Синдром тьмы - Рокиа
Все начинают слушать с удвоенным вниманием. У Татьяны и Геймлиха горят глаза. Попасть на телевидение – главная цель всех кандидатов, и я не собираюсь отдавать этот шанс шуту или фее. Я должна победить.
– Сколько времени у нас есть, чтобы взять интервью у семьи, которая заключила эту сделку? – спрашивает Геймлих.
– Вас соберут на пресс-конференции вместе с другими журналистами. А дальше все в ваших руках: попытайтесь завоевать доверие собеседника, привлеките внимание. Конкуренция высокая, будет много опытных репортеров.
– Мы должны убедить владельца самой известной компании в стране дать нам эксклюзивное интервью? – взволнованно переспрашивает Татьяна.
Задача непростая, они явно подняли планку. И очевидно, что они получают от этого удовольствие: достаточно посмотреть на вице-президента, которая улыбается, глядя на нас из-за прозрачного стекла.
– Именно. Предупреждаю, чем больше информации вы соберете, тем выше будет ваша оценка. Мы уже отправили вам в мессенджер адрес, где будет проходить пресс-конференция. Можете взять корпоративные машины. Удачи, пусть победит сильнейший.
Эти слова дают старт соревнованию. Идгар бросается к видеокамерам и остальному оборудованию для съемок, Оливия отбирает четыре микрофона для записи интервью, Дерек, как руководитель команды, идет забирать пропуска для входа на пресс-конференцию.
Я замечаю подозрительные взгляды других кандидатов: они все еще не доверяют Дереку. С тех пор, как стало известно о его судимости, они относятся к нему очень настороженно, будто боятся, что он может выйти из себя. Но, кажется, его это совсем не задевает. Доспехи защищают его от любой гадости, которую о нем говорят. Он прячет эмоции, словно запретил сам себе что-либо чувствовать.
Его настроение меняется, только когда кто-то подходит к его брату. Тайлер.
«Не смей приближаться к Тайлеру, никогда».
Идгар отвлекает меня от мыслей.
– Мы с Оливией поедем отдельно, а то все вместе с камерами не поместимся. Их еще надо загрузить – мы задержимся, а вы поезжайте вперед, попробуйте занять наиболее выгодную точку для съемки.
Он закидывает сумки на плечи с помощью русалочки, и они выходят в вестибюль. Перед тем, как уйти, Оливия бросает на меня многозначительный взгляд.
– Вы же не убьете друг друга, правда? – спрашивает она, переводя взгляд с меня на Дерека.
Я пожимаю плечами.
– Никогда не говори никогда, русалочка.
Качая головой, она уходит. Все команды взволнованно переговариваются. Идгар придумал разделиться, чтобы не опоздать, и Геймлих, как обычно, делает то же самое.
Я иду за Дереком к выходу.
– Умеешь только за другими повторять, шут? – поддразниваю я его, пока мы идем к машинам.
– О, ты ранишь меня в самое сердце, моя дорогая Сиа!
– Да ну что ты. Мне просто интересно, есть ли у вас собственные мозги, или вы прошли все прошлые испытания, копируя работу других.
Он улыбается.
– На что только не пойдешь, чтобы выжить.
– Даже можно продать коллегу, который вам помог?
Геймлих переводит взгляд на Дерека, который идет перед нами. Ледяной принц не поворачивается, но я прекрасно знаю, что он все слышит.
– Клянусь, это были не мы.
Я наклоняюсь к его уху.
– Думаешь, я тебе поверю? Я вас предупреждала: я низвергну в ад предателя, посмевшего вонзить нож нам в спину.
Геймлих отшатывается, щурится и сжимает зубы. Я одариваю его нежной невинной улыбкой и ускоряю шаг. Догоняю Дерека у машины, которая стоит у входа. Шофер кивает нам в зеркало заднего вида и заводит мотор. Мы с Дереком садимся на заднее сиденье. Я пристегиваю ремень.
– Могла бы и промолчать, – произносит он, глядя в окно.
Я поворачиваюсь к нему. Так и знала, что он все слышал.
– Промолчать? И не напомнить, что мы не забыли этого удара в спину? За кого ты меня принимаешь, ледяной принц?
Он вздыхает, достает из кармана два пропуска и отдает мне один, стараясь не смотреть мне в глаза. Я беру пропуск и вешаю на шею.
– Чем заканчивается сказка про Одетту?
– Сказка про Одетту? – переспрашиваю я.
– Та, которую ты рассказывала Тайлеру.
Я смеюсь, глядя на то, как на его лице холодное безразличие борется с любопытством.
– Ты подслушивал?
– Нет, просто Тайлер теперь очень хочет узнать, чем все закончилось, – объясняет он.
Шах и мат, ледяной принц.
Я отстегиваю ремень безопасности и наклоняюсь к нему, сокращая до минимума расстояние между нами.
– А ты хочешь это узнать?
– Сядь на место.
Он все так же смотрит в окно, не поворачивая ко мне головы.
– А если я не хочу садиться на место? А если я хочу рассказывать историю, сидя здесь? Ты против? Я тебя, часом, не пугаю?
Меня охватывает игривое настроение, и Дерек сразу же это чувствует.
Я иду на рискованный шаг, о котором думала, чтобы привлечь внимание Дерека, которого он меня по-прежнему лишает.
– Любовь между Одеттой и принцем была обречена, – шепчу я, нежно касаясь его щеки и вынуждая повернуть ко мне лицо.
Его глаза разжигают во мне безумное желание, а он смотрит на меня совершенно бесстрастно. Ни смущения, ни страха, ни интереса. Ничего.
– Проклятие Одетты стало необратимым, а все из-за глупости принца, который не смог узнать душу своей любимой.
Я глажу его по щеке, медленно провожу рукой по шее до самой ключицы. Неторопливо расстегиваю пуговицы на рубашке, глядя ему прямо в глаза.
– Они решили не подчиниться проклятию, а разбить его.
Я расстегиваю следующую пуговицу, поглаживая пальцами его мягкую кожу.
– Принц сказал так: «Если мы прокляты в этой жизни, то я отказываюсь жить. Я буду перерождаться тысячу раз, пока не найду твои глаза». И они решили умереть, чтобы навсегда разорвать оковы проклятия. Их любовь не испугалась даже смерти, вот как заканчивается сказка. – Я провожу пальцами по обнаженной коже его груди, возвращаясь к шее.
Во взгляде Дерека нет никаких эмоций. Но он не убирает мою руку, наоборот, сжимает мое запястье и наклоняется ко мне, пока я не ложусь спиной на сиденье. Одной рукой он удерживает мою руку за головой, а другой проводит по моей ноге до самого бедра. Никогда раньше мы не были так близки: я чувствую его дыхание на своей коже, и каждый сантиметр моего тела дрожит. Он бросает взгляд на водителя, чтобы убедиться, что тот не обращает на нас внимания, а потом выдыхает мне в ухо ледяные слова:
– Я не тот принц, который пожертвовал бы жизнью ради девушки. У меня другие приоритеты, ведьма-гурман.
Он не дает мне возможности ответить. Прижимается ко мне еще сильнее, чтобы я выслушала его до конца.
– Не пытайся дразнить меня подобными штучками, это не работает. Тебе просто любопытно, я
