Ученик Белого Дьявола – 1 - Джон Голд
Декстер напрягся. Заметив это, Сокол, вздохнув, пояснил:
— Крауч, я терплю выходки Кандински до поры до времени. Он хороший коп. Вы с ним сработались. Меня устраивают результаты вашей работы, но никак не его трудовая этика. Заходи уже. Дело есть.
Оказавшись в кабинете, сержант сел в кресло за своим столом. За спиной Крауча тихо закрылась дверь. Сокол подтолкнул толстяку папку.
— Ваша с Кандински команда возьмётся за поиски Сары Чой.
Вытаращив глаза, Крауч глянул через стекло в сторону «бычьего загона». Там в углу сидела парочка детективов, которая от скуки разве что в потолок не плевала.
— Эмм, сержант, — толстяк глянул на Сокола, — поиском без вести пропавших обычно занимается команда Билла Шарпа. Мы с Роном и так «дело года» тащим. По взрыву дома семьи Гринч до сих пор ни одной зацепки. А там ещё и шесть человек куда-то пропало.
Вспомнив о парочке проблемных детективов, Сокол помассировал виски.
— Это приказ от капитана, Крауч. Шарпа с напарником переведут на дело о грабителях особняков.
Декстер от удивления открыл рот и сразу же закрыл. Капитан Лоуренс Тадлер — редкостная сволочь, не раз позволявшая себе расистские высказывания. У него со всеми связи. С мэрией, пожарными, банками и даже местными бандами. Все в участке знают, что Тадлер метит на повышение и перевод в штаб-квартиру полиции в Нью-Йорке.
Билл Шарп с напарником кормятся с рук капитана. Оба — выходцы из семей копов в третьем поколении. Сокол сам всё понимает. Любимчикам кэпа делают «портфель из раскрытых дел», отдавая всё в почти готовом виде. Остаётся только оформить отчёт и поставить свою подпись. Скорее всего, Лоуренс хочет потом перетащить их к себе.
По приказу Тадлера, сложные дела, наподобие пропажи Сары Чой, вешают на Крауча и Кандински. На карьеры ветеранов очередное нераскрытое преступление не окажет никакого влияния.
Толстяк молчал секунды три. Затем вздохнул и сказал:
— Не люблю политиков. Вы, сэр, тоже переведётесь или попросите о повышении?
Сокол криво усмехнулся.
— Метишь на моё место, Крауч? Мечтай и дальше, — детектив-сержант расхохотался. — С этой должности я уйду разве что на пенсию. Моя работа состоит в том, чтобы люди типа Шарпа и сам знаешь кого не мешали хорошим копам раскрывать дела.
— Тадлера?
— Это ты сказал, а не я, — Сокол многозначительно улыбнулся. — За работу, детектив.
Взяв папку с делом, Декс понуро поплёлся к своему столу. Под ехидные смешки команды Шарпа толстяк сам сходил в кладовку. Привёз оттуда двухметровую доску для записей на качающейся подставке. Взял канцелярские магниты, открыл дело семнадцатилетней Сары Чой и стал развешивать зацепки.
Девушка пропала пять дней назад, возвращаясь домой вечером на автобусе от станции метро. Лоубридж — это пригород. Родители Чой не могут позволить себе больше одного автомобиля на семью.
Камера в автобусе оказалась сломана. Хулиганы из «Синих Углов» постарались. Это их район. Зато банкомат около остановки застал момент, когда Сара вышла из транспорта и пошла пешком домой. Больше девушку никто не видел. Ни свидетелей, ни подозрительных машин, ни GPS-сигнала от телефона.
Разложив зацепки, Декстер задумался. Почерк преступления чем-то похож на запах, стиль письма или манеру говорить. Их владелец может постараться немного изменить себя. Однако, если приглядеться к деталям, скрываемый почерк сразу выползает на поверхность. Вот и с делом Сары Чой толстяк уловил нечто знакомое.
— Где-то я такое уже видел, — толстяк задумчиво почесал подбородок. — Старое дело. Раз я о нём помню, значит, закончилось всё плохо.
Кандински опаздывал уже на полтора часа, но Крауч не обратил на это никакого внимания. Надо срочно сходить в архив полицейского участка.
Когда толстяк спускался в подвал здания, Рон Кандински наконец явился на работу. Волосы у детектива растрёпаны, рубашка заправлена в штаны чёрт знает как. При виде него лентяй Шарп свистнул, привлекая к себе внимание. Потом показал Рону большой палец. Сидящий в своём кабинете Сокол только и мог что покачать головой.
Не считая Крауча, все детективы знали, что Кандински спит с его женой.
…
День 86-й
Последние сутки выдались рекордно длинными и столь же изматывающими. Крио-шторм смёл под ноль след из хлебных крошек. Пришлось битый час искать ориентиры на руинах Сеула. Одежда разорвана в хлам, никакого оружия не осталось. А мне надо отыскать путь в пригородный посёлок и к моему дому-базе.
[Зрение не работает, а дистанция работы Сферы Восприятия — только триста метров.]
Сначала нашёл эстакаду, стёртую под корень. Напряг память и по расположению опорных столбов понял, куда двигаться дальше. Следом нашёл огрызок металлической опоры, державшей упавший билборд — ещё один мой ориентир. Затем — куски шин внедорожника, из которого я вытащил аккумулятор. Они вмёрзли в землю. Все остальные части автомобиля сточило ветром.
Найдя посёлок, изумлённо замер. Раньше тут стояли сотни однотипных домишек для элиты. Теперь вместо них — руины. Крио-шторм накрыл этот район краем и пошёл дальше на Сеул. Уцелели только первые этажи. Трёхметровые сугробы из спрессованного снега послужили защитой от разбушевавшейся стихии.
Свой дом-базу я нашёл через поиск в Сфере Восприятия. Представил в уме сундук с волчьими шкурами, и нужное место сразу же высветилось где-то впереди.
Рано радовался. В моём доме рванули газовые баллоны, а вместе с ними и комната-термос. Насколько понял по обломкам, первым внутрь комнаты ворвались сильные потоки ветра. Они повредили газопровод, пошёл газ — и бум! Моё убежище взлетело на воздух.
Со взрывом мне повезло. Пол под комнатой-термосом треснул. Часть личных вещей, провалилась в гостиную на первом этаже. Благодаря этому мне удалось вытащить из-под снега обрывок пуховика и водительские права Юн Джу Така. Скорее всего, именно с этим человеком Дьявол поменял меня местами.
Найденный мной внедорожник перед долгой дорогой усилили на славу. Работы не на один день. На месте хозяина машины я бы
