Средний возраст - Яна Александровна Верзун
Листья на худых деревьях блестят, как люстры в окнах первых этажей. Высокий прямоугольный фонарь освещает главный вход здания рассеянным лучом света. В тени остается то, что не должны видеть внутрь входящие. Дверь в парадную открывается медленно и беззвучно. Так же беззвучно лифт поднимает их на одиннадцатый этаж. На этаже две квартиры. Зеркала холла полностью покрывают одну из стен, вытягивая пространство. Лена поправляет челку. Бледное лицо с двумя извилистыми морщинами вдоль лба. Светлые волосы, уложенные красивыми волнами. Лена задерживается у зеркала, чтобы рассмотреть детектива. На нем темные брюки и легкая куртка. Он улыбается одними глазами. Красивый мужчина. На вид сорок лет.
Лена открывает дверь квартиры. Запах внутри идентичен запаху парадной. Она скидывает туфли, протирает подошву влажной салфеткой и уходит в ванную, бросив на ходу, что сейчас вернется. Детектив остается ждать у двери. Отсюда квартира кажется почти пустой: минималистичная мебель, белые стены, большие окна, через которые в комнату проникают узкие полосы света. На полу прихожей – идеально чистый ковер. Детектив по очереди поднимает ноги, чтобы проверить, не оставил ли он следов. Лена возвращается из ванной и предлагает выйти на террасу. Нужно только захватить вино и пару пледов.
– Новая квартира, – говорит Лена. – Еще не успела всё обустроить. Зато вид с террасы потрясающий.
С бутылкой вина и бокалами в руках она изящно проходит вдоль коридора и толкает стеклянную дверь бедром. Прохладный ночной воздух заполняет пространство. Пахнет рекой. Терраса просторная, со стеклянными ограждениями, через которые открывается панорамный вид на ночной Петербург. Город простирается до горизонта, освещенный извилистыми змейками дорог, вывесками ресторанов и огнями домов, где кто-то еще не ложился спать. Справа видны три полоски телебашни, слева – шпиль «Лахты».
Лена ставит вино на бетонный пол и прислоняется к ограждению. Пальцы касаются холодного стекла, оставляя следы. Она нащупывает кнопку выключателя, и терраса освещается мягким голубым светом. Детектив открывает вино, удобно, что крышка просто откручивается и не нужно возиться со штопором. Подает Лене бокал. Они смотрят на дома за мостом, которые полукругом обнимают район. Лена делает глоток и говорит, что еще десять лет назад этот район представлял собой унылую картину: на месте заброшенного завода, на котором когда-то изобрели первый двигатель внутреннего сгорания, была помойка, а теперь элитный ЖК.
– В этот город легко влюбиться, – Лена неловко пожимает плечами, и детектив подает ей оранжевый плед. – Ты живешь среди невероятной красоты, и сам становишься частью городского пейзажа. Я верю в то, что именно место определяет человека. Вы со мной согласны?
На соседней террасе кто-то громко говорит по телефону, и Лена предлагает детективу присесть на диван у стены. Диван холодный. Лена садится, встает, подкладывает на серую обивку дивана плед и снова садится. На ней длинная плиссированная юбка с разрезом сбоку, которую она поправляет, когда садится. Кажется, она была в брюках, когда они встретились на парковке. Детектив остается стоять – ему хочется полюбоваться городом, – и теперь Лена говорит, глядя на него снизу вверх.
Лена говорит, что архитектура всегда была для нее чем-то вроде способа коммуникации с миром. Каждое здание – это история, а архитектура – создание пространства для этих историй. Сначала Лена думала, что будет строить что-то масштабное: торговые центры, жилые комплексы, культурные кластеры или целые кварталы. Но со временем поняла, что ее настоящая страсть – это частные дома. Этот дом – самый сложный проект. Сложный не технически, а эмоционально. Именно в этой квартире им с мужем предстоит прожить лучшие годы совместной жизни.
– Мы ставим стены, крыши, окна, за которыми можно закрыться и почувствовать безопасность. Но парадокс в том, что мы почти не бываем дома. Я могу посчитать по часам, сколько времени я находилась дома с тех пор, как мы с мужем перевезли сюда вещи. Но у любого правила есть исключения. Оля, например, большую часть времени проводит дома. Зимой может неделями не выходить дальше парковки – даже не знаю, чем она занимается, но уверена, что скукой там и не пахнет.
Лена добавляет, что дом всегда отражает то, что внутри хозяина. Люди мечтают о месте, в котором будут счастливы. Но по своей сути дом – это пространство с пустотой внутри. И если ее нечем заполнить, как бы красиво и роскошно ты ни оформил интерьер, дом остается опустевшим. Лена давно поняла, что люди редко осознают, чего хотят на самом деле: от своего дома и от своей жизни, – девяносто процентов проектов, которые она принимает, выглядят как одна и та же картинка из Pinterest. Дорогая классика. Эстетика. Мрамор, французская елочка, системы хранения, больше систем хранения.
– Еще больше систем хранения, – вздыхает Лена. – Иногда становится страшно от того, сколько всего мы потребляем. Недавно я делала квартиру для молодой одинокой девушки. В квартире пятьдесят квадратов, шестнадцать из которых она предложила отдать под гардеробную. Роскошную гардеробную! Когда я спросила, где она хочет расположить зону кухни, девушка посмотрела на меня, как фармацевт на мальчика, который пришел покупать презервативы. Потом она рассмеялась и сказала, что кухня ей не нужна!
Лена вспоминает, как десять лет назад Оля доверила ей новую квартиру. Девяносто шесть квадратов. Вид на Малую Неву, Лазаревский мост и тихий перекресток. Обычно Лена отказывалась делать квартиры для друзей, но с Олей они настолько хорошо друг друга понимают, что она согласилась. Каждый светильник, каждую плитку, каждую дверную ручку выбирали так, будто от малейшей ошибки рухнет система. Вместо шести на проектирование квартиры ушло шестнадцать месяцев. Но результат радует Лену даже сейчас, когда она приходит в гости к подруге. Оригинальная планировка с элементами лофта, камином, а какие во дворе дома роскошные беседки!
Лена говорит, что Ольга всегда была такой, критичной до мелочей. Они дружат со школы. Страшно представить, но больше тридцати лет. Лена произносит это и морщит лоб, будто проверяя надежность ботокса. Лена отворачивается от детектива и задумчиво смотрит на город, раскинувшийся перед ней, как на чертеж. Она прикуривает очередную сигарету и добавляет – подруга, которую ты знаешь с детства, со временем становится ближе, чем мама.
– Город кажется бесконечным, правда? – Лена выдыхает дым
