В родном доме - Гарай Рахим
– А этот?
– Этот тридцать копеек.
– Почему?
Амир на мгновение растерялся.
Но его не так-то легко сбить с толку, вопросы купли-продажи он знает как свои пять пальцев. Особенно в части, касающейся цветов.
– Как почему, потому что этот красивее.
Девочка посмотрела посерьёзневшими глазами на цветы в корзине и, приблизившись к Амиру, прошептала:
– Дядя, а почему красивые цветы дороже? И игрушки, и платья? Но я ведь красивые цветы люблю больше. Значит, чем больше я их люблю, тем дороже они становятся?..
Вся его самоуверенность улетучилась за секунду. Он растерялся окончательно. И в самом деле, почему чем красивее вещь, тем она дороже? А ведь Амир тоже считает, что должно быть наоборот: чем красивее вещь, тем дешевле. Потому что люди любят красоту.
Не в силах разобраться в своих мыслях, Амир смешался, замямлил, но так и не смог дать девочке вразумительный ответ.
* * *
Сегодня Амир проснулся раньше обычного и, лёжа в постели, думал об этой «философии». Слова веснушчатой девочки не давали ему спать всю ночь. Она словно стояла перед глазами, уставив на него вопросительный взгляд. Нет, отныне Амир не станет торговать цветами, он больше не хочет продавать красоту за деньги… Из соседней комнаты послышался хриплый голос бабушки:
– Амир, деточка, вставай быстрее. Пока цветы не завяли, надо их поскорее отвезти в город.
Когда бабушка, поставив самовар, зашла в горницу, Амира уже и след простыл. «Что творится с этим сорванцом, в окно сбежал, негодник», – проворчала бабушка, закрывая распахнутое окно, затем подхватила большую корзину и отправилась на станцию.
* * *
Амир долго бродил по лесу. Он знал здесь каждую поляну, каждый дубняк. Амир даже знал, на какой поляне какие цветы и деревья растут. Но сегодня он не обращал внимания ни на цветы, ни на что другое. Перед глазами всё ещё мелькали то девчушка с короткими косичками, то продавцы черёмухи, которые, как и он с бабушкой, постоянно прячутся и выслушивают ворчание недовольных горожан: «Как дорого, вы готовы последнюю шкуру содрать!» Амиру захотелось, чтобы веснушчатая девочка узнала о том, что он принял решение больше не продавать цветы. Более того, ему захотелось собрать с этих полян много-много букетов и раздавать их людям бесплатно, не прячась от милиционеров.
Амир вдруг словно очнулся от путаных мыслей и, приняв решение, направился в гущу леса, где росли фиолетово-синие цветы медуницы. Ему надо было срочно собрать букет из самых красивых цветов, поехать в город и отыскать там веснушчатую девочку.
В степи
(Рассказ геолога)
Завидев, как на горизонте сгущаются чёрные тучи, предвещающие ураган и дождь, мы начали спешно ставить палатку неподалёку от древнего каменного изваяния, стоящего посреди степи.
Тем временем уже налетел порывистый ветер и начал рвать и отбрасывать края палатки, которые мы ещё не успели привязать. Кое-как укрепив палатку, собрав вещи, инструменты и приборы, мы забрались внутрь нашего брезентового убежища, и тут же первые крупные капли дождя начали с шорохом падать в жёлтую, сухую от засухи траву.
Вдалеке, на краю неба, играли зарницы. Вероятно, будет гроза…
Мы целый день колупали камни в раскалённой степи, и мои два товарища, как только заползли в палатку, растянулись на брезентовом полу и вскоре умиротворённо засопели. Теперь они ни за что не проснутся, пока дождь не закончится, – что им ваши раскаты грома, да пусть хоть мир перевернётся. У геологов привычка такая – неделями бродят среди камней, пешком обходят вдоль и поперёк бескрайнюю степь, и, как только выпадет удобный случай, они ложатся спать, наплевав на все заботы мира.
Но сегодня сон почему-то не шёл ко мне.
Я лёг на живот, выставил локти, опёрся подбородком на ладони и уставился через маленькое капроновое окошко палатки на каменную фигуру изваяния, стоящего поодаль. Эту фигуру древнего воина, вытесанную из огромного куска камня, я увидел в первый же день экспедиции, но всё не было времени, чтобы рассмотреть его, разглядеть его детали. А вот теперь такой случай выпал, и, судя по тому, что тучи над степью наступают как чёрное войско, непогода продлится долго, так что можно смотреть в своё удовольствие.
Над степью прокатился первый гром.
Вскоре за каменной фигурой вспыхнула молния, по форме похожая на разветвлённые корни дуба, и на крышу палатки с шумом обрушился дождь.
Я видел, как по скулам, глазам каменной фигуры, складкам возле его губ бурлила, стекала дождевая вода. А каменный воин продолжал стоять с гордой улыбкой, как ни в чём не бывало.
И ведь он стоит здесь, посреди голой степи, уже столько веков!
Чью гордость и улыбку какого народа, жившего бог знает в каком веке, хранит этот каменный идол в заброшенной степи?
Городские памятники – баловни, каждый день тысячи людей могут видеть их гордость и улыбку и взять себе немного этой гордости. А этот воин столько веков улыбается в безлюдной степи, чтобы поделиться гордостью и улыбкой хотя бы с одним человеком.
Печальная судьба, но сколько в ней видится великодушия!
Поистине трагедия, но сколько в ней силы воли!
Дождь полил сильнее, словно хотел пробуравить землю.
Степной ветер волнами носил сплошные потоки воды между небом и землёй.
Начинался ураган.
Через моё маленькое окно уже ничего не было видно, оно превратилось просто в белый экран.
На абсолютно ровной степи вода никуда не утекала, и снаружи доносился непрерывный плеск воды на поверхности земли.
Мне хотелось увидеть сквозь эту беснующуюся пелену дождя улыбающиеся губы воина, но я не мог ничего различить, кроме белых волн.
Неожиданно рядом что-то треснуло с ужасающим звуком, и я увидел, как от широкого, так, что не обхватить руками, каменного лба фигуры брызнули искры – каждая в кулак величиной.
Это молния ударила в каменного идола! Ах, проклятье!..
Вскоре треск молний слился в смутный гул, который потихоньку начал отдаляться, пока не стих. Дождь стал бесноваться ещё сильнее. Сильный ветер со стуком кидал волны дождя в брезентовые стены палатки. Мои товарищи знать не знали о том безумии, что творилось в степи, и продолжали спать спокойным сном геологов. Их ровное дыхание, запах кислорода и озона начали действовать и на меня, и я, как лежал на животе, так и заснул.
Когда мы проснулись, на небе не было ни облачка, лишь на горизонте ярко скалилось садившееся большое красное солнце. Я вскочил и выбежал наружу, к каменному изваянию. Взглянув вверх, я увидел, что поперёк лба каменного воина сверху донизу протянулся
