Синдром тьмы - Рокиа
– А ты знаменитость, ведьма-демон.
– Они только что поняли, что я дочь харизматичной личности, которая прославила эту корпорацию. Но мне не нужна такая слава.
По его взгляду я вижу, что он не понимает причину моей реакции, никто не может этого понять. Все вокруг считают, что Татьяна просто написала статью о звезде компании. Ничего больше.
Ребята из двух других команд посматривают на меня с подозрением, некоторые – с презрением. Готова поспорить, что и фея среди них.
Я посмела тронуть всеобщую любимицу, а значит теперь я злодей в этой истории. «Люди всегда были безмозглыми».
Оливия встает передо мной, словно защищая. Пытается отвлечь меня вопросами на нейтральные темы.
Я прищуриваю глаза.
– Оливия, ты записалась ко мне в няньки?
Она прижимает замерзшие руки к груди в тщетной попытке их согреть. Ожидание этого чертового автобуса затягивается, и те, которые остались снаружи, не стесняются судить меня.
– Я говорю о том, что нам предстоит сделать, Сиа. Хочешь подняться в рейтинге? Я да.
– Конечно, хочу. И мы это сделаем. Но похоже, ты пытаешься меня отвлечь.
– От чего? От попытки спустить Татьяну с лестницы? Ну что ты. В конце концов, ты всего лишь оттаскала ее за волосы на глазах у всех… ничего страшного.
Скрытая ирония вызывает у меня улыбку. Душу Оливии, контролирующей каждую эмоцию из-за страха потерять равновесие, могли шокировать действия беспощадной ведьмы.
– Я только разогревалась, будь наготове, если хочешь меня подстраховать.
Автобус компании наконец подъезжает. Мы заходим внутрь, команда Татьяны занимает передние сиденья. Коллеги Татьяны окружают ее, не давая мне к ней приблизиться. Я раздраженно качаю головой и прохожу дальше по салону. За мной идут Идгар и Дерек. Идгар садится передо мной, а девушки из команды Татьяны громко зовут Дерека, умоляя его сесть рядом с ней. Татьяна тут же краснеет. Я думала, что ледяной принц никогда на такое не согласится. Но происходит непредвиденное. Он останавливается и занимает место рядом с феей, вызвав радостные вопли ее подружек.
Я удивленно поджимаю губы.
Кто бы мог подумать, что судьба феи и принца может быть настолько сильной, чтобы воплотиться в жизнь с такой легкостью? Ведьме нужно разрушить тысячу препятствий, просто чтобы приблизиться к принцу… фее достаточно взмахнуть крыльями, и любой неудержимо захочет исполнить все ее желания. Рядом со мной садится Оливия.
– Хочешь послушать музыку? – спрашивает она, протягивая мне один наушник.
Я качаю головой.
– Я в порядке, крошка Оливия.
– Точно? Кажется, это затишье перед бурей.
«И ты даже не представляешь какой».
Я включаю звук на телефоне, который отключила утром в машине. И только сейчас до меня доходит, что Том, миллион раз звонивший мне, должно быть, хотел предупредить меня об этой статье. А я игнорировала его, подумав про очередную нотацию. Его сообщения вызывают у меня улыбку.
«Ты же ее не убила, да? Скажи, что ты не избила ее на глазах у всех…»
Чем дальше я читаю, тем шире становится моя улыбка. Он прекрасно знает меня и представляет изощренные планы, которые я придумываю, когда кто-то осмеливается бросать мне вызов.
«Нельзя душить ее или сбрасывать с какой-нибудь скалы. Нельзя привязывать ее где-нибудь вверх ногами… и даже не думай использовать ее в качестве мишени для дротиков!»
Я проматываю все сообщения и читаю последнее.
«Сиа, прошу только об одном. Если будешь что-то делать, делай это скрытно. Не делай ничего напоказ, чтобы потешить свое самолюбие. А то как мне потом найти адвоката для твоей защиты? Сообщи, из какого полицейского участка тебя забрать. Том».
Бред. Я отправляю ему сообщение, успокаивая, что не сделала ничего из того, чего он боялся.
«Все в порядке, позвоню вечером».
Я сую телефон в карман куртки. Какое бы безумство я ни совершала, Том всегда на моей стороне. Ничто не может заставить его бросить меня. Вероятно, когда-то я дала ему надежду на то, что могу исцелиться, пусть даже и очень нескоро.
Том верен своим убеждениям: он считает, что для всего есть антидот, даже для такого яда, какой представляю из себя я. Лекарства от клейма, высеченного на моей душе и руках, не существует. Он слишком хорошо знает, какова моя судьба. И боится, что я страдаю от одиночества, хотя должен быть в курсе, что ведьма рождена для одиночества. Если он останется со мной, то в конце концов ему придется принять проклятие гоблина и его судьба поменяется. Ему бы следовать по пути королевского рыцаря, а вместо этого он остается рядом с проклятой народом ведьмой. Если так продолжится, ему ничто не поможет и проклятие гоблина начнет осквернять его.
На соседнем сиденье Оливия пялится в пустоту. Она вонзила ногти в ладони, и, кажется, даже не дышит: зрачки расширены, рот приоткрыт, лицо побледнело.
Я касаюсь ее руки.
– Готова брать интервью у животных?
Она моргает пару раз, делает глубокий вдох.
– О, конечно.
Она заправляет волосы за ухо. На ее лицо возвращаются краски.
«Где блуждал твой разум, Оливия?»
Я наклоняюсь к переднему сиденью и хлопаю Идгара по плечу. Он снимает наушники и поворачивается.
– Чен, я считаю, в нашем репортаже должны солировать жирафы.
– Ведьма-демон, надо поднять планку… нельзя прятать голову в песок, как страус.
– Ты недооцениваешь страусов, у них жизнь намного интереснее нашей.
Голоса на передних сиденьях становятся громче, но больше всего меня беспокоит Дерек, увлеченно беседующий с Татьяной. Я бы все отдала, чтобы узнать, о чем они говорят. «Со мной он никогда не бывает таким».
– Дерек и правда сидит с конкурентами? Ух ты, ребята, отличное начало, – бормочет Идгар.
Я вздыхаю.
– Принц и фея по своей природе привлекают друг друга. Для него естественно защищать творение света.
– Иногда мне кажется, что ты живешь в другом мире и говоришь на незнакомом языке, – признается Оливия.
Увидев их вместе в первый раз, когда Дерек случайно толкнул ее и поддержал, я сразу почувствовала что-то. Кажется, вокруг них возникает ореол безгрешности, то, что в сказках всегда называется судьбой. Фея и принц должны помогать друг другу, они безусловно сблизятся.
Перед входом в зоопарк уже полно журналистов, вышедших на тропу войны и носящихся вокруг детей с рюкзаками. Мы подходим к воротам и показываем наши пропуска. Нам дают карту, чтобы мы не заблудились. Вокруг много зелени, пение птиц смешивается с криками других животных. Две другие команды быстро уходят в глубину парка, я вздыхаю. Мы должны придумать что-то ошеломительное, но это сложно сделать, когда столько
