Синдром тьмы - Рокиа
– Слизерин? Серьезно? Мы что, в Хогвартсе?
– Лучше, чем «Падающие звезды» – вторая команда, – бормочет Оливия.
Я перевожу взгляд на надпись, прикрепленную к синим стульям второй команды. Прижимаю руку ко рту и кусаю изнутри щеку, пытаясь удержаться от хохота. Они действительно называются «Падающие звезды».
– Прекрати, на нас все пялятся, – шепчет Идгар сквозь стиснутые зубы.
– Падающие звезды? Эти уже знают, что их путь ведет вниз. Можно было сразу «Упавшие звезды».
Оливия кашляет, пытаясь спрятать улыбку, которая растягивает ее губы. Вторую команду возглавляет темнокожая девушка – Татьяна. Все в ней кажется утонченным и изящным: начиная с глаз цвета миндаля и заканчивая длинными каштановыми волосами, спадающими ей на спину. Она улыбается, заправляя прядку за ухо.
Она производит впечатление харизматичного, справедливого и приветливого лидера.
– Она любимица компании, место ей обеспечено. Ее отец работает здесь, а ее послужной список безупречен. О ней мы должны беспокоиться больше всего, – комментирует Оливия.
Я не могу до конца разгадать ее душу. Обычно мне хватает одного взгляда, чтобы понять, что за человек передо мной. Как мне хватило одного взгляда, чтобы увидеть проклятие Джулии, принцессы с большими нежными глазами.
Но по глазам этой безупречной красотки мне трудно прочитать ее проклятие. У каждого человеческого существа есть свое… но ее, кажется, очень хорошо спрятано.
– О чем думаешь, психопатка?
– Не могу увидеть ее проклятие, Чен.
Идгар что-то бормочет вполголоса, жалуется на то, как я его называю, но мои глаза прикованы к утонченной девушке.
Единственный элемент, который может нарушить равновесие, появляется как раз вовремя. Ледяной принц.
Дерек входит в аудиторию, тут же привлекая к себе внимание. На нем белая футболка, подчеркивающая его накачанный пресс, прямые черные джинсы и куртка. Он может приковать к себе взгляд любого, даже этой падающей звезды… Татьяны.
Он молча садится рядом с Оливией. При его появлении все замерли, а он этого даже не осознает.
– Нам тоже надо придумать название. Мы единственные, кто этого еще не сделал, – произносит Оливия.
– «Метеоры»? Ну, знаешь, типа та же тема, – предлагает Идгар.
– Надеюсь, это шутка.
Идгар и Оливия спорят о названии команды, она записывает некоторые варианты в блокнот. Я же наблюдаю за лицом ледяного принца, который внимательно выслушивает предложения ребят о названии команды. Он знает, что я смотрю на него, но не удостаивает меня и взглядом.
Он должен извиниться за гадкие слова, которые наговорил мне в субботу, он ведь так гордится своим хорошим воспитанием, но он молчит. Ноль внимания.
Игнор я ненавижу больше всего. Дерек до сих пор не понял, как далеко я могу зайти, чтобы получить желаемое.
Поднимаю уголки губ.
– Значит, Джулия ушла?
После моих слов выражение его лица меняется. Черты лица заостряются, челюсть сжимается, в глазах появляется холод. Дерек смотрит мне в глаза.
– Довольна?
– Ты даже не представляешь насколько.
– Почему ты такая злобная? Зачем нужно быть такой противной?
– Ну это все из-за моей грубости, я же извращенка и нахалка… Так там было? Все эти прекрасные слова, которые ты с такой любовью мне посвятил, – улыбаюсь я, накручивая на палец прядь волос.
Ледяной принц не проявляет признаков раскаяния, но я успеваю понять по незаметному движению его глаз, что ему стыдно за жестокие слова, которыми он меня наградил. А может быть, это из-за того, что он поддался на мою провокацию.
«Лед не признает недостатков в своей сущности».
Дерек смотрит мне прямо в глаза почти с угрозой: опасно показывать темную сторону ледяного кристалла. Он никогда не позволит пробить свои доспехи, вот что значит этот взгляд. Но его реакция только усиливает мое навязчивое желание заглянуть за эту стену.
Принц прячет свои темные секреты от любопытных, закапывая их только глубже.
– Ребята, вы всегда так накаляете обстановку, мне аж плохо, – заявляет Идгар.
Дерек отводит взгляд, не давая мне разглядеть что-либо еще. Тем временем в аудиторию входит человек, которого я видела в день отбора. Он проводит рукой по бороде и откашливается.
– У Big World News есть цели, которых вы должны достичь, одна из них будет темой сегодняшнего занятия.
Я читаю имя на бейджике, прикрепленном к его белой рубашке: Питер.
Голос, усиленный микрофоном, разносится по аудитории. Питер очень хорошо держит внимание слушателей. Он ходит по залу между нашими командами, показывает изображения, графики и таблицы на экране перед нами.
– Это статистика авиакатастроф на сегодняшний день. Как вы видите, на каждый миллион рейсов приходится 1,35 катастрофы, это равносильно тому, что катастрофы приводят к 0,06 смерти на каждый миллиард миль.
Он вглядывается в наши лица, проверяя реакцию на его слова.
– Вам страшно?
Все отрицательно качают головами. Новость не такая уж тревожная, а статистика кажется вовсе незначительной.
– Хорошо. – Он переходит к следующему слайду: несколько горящих самолетов. – В авиакатастрофах в Америке погибло более десяти тысяч семисот человек. По сравнению с 2004 годом число таких случаев увеличилось на девяносто процентов, а семьдесят пять процентов самолетов загорелись во время посадки.
В аудитории начинается негромкий, почти незаметный шепот, все начинают обсуждать статистику.
– Повторяю предыдущий вопрос: вам страшно?
– У меня что-то пропало желание покупать билет на самолет, – шутит Геймлих, его команда смеется вместе с ним.
Они кажутся мне глупыми и невежественными людьми. Не могу поверить, что нахожусь на более низкой позиции в рейтинге, чем они, и уж тем более, что это они нас обокрали. Дикость.
– А ведь я не сказал ничего нового. Я сообщил ту же информацию, но получил больше внимания и другую реакцию. В первом случае я предоставил вам статистику происшествий на том виде транспорта, который имеет самый низкий уровень смертности; во втором случае я усилил негативные данные изображениями, которые влияют на восприятие. Сделав это, я получил, что хотел: ваше внимание.
Он пристально смотрит на нас, прежде чем продолжить.
– Вы должны направлять внимание людей на то, что вы им сообщаете, используя все способы, каждый. Переведите таблицы в проценты, используйте самые жесткие слова, думайте над тем, как привлечь наименее заинтересованных читателей или частей населения.
Его слова вызывают у меня легкую улыбку. Мне по душе идея захватывать внимание людей, переворачивать их представления и вовлекать даже самых равнодушных. Это то, что я делаю лучше всего.
– У вас есть время сегодня до пяти часов. Представьте нам новости самым эффективным способом, а затем мы вместе с руководителями редакции определим победителя. Удачи!
Петер говорит это на прощанье и оставляет нас одних. Я бросаю взгляд на другие команды:
