Королева Маргарита - Мария Валерьевна Голикова
Но я решила не отступать – дело уже не терпит отлагательств. Как я ненавижу эту привычку брата по любому поводу тянуть время! Я выждала немного и снова заговорила с ним об отъезде, но он не пожелал меня слушать. Тут у меня лопнуло терпение.
Я не стала дожидаться, когда он ко мне заглянет, и сама пришла к нему. Он лежал на краю кровати в немыслимом головном уборе и дразнил своих собачек, бросая им на носы белые перья. В складках покрывала валялись бумаги и конфеты, высыпавшиеся из золотой бонбоньерки. Рядом сидел его шут Шико в атласном костюме и читал вслух какую-то глубокомысленную книгу.
– Сир, мне нужно серьезно поговорить с вами, – сказала я, сдерживая сильнейшее желание взять вазу, стоявшую на столике, наполнить ее водой и вылить на братца, чтобы он наконец занялся делом.
Шико замолчал и лукаво поглядел на меня. Брат поднял голову, тоже посмотрел на меня и зевнул.
– Что, прямо сейчас? Давайте завтра, Маргарита, а… Сегодня мне некогда…
– Я вижу, сир, как вы изнемогаете под тяжестью государственных забот. Но я не отниму у вас много времени.
– Правда? И что же вам нужно?
Я не ответила. Брат со вздохом сел и усталым жестом отослал Шико. Тот исчез за дверью. Брат подошел к окну и сухо спросил:
– Что вам нужно, Маргарита?
– Мне нужно уехать к мужу, сир. Чем быстрее, тем лучше. Вы прекрасно понимаете почему.
Он повернулся и удивленно поднял брови.
– И почему же? Разве вам здесь не нравится?
Мне так надоело все это, что я не стала поддерживать игру.
– Не думала, что вам до такой степени наплевать на мою репутацию.
– Ну, на вашу репутацию и вам самой давно наплевать, я наслышан о том, как вы проводите время…
– И как же? С кем на этот раз? Просветите меня, а то я так и останусь в неведении!
Он поморщился.
– Довольно, Маргарита, не докучайте мне, у меня от вас уже голова разболелась.
– Сир, пристрастие к софистике не доведет вас до добра! Вы не боитесь, что мне надоест все это, и я просто-напросто убегу отсюда? Я найду способ сбежать, вы меня знаете!
– Никогда не думал, что у меня такая бестолковая сестра. Сейчас идет война, вы это понимаете? Вы католичка! А воюем мы с протестантами! Я намерен уничтожить их и не отпущу вас в лагерь врага! Вы что, с ума сошли? Они там убьют вас, если не придумают чего похуже! И им не будет никакого дела до вашего ума и красоты!
– Мне всегда было интересно, сир, чем вы думаете, когда говорите такие глупости?! Я еду не в лагерь врага! Я еду к своему мужу!
– У вас был муж-католик. А сейчас у вас нет мужа! Все, я больше не желаю говорить об этом! – разозлился он. – Вы мне надоели с этим, больше не приходите ко мне и не спрашивайте об отъезде! А если надумаете бежать, то знайте, что это будет побег в лагерь неприятеля! Сколько мне еще придется вас учить? Вам мало неприятностей, которые вы уже насобирали на свою голову, хочется еще и нажить врагов в моем лице и в лице нашей матушки? Обещаю вам, что мы будем жестокими врагами! В случае побега я поступлю с вами как с изменницей и не посмотрю, что вы моя сестра! – Он усмехнулся и добавил: – А как ваш муж обрадуется такому подарку! Никогда не устанет вас благодарить!
Вот и разговаривай с ним потом… Он сделал ленивый жест, отдаленно напоминавший просьбу удалиться, замолчал и сделал вид, что увлечен блеском многочисленных перстней на своих пальцах.
– Сир, только одна просьба.
– Ну что еще?
– Умоляю вас, не носите камни не в тон костюму, это признак дурного вкуса, – сказала я, сделала реверанс и вышла.
По дороге в свои покои я вспомнила ругательства на всех известных мне языках. Мерзавец, он прекрасно видит, что делает мне больно, и намерен тянуть время дальше. Нельзя оставаться тут, надо что-то придумать. Но что?…
По счастью, я не одинока, у меня есть друзья. Многие придворные замечают, что король злоупотребляет властью, и тоже возмущаются его жестокостью. Одни советуют мне отправиться в паломничество к какой-нибудь святыне, другие – навестить дальних родственников. Принцесса де Ла Рош-сюр-Йон предлагает отправиться на лечебные воды в Спа…
Религиозная война продолжается. Протестанты вынуждены отступить – ведь их больше не поддерживают иностранцы и мой брат Франсуа. Франсуа с рвением отчаяния зачем-то принялся доказывать всем свою горячую преданность католической религии. Протестанты просили его опять возглавить их, но он отказался и выступил на стороне католиков. Он вел осаду крепости Ла Шарите, и крепость была взята… В честь побед над протестантами король устроил в Плесси-ле-Тур безумно дорогой, беспредельно странный праздник с причудливыми костюмами и двусмысленными развлечениями. Франция измучена войной, наше будущее темно, и в этой непомерной роскоши есть что-то зловещее.
Из Фландрии вернулся Мондусе, который ездил туда по поручению короля, и рассказал, что эта несчастная страна отчаянно борется против испанцев, и все, что требуется ей сейчас, – это человек, способный объединить и вдохновить ее храбрецов, чтобы Фландрия наконец сбросила с себя испанские цепи и обрела свободу. Ведь фламандцы – в душе французы. При мысли об этом у Франсуа загорелись глаза: он давно мечтал о чем-нибудь подобном. Он вполне мог бы стать королем Нидерландов, отвоевав у Испании и объединив под своей властью южные провинции.
И королю эта затея понравилась. Он, конечно, упрямится из вредности, но на самом деле не знает, что делать со мной и Франсуа, и совсем не прочь избавиться от нашего присутствия. Идея отослать младшего брата из Франции, с глаз долой, пришлась ему очень по вкусу.
К тому же властная Испания во главе с Филиппом II уже изрядно всем надоела – испанцы постоянно вмешиваются во французскую политику и не столько дают советы, сколько отдают приказы. Если вырвать Фландрию из когтей Испании, это несколько поумерит испанскую гордость.
Итак, было решено, что я поеду во Фландрию с дипломатической миссией и попытаюсь убедить фламандцев принять Франсуа в качестве своего короля. Моя летняя поездка обещает стать не только полезной, но и приятной – меня сопровождают моя подруга принцесса де Ла Рош-сюр-Йон, Мондусе и большая свита.
Когда я уже была в пути, до меня
