Поцелованный солнцем - Майя Пивоварова
Секундное прикосновение, но между нашими ладонями словно проходит разряд тока.
─ Васька, ты просто красотка!
С криками подлетает Паша, и я не успеваю понять как, но резко наклоняюсь вперед и оказываюсь в объятиях Артема. Но только на мгновение, ведь стоит ему прикоснуться к моей талии, как отскакиваю назад, словно ошпаренная.
─ Ой, проси-прости! Я не специально, чертовая обувь, жутко неудобная! ─ оправдывается Паша. ─ Не хотел тебя толкать!
Так вот, что произошло, Паша случайно толкнул меня, вот только от этого мой пульс зашкаливает. Артем схватил молниеносно, не позволив упасть.
─ Извини. ─ на автомате извиняюсь перед Артемом и быстрым шагом иду к столикам, мне нужна вода, желательно ледяная.
─ Паша. ─ слышу, как Тёма произносит имя друга, и этот тон далек от приветливого.
Мало кто заметил, что произошло, ведь наше время вышло и все собираются, а большинство и вовсе ушли сдавать обувь, и к лучшему. Но Таня все видела, и ее улыбка говорит сама за себя, но тактично молчит.
«Как же неловко, но не моя ведь вина… Это случайность!»
Быстро переобуваемся и всей толпой спускаемся на улицу. Артем стоит с Пашей в стороне, и оказалось, Дима без машины, поэтому его и Катю домой повезет старший брат, а вот остальные на автобус, и у меня будет большая компания до самого дома.
Я очень довольна проведенным временем, хоть эмоции и смешанные. У меня веселая группа, и я надеюсь мы будем дружны и дальше. Я чувствую себя комфортно рядом с ними, те чувства, которые преследовали меня в школе крепко спят. А вот ощущение, что со мной интересно окружающим, гордо вышло вперед. Ребята нахваливали мою игру, говорили, что я быстро научилась и просто красотка. И мне приятно. Очень приятно.
Открываю дверь квартиры и сталкиваюсь с разбросанной кучей обуви, которая источает отвратительный запах. А из кухни доносится мужской смех.
─ Только не это… ─ настроение в секунду опускается ниже плинтуса.
Снимаю кроссовки и аккуратно ставлю в сторону. Нехотя, но иду в сторону кухни. Толкаю дверь и вижу картину, которой так опасалась. За столом большая компания, а на нем несколько уже пустых бутылок.
─ Мам… ─ болезного стону, а в глазах невольно собираются слезы.
─ О, а вот и моя красавица! Семка, посмотри, как Васька выросла! Ну, невеста! Хоть сейчас замуж забирай! ─ тычет в плечо какому-то наухоженному и пропитому мужику.
Глава 14
Обида, разочарование, злость, непонимание.
Все скатывается в один плотный ком, который застревает в горле. Я честно пыталась забыть подобную картину пока жила с бабушкой, но не вышло, травма слишком глубокая, и сейчас внутри все опускается.
─ Мама, вы же обещали…
─ А ну, тихо! ─ стучит кулаком по столу из-за чего дергаюсь. ─ Не позорь меня! Что, мы в своей выходной отдохнуть не можем? Всю неделю впахивали, чтобы у тебя все было!
Всю неделю. Да, они честно работали, но алкоголизм болезнь, и они только излечились. Самое словное в любом деле, будь это похудении или завязка ─ не сорваться. Одного раза хватит, чтобы перечеркнуть все свои достижения. И она слезно клялась мне, что больше и миллилитра в их организм не попадет.
─ А что, хорошая девка, ─ тот самый Семка разглядывает меня, словно я манекен на витрине. ─ покрутись, куколка! ─ с этими словами заливает в себя стопку.
─ Давай, доча, покрутись! ─ с довольной ухмылкой поддерживает отец. ─ Семен Валерьевич уважаемый человек! ─ трясущимися руками подливает ему спирт. ─ Свой магазин держит, образованный, интеллигентный.
Семен Валерьевич доволен похвалой, задирает нос, а мне тошно от этого. Тоже мне нашлась интеллигенция. Пьяница, как и мои родители.
─ Не смейте! ─ бью его по руке, когда пытается прикоснуться к колену, и отскакиваю назад. ─ Отвратительно!
Хлопаю дверью кухни и несусь в свою комнату. Закрываю дверь и упираюсь в нее спиной. Обида душит, слезы стекают по щекам, и я не могу справиться с ними. И не знаю, что обиднее. То, что они вновь напились, или то, что выставили меня, как товар для какого-то пьянчуги, который мне в отцы годится. Такого я точно не ожидала.
Только собираюсь отойти от двери, как в нее раздается грозный стук.
─ Василиса, а ну открой матери! ─ этот тон мне тоже знаком, тот самый, после которого на моем теле появлялись синяки. ─ Немедленно!
─ Что ты хочешь? ─ вытираю слезы рукавом и открываю дверь.
─ Ты чего позоришь нас, тупица? ─ мама толкает меня в плечо назад и заходит в комнату закрыв за собой дверь. ─ Мы что не имеем права отдохнуть? Мы что не заслужили отдых?
Маме всего сорок, но годы зависимости сделали из нее женщину лет шестидесяти. Глубокие морщины, трясущиеся конечности, впавшие красные глаза и охриплая путающаяся речь. Мне больно смотреть на нее. Но спустя годы наконец понимаю, что не моя вина в ее поведении.
─ Разве это отдых? ─ опускаю взгляд в пол. ─ Посмотри на себя, ты на человека не похожа.
От нее несет дешевым пойлом за километр.
─ Вот же, дрянь! Да как ты смеешь?! ─ замахивается, и я готова отражать удар, но мама сама одергивает себя. ─ Значит так, приведи себя в порядок, и иди извиняйся перед Семеном Валерьевичем! Ты не смела его оскорблять!
─ Хорошо. ─ сжимаю кулаки как можно сильнее.
Мама уходит, оставив дверь приоткрытой. Слышу противный смех и кровь стынет. Она не в себе, какой бы моя мама не была, но трезвой никогда не попросила о подобном. И сейчас мне страшно.
Хватаю рюкзак, закидываю в него футболку, нижнее белье и несколько тетрадей. Я не хочу оставаться в квартире, точно не сейчас. На двери в комнату нет замка, я боюсь, как бы их гость сам не пришел ко мне. Пусть денег у меня немного, но лучше переночую в хостеле, чем останусь здесь и буду трястись всю ночь от страха. А когда родители протрезвеют мы обязательно поговорим.
За секунды оказываюсь в подъезде стараясь не шуметь. В глазах застыли слезы и мне стоит прогуляться прежде чем искать место для сна. Да и на душе так паршиво, что хочется просто погулять. Прошло столько лет, а все вновь повторяется. Я вновь сбегаю из дома, чтобы не видеть пьянки и иду гулять
