Бракованный - Анна Жнец
Под куполом храма воцарилась тишина. Я чувствовала на себе десятки любопытных взглядов и слышала шепотки за спиной.
— Кто эта девушка?
— Что происходит?
— Это самая интересная свадьба, на которой я когда-либо была.
— Не надо, Вель, — шепнул Альвин, когда я приблизилась и встала рядом с его правым плечом. — Ты пожалеешь.
— Не пожалею.
— Я тебя не достоин, — он коснулся своего шрама.
— Достоин.
— Тебе нужен нормальный муж, а я… я мог бы остаться твоим… любовником, — на последнем слове его голос дрогнул.
Любовником? Ишь, чего удумал.
— Что за глупости!
Храмовник смотрел на меня, вскинув брови.
— Продолжайте, — велела я ему. — Все в силе. Только невеста сменилась.
Сзади волной накатил изумленный вздох толпы. Сбоку с открытым ртом на меня таращилась бегемотиха, зажатая тисками белоснежного шелка. Я попросила ее подвинуться и с удовольствием отметила, как злое обрюзгшее лицо с маленькими глазками налилось кровью.
— Да как ты смеешь?! — зашипела Катрин, брызжа слюной. — Так нельзя!
— Можно.
— Я… я… передумала! — топнула она ногой и подобрала с пола фату.
— Поздно.
Под моим властным взглядом храмовник раскрыл лежащую на алтаре книгу, прокашлялся в кулак и с неловким видом принялся зачитывать торжественный текст. Его голос звучал неуверенно.
— Перед лицом небес я призываю древние силы быть свидетелями этого союза. Клянетесь ли вы…
Да, совсем не о такой свадьбе я мечтала — стоять у алтаря с растрепанными волосами, в простом дорожном платье с грязным подолом, потому что бежала к Альвину по грязи, и чувствовать на себе ошеломленные взгляды чужих гостей.
Впрочем, все это мелочи. Главное, жених правильный.
Я нащупала ладонь Альвина и переплела наши пальцы. Любимый посмотрел на меня со смесью шока и восхищения. Уголки его губ дрогнули в светлой, недоверчивой улыбке.
Глава 9
О том, что случилось тем дождливым осенним утром в храме Первого Света, судачили еще долго, но мы все эти разговоры и косые взгляды оставили далеко позади. Наша семейная жизнь развивалась именно так, как я запланировала еще до свадьбы. Переезд в столицу. Работа на кафедре некромантии. Должность Мастера Арсенала у Альвина. Небольшие, но уютные покои при академии в крыле для преподавателей. Рождение первой дочери, а спустя три года второй.
Мы были счастливы.
Какое-то время Альвин переживал из-за моей испорченной репутации. С горьким самоуничижением он говорил, что я должна была выйти за другого, более достойного, а его оставить в качестве тайного любовника. Эти разговоры я пресекала на корню — садилась к мужу на колени и нежно целовала шрам на его щеке.
Карьера Альвина стремительно развивалась, и вскоре мы купили просторный дом неподалеку от академии, рядом с тенистым парком, где всей семьей любили кормить уток по выходным. Несколько раз в год нас навещала свекровь, чудесная женщина. А со своими родителями я оборвала всякую связь.
Однажды меня разыскала тетя Грейс и постаралась убедить помириться с матерью. Она уверяла, что ее сестра страдает, что мой отъезд и скандальная свадьба с Альвином стали для Хелен настоящим ударом. Взывая к моей совести, тетя умоляла меня вернуться домой, но я не смогла простить ложь и предательство. Во всем, что случилось, мать была виновата сама и теперь пожинала плоды своей бесчеловечной жестокости.
А ведь все могло сложиться иначе, не вздумай она играть чужими судьбами. Не было бы никакой скандальной свадьбы, а была бы — самая обычная, проведенная по всем правилам и традициям нашего королевства. И никуда бы я не уехала — для этого просто не нашлось бы повода. Сейчас моя мать сидела бы со мной рядом и нянчила внуков. Вместо этого единственная дочь навсегда отвернулась от нее, а вскоре из ее жизни исчез и мой отец. До меня долетели слухи об их разводе. Клайн гудел — это был тот редкий случай, когда на развод подал мужчина. Ужасное унижение для моей матери.
Я долго не находила в себе сил рассказать Альвину всю горькую правду о том покушении. Решилась только через неделю после свадьбы. Мучительно собиралась с духом, с замиранием сердца ждала его реакции на свое признание, рисовала себе ужасные последствия этих откровений, но мои страхи, к счастью, не оправдались. Альвин ни в чем меня не винил. Более того, он сказал, что с самого начала догадывался, кто стоит за этим злодеянием. После нашего разговора у меня с души как будто свалился тяжелый камень.
И хотя добиться справедливости в нашем продажном суде было невозможно, моя мать все равно понесла наказание. Остаться на закате жизни в полном одиночестве — страшная кара. Я понимала это очень ясно, когда с улыбкой глядела на своих подрастающих дочек и нежилась в объятиях любимого мужа.
