Особенная девочка для властного Альфы - Людмила Александровна Королева
— Артур, — ошарашенно выдыхаю я, дергаюсь, но он держит крепко, впивается в мои губы жадным поцелуем, кусает мои губы, посасывает, толкается языком в мой рот, будто хочет заклеймить, подчинить своей воле. — Я не отдам тебе Сонечку! — шепчу я с отчаянием.
— Боюсь, у тебя нет выбора, моя дорогая занозочка, — рычит он и с силой сжимает пальцы на моей талии. — Я был с тобой слишком мягким, и ты лишила меня зверя, уничтожила меня, когда сбежала. А ведь я сходил по тебе с ума, ты была центром моей вселенной. Ты разрушила мой мир. А я лишу тебя дочери. Это будет справедливо.
— Нет, — испуганно качаю головой. — Артур…
То, чего я боялась, свершилось. Вот ведь гад! Нашел мою слабость и теперь будет использовать эту слабость против меня.
— Да. Ты будешь делать все, что скажу, — кивает он. — Я пиздец как сильно тебя хочу, — говорит он, смотря на меня с жадностью.
— Мне нельзя так часто после родов, — вру я, надеясь, что Артур не разбирается во всех этих тонкостях.
Амурский хмурится, будто чует подвох.
— Ну тогда поработаешь своим прекрасным ротиком, — заявляет он и расстегивает ширинку.
Мамочки! Я сейчас в обморок упаду. Как же избавиться от этого озабоченного психа?
Глава 6
Невольно думаю о том, как хорошо, что сегодня еще ничего не ела. Боюсь меня сейчас стошнит. Я не шлюха. Опыта у меня в плане этих ласк, которые от меня требует Амурский, совершенно нет. И если бы он был моим мужчиной, а я его любимой женщиной, возможно, я бы попробовала порадовать его таким способом.
Но Амурский относится ко мне, как к шлюхе, он намеренно пытается меня унизить, ужалить, потому что злится на меня. И у меня нет никакого желания делать ему то, что он просит. Внутри поднимается протест, а взгляд так и цепляется за вазу, стоящую на полке. Как же хочется схватить ее и треснуть по башке этому бесчувственному идиоту.
Но ваза далеко, а Артур следит за каждым моим движением, как хищник. Он знает, что от меня можно ожидать чего угодно.
И если бы не Сонечка, я бы никогда не пришла к этому зверю. Псих! Как же он меня бесит!
— Ладно, — вздыхаю я и судорожно сглатываю. — Я все сделаю, как прикажешь…
Медленно опускаюсь перед Артуром на колени. Кошмар! Как же это унизительно.
Амурский наклоняется ко мне, хватает пальцами мой подбородок и заглядывает мне в глаза. Что он там ищет, мне не понятно.
— Реально? На все готова? — слышу недоверие в его голосе. — И не будешь юлить, умолять и пытаться меня обмануть? — уточняет он и проводит подушечкой большого пальца по моим губам, надавливает на нижнюю губу, заставляет приоткрыть рот.
Вижу, как в его глазах снова разгорается пламя. Этот дикий зверь смотрит на меня так, будто сожрать хочет. Он очень сильно возбужден. Амурский и раньше был ненасытным.
Я смотрю ему в глаза цвета ртути и молча киваю.
— Умничка, я очень люблю послушных девочек, — он скользит голодным взглядом по моим губам.
Я чувствую себя раздавленной.
— Мне через полчаса надо быть в больнице. Дочку надо покормить, — говорю Артуру, а он хмурит темные брови. — Так что расскажи, как это делается… Чтоб я случайно твой член не откусила. А то опыта у меня ноль. И побыстрее давай. А то я буду нервничать, что ребенок голодный, буду спешить и… Потом не жалуйся, что поранила тебя зубами.
Амурский резко убирает от меня руки, морщится, нервно застегивает ширинку и поднимается с кресла. Артур отходит к окну, упирается ладонями в подоконник, смотрит куда-то вдаль.
— Бля… Рита, твою мать! Умеешь же ты весь настрой сбить и кайф обломать, — злится он, прячет руки в карманах, а потом оборачивается. — Поехали. В какой она больнице?
Я называю адрес. Амурский начинает дышать часто и рвано. Опять его бешенство накрыло. Что не так? Когда он психует, я его боюсь.
— Пиздец… Это же самая отстойная больница. И она для людей, а не для оборотней! Что ты за мать такая? Ты на хрена оставила ребенка в этом гадюшнике?
— Это обычная больница, бесплатная. У меня нет денег на платные клиники. И я не оборотень, поэтому в ваши больницы меня бы не приняли, — возмущаюсь я. — А оставила там, где есть магический купол, который нужен для таких деток, как она.
— Поехали, — строго бросает Артур и направляется к двери, а потом оборачивается и смеряет меня сканирующим взглядом.
Опять хмурится. На скулах ходят желваки.
А сейчас что не так?
Амурский молча расстегивает пуговицы на своей рубашке, а я не понимаю, что он делает. Завороженно наблюдаю за стриптизом, который он тут устроил. Артур ведет плечом, снимает с себя рубашку, подходит ко мне, и набрасывает ее мне на плечи. Я невольно залипаю на кубиках пресса, на шрамах, которыми украшены ребра. Артур не раз был ранен в схватке с черными волками. Живучий гад. Человек от таких ранений скончался бы.
— Прикройся. Не хочу, чтобы мои волки видели твою грудь, — отдает он мне приказ.
Я послушно натягиваю поверх платья его рубашку, подворачиваю рукава. Я в ней утонула. Амурский выше меня и крупнее. Рубашка все еще хранит тепло и умопомрачительный запах этого мужчины. Невольно утыкаюсь носом в ткань. У меня против воли внизу живота все сжимается и сладко тянет. Ненавижу себя за эту слабость. Почему я так остро реагирую на этого хищника?
Артур бросает на меня оценивающий взгляд.
— По пути заедем в торговый центр. Куплю тебе нормальные вещи взамен испорченных. Все. Погнали. У меня времени мало. На сегодня запланировано несколько важных деловых встреч.
Я послушно выхожу из кабинета. Чувствую облегчение. Мы сейчас поедем к дочке. Я увижу свою малышку, подержу ее на ручках, покормлю, а потом снова отдам врачам. Сонечку опять положат под старенький магический купол, введут в состояние сна, чтобы малышка отдыхала и не тратила силы, которых с каждым днем становится все меньше и меньше. И я очень надеюсь, что Артур поможет, спасет нашу девочку. Я так и не поняла, что именно нужно сделать оборотню,
