины. Прошу, когда у вас будет такая возможность, вывезти их куда-нибудь. Я сейчас зачитаю список пожилых людей. Если у вас есть свободное время, предлагайте свою помощь.
Похоже, недостатка в волонтерах не было. Миссис Мейсон зачитывала фамилии из списка, который держала в руках. Агата оглядывалась вокруг, рассматривая других женщин. В их желании помочь было что-то старомодное. Если не считать худенькую бледную девушку двадцати с чем-то лет, которая сидела рядом с Агатой, все были дамами среднего возраста.
– У меня нет машины, – прошептала девушка Агате. – Едва ли я могу кого-то куда-то отвезти на своем велосипеде.
– Ну а теперь последние в списке, но не менее важные пожилые мистер и миссис Боггл из «Каллодена», – объявила миссис Мейсон.
Последовало долгое молчание. Огонь в камине за весьма внушительной спиной миссис Мейсон весело потрескивал, звенели ложечки, ударяясь о чашки, жевали челюсти. Добровольцев не было.
– Ну, дамы. Мистер и миссис Боггл хотели бы куда-нибудь съездить. Не нужно ехать далеко. Достаточно будет свозить их в Ившем и провезти там по магазинам.
Агата почувствовала, что жена викария смотрит на нее. Ее голос прозвучал странно для нее самой, когда Агата предложила:
– Я их возьму. Четверг устраивает?
Все собравшиеся в комнате испытали облегчение.
– Спасибо, миссис Рейзин. Это очень мило с вашей стороны. Возможно, вы еще не очень хорошо ориентируетесь в деревне. «Каллоден» – это дом номер двадцать восемь на Мортон-роуд, в микрорайоне, застроенном муниципальными домами. Девять утра в четверг вам подходит? Я сама сообщу время мистеру и миссис Боггл.
Агата кивнула.
– Хорошо. Они будут так рады. Теперь переходим к следующему вопросу. Как вы знаете, на следующей неделе нас будут принимать члены Женского общества Мирчестера. Они обещали организовать нам увлекательную программу. Я сейчас передам вам журнал, впишите свою фамилию, если хотите поехать. Ретфордская автобусная компания предоставляет нам автобус на целый день.
Журнал передавали по кругу. После некоторого периода колебаний Агата вписала свою фамилию. По крайней мере, какое-то занятие.
– Вот и отлично, – сказала миссис Мейсон. – Автобус будет ждать вас здесь, перед домом викария, отправление в одиннадцать утра. Не сомневаюсь, что мы все к этому времени проснемся. – Все, как и ожидалось, засмеялись, услышав последнюю фразу. – А теперь я попрошу нашего секретаря мисс Симмс зачитать протокол нашего последнего заседания на тот случай, если кто-то из вас его пропустил.
К удивлению Агаты, сидевшая рядом с ней девушка встала и повернулась лицом к собравшимся. Она зачитала протокол монотонным гнусавым голосом. Агата с трудом сдерживала зевок. Затем казначей зачитала длинный отчет о сборе средств во время последнего фестиваля в помощь Фонду исследований в области онкологических заболеваний.
Агата уже почти заснула, когда услышала свою фамилию. Казначея сменила миссис Блоксби.
– Когда наш новый член миссис Рейзин приехала к нам с несколькими коробками вещей и отдала их все на благотворительность, я подумала, что нужно показать вам часть предметов, – говорила миссис Блоксби. – Я думаю, что следует организовать отдельную распродажу.
Керамические кувшины и части полированной сельскохозяйственной техники были встречены охами и ахами, и Агата почувствовала удовлетворение.
– Думаю, что я сама куплю кое-что из этого, – заявила одна из женщин.
– Я рада, что вы разделяете мой восторг, – сказала миссис Блоксби. – Я предлагаю арендовать школьный актовый зал на десятое июня, это суббота, и выставить там все эти вещи. На неделе перед распродажей мы проведем специальное заседание, чтобы определиться с ценами. И это также даст нам дополнительное время, чтобы собрать еще какие-то предметы. Миссис Мейсон, могу ли я попросить вас, как обычно, взять на себя чайную?
Миссис Мейсон кивнула.
– Миссис Рейзин, может, вы хотите встать за главным столом, на котором будут выставлены товары?
– Знаете что, я проведу аукцион, – заявила Агата. – Сама буду аукционистом. Люди всегда платят больше, когда пытаются перекупить друг у друга товар и поднимают ставки.
– Отличная идея. Все за?
Собравшиеся подняли руки.
– Отлично. Деньги направим в благотворительную организацию «Спасите детей». Возможно, если нам повезет, какие-то из местных газет поместят объявление о распродаже.
– Я этим займусь, – предложила Агата, которая с каждой минутой чувствовала себя все лучше и лучше. Все было как в старые добрые времена!
Ее радость немного померкла, когда разговоры о деле закончились и женщины стали надевать пальто и взяли сумочки в руки. Мисс Симмс толкнула ее локтем в бок и сказала:
– Лучше это сделаете вы, чем я.
– Вы имеете в виду аукцион?
– Нет, Богглов. Самые ворчливые и мрачные старики с этой стороны от Глостера.
Каким-то образом миссис Блоксби оказалась рядом и услышала последнюю реплику. Она улыбнулась, глядя Агате прямо в глаза:
– Как мило с вашей стороны, что вы согласились куда-то вывезти Богглов. Это благородное дело. У старой миссис Боггл тяжелая форма артрита. Для них это очень много значит.
Агата чувствовала себя малодушной и даже, может, немного неполноценной в сравнении с чистой и искренней миссис Блоксби, ее простой и незамысловатой добротой, которая светилась у нее в глазах, и снова ощутила желание угождать.
Женщины, выходя из дома викария, разговаривали с ней о разных вещах, и ни одна не упомянула киш.
Агата почувствовала, что вписывается, и в хорошем настроении отправилась домой. Лилак-лейн начинал соответствовать своему названию. Кусты сирени с тяжелыми от цветов ветками, наполняли приятным ароматом вечерний воздух. Лиловые цветки глицинии висели над дверьми домов.
«Нужно что-то делать с моим садом», – подумала Агата.
Она отперла и открыла дверь в дом, зажгла свет. На коврике перед дверью лежал лист бумаги, на котором было написано послание. Агата замерла на месте, уставившись на него:
«Прикрати совать свой любапытный нос куда не следует старая сукка».
Агата подняла листок кончиками пальцев и в смятении уставилась на него. Она впервые осознала, насколько тихо в деревне по вечерам. Ее окружала тишина, и эта тишина казалась зловещей и угрожающей.
Агата бросила листок в помойное ведро и отправилась спать, взяв с собой латунную кочергу. Она прислонила кочергу к прикроватной тумбочке, где легко могла до нее дотянуться.
Старые дома скрипят и вздыхают, когда устраиваются на ночь. Агата долго не могла заснуть, дергалась при каждом звуке, пока
