Развод. Ты выбрал её - Дарина Королёва
Но надо двигаться дальше. Жизнь продолжается. Когда у тебя есть ради чего жить!
Теперь путь лежит домой, где меня ждет ещё одно неприятное, но необходимое дело — разговор с Лерой. При мысли о ней желудок сжимается от тошноты, а в висках начинает пульсировать.
Как же мне не хочется видеть эту выдру! Эту гнилую шваль! Руки чешутся придушить её собственноручно. Я крепче сжимаю кулаки, пытаясь успокоиться. И почему у нас в стране запрещена казнь? А её вообще надо сжечь на костре.
Я вспоминаю о её магических делишках и усмехаюсь. Блять, магию она делала, совсем рехнулась. И на что только не пойдет баба ради богатств? От этих мыслей меня передергивает.
Пока еду в машине, приходит сообщение — это Лина. Сразу на душе теплеет, словно луч солнца пробился сквозь тучи. Как я всё-таки скучал поэтому. По ее звонкам, смс-кам. Не хватало этого безумно! А теперь будто я задышал полной грудью, когда начал видеть Лину, слышать её голос и чувствовать её тёплые прикосновения, когда прижал к себе в больнице.
Как я жил без нее? Этот вопрос эхом отдается в голове.
Лина прислала фото. Глаза опять заслезились, я чувствую, как ком подкатывает к горлу. Пожалуй, это самое трогательное фото, какое я когда-либо видел.
Лина лежит на кровати, а к ней с двух сторон прижались два комочка. С одной стороны Даниил, с другой — Ангелина. Это безумно трогательно... А Лина выглядит счастливой.
Она улыбается и кажется такой живой. Такой... моей самой родной, самой любимой.
Я не могу оторвать взгляд от этой картины, чувствуя, как сердце наполняется теплом.
Тут на меня накатывают воспоминания, как я ужасно себя вёл, когда Лера припёрлась ко мне в тот самый день, перевернувший многое.
Мокрая, вымокшая под дождём. Первоклассно отыгрывала, дрянь! Оказывается, они и это тщательно продумали с Ринатом. А потом она ещё и в шкаф мой залезла. Каким же я был глупцом и мерзавцем! Воротит от себя. Жутко! Почему позволил себе поддаться на эти слабости? Эти мысли жгут изнутри, заставляя меня морщиться от отвращения к самому себе.
Но тогда ностальгия сыграла... Я же не знал, что Лера изменилась. И у нее были мотивы — разрушить мою семью, разрушить мою жизнь, чтобы разбогатеть. Ведь Ринат и мой отец, разумеется, неплохо её снабжали с обеих сторон.
Я чувствую, как злость закипает во мне с новой силой при мысли об их сговоре.
Она охрененно устроилась! Манипулировала тремя мужиками. Спала с двумя? Хорошо хоть я не успел. Моя измена произошла на уровне мыслей. Я себя за это сильно корю. Чувство вины жжёт меня как отрава, не давая покоя.
Но буду исправляться! Буду работать над собой! Ведь никогда не поздно осознать ошибки и начать меняться. Плохо — ничего не делать. Эта мысль придает мне сил, я чувствую прилив решимости.
Наконец, подъезжаю к своему особняку. Выхожу из машины, осматриваясь. Тут так тихо, будто в склепе. Тишина давит на уши, кажется, я слышу, как стучит мое сердце. И ощущения странные. Мрачно. Я смотрю на громадный дом — навороченный, с роскошным садом, и меня начинает мутить. Нет, к чёрту! Я продам его. Ненавижу этот дом! Сколько здесь грязи произошло! Каждый уголок, кажется, пропитан ложью и предательством.
У входа меня встречает Сева. Я жму ему руку и хлопаю по плечу с искренней благодарностью. Его присутствие немного успокаивает меня.
— Спасибо, Сев! Ну как тут дела? — спрашиваю, отмечая, как напрягаются мышцы в ожидании ответа.
— Лера истерит, — отвечает он, качая головой. — Бьётся в истерике, требуя, чтобы её выпустили. Но сейчас вроде затихла.
— А Антон? — вопрос вырывается сам собой. Как бы я ни относился к Лере, ребенок не виноват. Я чувствую укол совести при мысли о мальчике.
— А он с няней. Спал, она его покормила. Сейчас играют.
Я киваю, выдыхая. Нелёгкое предстоит принять решение. Мысли о будущем Антона не дают мне покоя.
— Я пошёл к ней, — говорю, чувствуя, как внутри всё сжимается от предстоящего разговора.
— Удачи, — Сева смотрит на меня с сочувствием. Его поддержка придает мне сил.
Он проводит меня к комнате, где заперли Леру. Я делаю глубокий вдох, прежде чем войти. Не хочу её видеть… Тошно, мерзко!
Дверь за мной закрывается на замок, звук щелчка кажется оглушительным в тишине дома.
Лера лежит на кровати, уткнувшись лицом в подушку. Волосы разметались по постели, как Медузы Горгоны. Я испытываю к ней только отвращение, оно накатывает волнами, заставляя меня стиснуть зубы. Поскорей бы уже с ней закончить, чтобы больше никогда не видеть подлую гадину.
Она слышит мои шаги и вздрагивает, поднимая голову. Её лицо — перекошенное, с размазанной косметикой, искривляется. Вылитая ведьма, которой пугают маленьких детей. Вот точно. Я едва сдерживаюсь, чтобы не отшатнуться от этого зрелища.
Подхожу к ней. Ещё немного потерпи, Демьян! Нужно закончить это раз и навсегда.
Я смотрю на неё сверху вниз. Презрение переполняет меня. Затем говорю — сухо, чёрство. Без капли жалости.
— Не буду много времени тратить на такое ничтожество! Скажу кратко и по факту, что тебя ждёт.
ГЛАВА 55
— Не буду много времени тратить на такое ничтожество! Скажу кратко и по факту, что тебя ждёт, — мой голос звучит холодно и жёстко, кроме ярости и отвращения я не испытываю ничего.
Лера вскакивает с кровати, её лицо искажается от страха:
— Демьян... Помоги мне... Я больше так не буду!!! Это всё Ринат! Он меня заставил! Угрожал, шантажировал!
Она начинает оправдываться, хватаясь за последнюю соломинку. Её голос дрожит, глаза полны слёз. Да-да... Сладко поёт, актриса лицемерная! Я пропускаю её драму мимо ушей.
— Хватит унижаться! На меня больше твоё нытьё не подействует. Я лишу тебя родительских прав, под суд пойдешь, а потом на зону. Тебя будут судить по закону! Мошенничество, покушение на убийство, подмена детей... И это еще не весь список!
Лера падает мне в ноги, обхватывая колени. Её слёзы капают на мои ботинки, но я не чувствую ни капли жалости.
— Антона я возьму под свою опеку, — говорю, отталкивая её. — Такая мать-шлюха ему не способна ничего дать. Зря я не поверил родственникам твоего покойного мужа, когда они мне это говорили перед тем, как я забрал у них Антона. Собирайся, скоро за
