Перечная мята - Пэк Оню

Пэк Оню

Перечная мята

백온유 Baek Ohn-yu

페퍼민트

PEPPERMINT

Copyright © 백온유 (Baek Ohn-yu), 2022

All rights reserved.

Original Korean edition published by Changbi Publishers.

Russian translation rights arranged with Imprima Korea Agency the Republic of Korea and Impressum Literary Agency (Russia).

© Kaminary.art, иллюстрация обложки, 2025

© Зинатулина А. А., перевод на русский язык, 2025

* * *

Глава 1. Сиан

– 1 —

Дыхание прошло сквозь округленные губы как ветерок и, покинув мое тело, превратилось в мыльный пузырь. Прозрачный, он взлетел над головой и исчез. Мы бежали за этими пузырями, высоко подняв руки, кончиками пальцев доставая и лопая их на лету. В азарте погони я запнулась о камень и упала. На ладонях и коленях проступила кровь. Хэвон расплакалась. Но мама вдруг оказалась рядом и, осмотрев ранки, сказала: «Ничего страшного. Помажем лекарством, и все пройдет». Я не плакала!

В моих воспоминаниях мама мажет мне коленку йодом и дует на ранку. Из-за рыжего антисептика кожу неприятно печет, поэтому, пока наносишь лекарство, нужно дуть сверху, чтобы боль немного утихла.

– 2 —

Почувствует ли мама мое дыхание?

Я медленно протерла пролежень специальным раствором и, промокнув лишнюю влагу, нанесла заживляющую мазь. Чтобы саднящая боль быстрее уходила, я не переставала дуть на больные места на бедрах и ягодицах. Мама так и не шевельнулась, пока я заканчивала с перевязкой. Подложив ортопедическую подушку ей под бедра и уложив ее в другую позу, я оглядела мамины вещи. Все они были там же, где я оставила их вчера. Ополаскиватель, зубная щетка, полотенце и крем – все на месте. Разве что увлажнитель воздуха работал впустую, без воды.

– Папа вчера снова не пришел? Ничего, ты не расстраивайся. В последнее время он очень занят, часто до ночи на работе задерживается.

Из бумажного пакета я достала пальто и разложила так, чтобы она хорошо его видела.

– Смотри. Это я папе купила. В его шкаф посмотришь – одежда вся черная. Наверное, потому, что с ней хлопот меньше, если испачкается. Я подумала – хотя бы одна светлая вещь в гардеробе у него должна быть. Как тебе? Красивое?

Я всматривалась в мамино лицо. Насчитала несколько родинок: одна под левым глазом, на кончике носа еще одна, над уголком губ тоже и другая, красная, над правой бровью. До того как она заболела, я не замечала, что их так много. Если я вдруг начинала сомневаться, а мама ли передо мной, или она изменилась, или ее подменили, и я почему-то никак не могу ее узнать, когда тревога захлестывает меня с головой, я пересчитываю родинки, и становится спокойнее.

Когда из больницы выписали пожилую пациентку, маму перевели на освободившееся место у окна в глубине палаты. Окна выходят на южную сторону, впуская солнечный свет, а с кровати хорошо видно деревья. Когда мамины глаза были открыты, она почти всегда смотрела в одну точку. Конечно, если человек не может ни голову повернуть, ни положение сменить, ему остается лишь постоянно наблюдать один и тот же вид. А сейчас еще самые заморозки, и деревья стоят голые… Когда весна настанет по-настоящему и зелень листьев окутает кроны, станет совсем хорошо. Тогда из открытого на проветривание окна будет литься аромат акаций.

Мама всегда любила цветы и деревья. Цветочных горшков в доме было больше десятка. Даже самые капризные растения под ее присмотром не вяли, так что соседи спрашивали у мамы, в чем ее секрет.

«Поставьте их в солнечном месте. Цветы растут, обращаясь к небу, так что днем лучше оставить занавески открытыми. А еще каждому растению нужно разное количество воды. Запишите, чтобы ничего не перепутать».

Ухаживать за человеком в вегетативном состоянии и заботиться о растении в какой-то мере схожие занятия. Но я не знаю, есть ли облако на небе, на которое мама смотрит пустыми глазами, сидит ли для нее птица на дереве, дует ли ветер. Казалось, мамин мир давно остановился.

Чайник задышал паром и, щелкнув, выключился. Я заварила крепкий мятный чай, обмотала деревянную палочку марлей, смочила ее в чае и поднесла к маминому рту, чтобы она могла ощутить вкус. Говорят, это помогает пробудить рецепторы, так что я каждый день заваривала мамин любимый чай с перечной мятой.

Аромат трав наполнил палату. Вдыхая его, я ненадолго вернулась в детство, как будто запах мяты, доносившийся из маминой комнаты, достиг меня через время. Она всегда просила не подходить, пока пила чай, боясь пролить горячую воду, но мне было достаточно просто смотреть, сидя в нескольких шагах.

Должно быть, я протолкнула марлю слишком глубоко, и мама стала давиться. Ей необходима кислородная маска, но она может слабо дышать сама, жевать или сосать пищу. А вот глотать самостоятельно ей тяжело, поэтому она кашляет или иногда вот так давится. Она очень редко издает звуки, и все они обычно выражают боль – или просто остаются бессмысленным «у-у-у».

Раньше я вкладывала смысл в каждую из таких реакций. Игнорируя слова врача о том, что эти звуки не больше чем бессознательный рефлекс, я считала их признаками медленного выздоровления. Мы с отцом были уверены, что сможем почувствовать тонкие изменения, которые недоступны врачам и медсестрам.

Из теплового шкафа я достала влажное полотенце, чтобы обмыть мамино лицо, потом – руки и ноги. Почистив ватной палочкой уши, я взяла ее исхудавшую руку и принялась осторожно подстригать ногти. Я обязательно проделывала это каждую неделю. За шесть лет, которые мама провела в вегетативном состоянии, жизненные процессы в ее организме замедлились, а тело заметно осунулось, однако ногти росли с прежней скоростью. Раньше мама каждый раз, обрабатывая ногти на руках, жаловалась, что они растут так необычно быстро. Потом, закончив, она подзывала меня, усаживала между своих ног и неторопливо подстригала ногти и мне тоже. Потихоньку, оттягивая кожу пальцев, чтобы не порезать.

– Нелегко тебе приходится, девочка. Где в наши дни найдутся дети, которые вот так заботятся о своих родителях?

Бабушка Хон повторяла мне это с того дня, как ее привезли в больницу. Она рассказывала, как упала на обледеневшей дороге, когда шла на утреннюю молитву, и сломала правую ногу. Кроме трудностей с передвижением, ее больше ничего не беспокоило, так что из всех шести пациентов этой палаты она была самой активной.

– Дети в