Николь. Именно ураган во всём и виноват - Анна Богоданная
- Чей приказ? – спросила Николь. – Софи Дюруа моя мама. Кому, как не мне беспокоиться о стабильности её состояния? – на взгляд Люка, ответила Николь. – Не переживайте. Всё будет хорошо. Я умею держать себя в руках. Не будет ни слёз, ни всхлипываний. – она повернулась и представила, - Мой будущий муж. Бернард О’Салливан – Мои родители с ним знакомы. Итак, мы идём? – она полностью взяла контроль над ситуацией. Люк усмехнулся, но только глазами. Лицо оставалось вежливо-непроницаемым. Он указал путь. Все вместе пошли по коридору.
- Палата три. – Люк остановился. – Зайду я. Не обсуждается. – он сделал жест, говорящий о том что его нельзя ослушаться. Николь покорилась.
Через минуту Люк вышел. Кивнул в сторону Николь: «Зайдите одна. – На её вопросительный взгляд ответил, - так попросила мадам Софи. Чуть позже зайдёт месье Бернард». Он открыл дверь и Николь вошла.
- Мамочка. Дорогая моя мамочка. – Николь быстро подошла к Софи. Взяла её осторожно за руку. Наклонилась к лицу. Поцеловала в щёку. – Мы с Бером вчера вечером прилетели, а узнали только сегодня утром. Позвонили в Сен Тропе, поздравить дедушку Анри с днём рождения, а Лизонька рассказала, что ты в больнице. Почему-то папа не позвонил мне.
Софи спокойно улыбалась.
- Николь. Девочка моя дорогая. Доченька. – Она чуть помолчала. – Ты присядь на стульчик, рядом со мной. Мне нужно поговорить с тобой. Это нужно было сделать давно, но я всё откладывала наш разговор. Теперь, самое время.
- Ма, подожди. – прервала её Николь. – Не нужно никаких серьёзных разговоров. Лучше скажи, как ты себя чувствуешь? Когда домой? Почему здесь нет папы, а Люк распоряжается, кого пускать к тебе, а кого нет. Бернарда оставили за дверью. Сказали, что потом сможет зайти. Что происходит?
Софи спокойно выслушала дочь. Потом неторопливо приподнялась и села на кровати. Спустила ноги на пол.
- Сядь со мной рядом, Николь. – Она похлопала рукой по кровати рядом с собой. Николь послушно присела рядом. – Я все эти два дня, что здесь лежу, думала, как рассказать тебе о нашей с тобой жизни. О жизни матери и дочери. – Глаза Софи были сухими, а взгляд спокоен. - И теперь я готова. – Она посмотрела на Николь. – Сними куртку. Здесь тепло. Мадам Нинон позаботилась, чтобы мама её внучки лечилась в элитной клинике. Мы, конечно, люди не бедные, но до такого уровня комфорта нам далеко. – Не удивляйся ничему. Я постараюсь рассказать тебе всё настолько подробно, насколько могу это сделать. Итак, - Софи вздохнула и прислушалась к своему состоянию. Сердце билось спокойно, чётко в режиме здорового органа человека.
Только она раскрыла рот, чтобы продолжить, как Николь задала вопрос: «Ма, объясни мне что происходит? Мама её внучки? Это как?»
- Николь, не перебивай меня. Я так долго готовилась к этому разговору. Не хочется ничего упустить. Хочу, чтобы ты знала всё, до мельчайших подробностей. Мы с твоим папой ещё только собирались пожениться, а я уже была беременной. Так получилось. – Софи улыбнулась. - Ребёнку, который должен был родиться, было 22 недели. Врач потом сказал, что это был мальчик. Мама Жерара, бабушка Эмили, была против того, чтобы её сын женился на мне, да ещё и на беременной. Хотя, это был ребёнок от него. – Николь слушала мама и, понимала, как тяжело сейчас ей рассказывать об этом. Но, раз она сказала слушать, значит нужно всё выслушать и не перебивать. Сейчас, в процессе рассказа, Николь восстанавливала недостающие пазлы полной картины, которая начала складываться совсем недавно.
– Эмили настояла, чтобы я сделала аборт. 22 недели, это уже живой ребёнок. Я рассказала врачу всю свою историю. Он уговаривал меня не прерывать беременность, но я побоялась остаться одна с ребёнком, и кроме того, - Софи замолчала, а потом, спустя минуту продолжила, - Тогда, я ещё очень любила Жерара, поэтому настояла на искусственных родах. Результат для меня оказался очень печальным. – Продолжила Софи спокойно. - Врач сказал, что детей у меня больше не будет никогда и предложил варианты: можно стать в очередь и усыновить оставленного ребёнка или воспользоваться ЭКО. Других вариантов не было. И Судьба сделала мне настоящий драгоценный подарок всей моей жизни! В тот день, когда меня должны были выписать из больницы, привезли рожать девушку. Теперь я знаю, что её звали Бланш О.Коннор. Это дочь твоей соседки по лестничной площадке и твоя мама. Она родила близнецов – девочку и мальчика. Девочку тайком отдали мне, и я сразу уехала их больницы, сказав всем своим родным, что родилась недоношенная девочка. Документы мы оформили уже позже. Бланш умерла в больнице от потери крови. У неё оказалась редкая «золотая» кровь. Но ты у нас, несмотря ни на что, всегда была здоровой, красивой и счастливой! Наша умница, Николь! - Софи погладила дочь по спине, потом притянула в себе и поцеловала в висок. – Ты моя единственная радость в этой жизни! Думаю, мадам Нинон захочет поговорить с тобой более подробно. Не противься. Ты действительно девочка, рождённая из пары близнецов. Где мальчик, никто не знает. Мадам говорила, что родственники из Ирландии увезли его с собой и перестали общаться с ней.
- Я, мамочка знаю, где мой брат. Более того, я знаю, что его зовут Патрик. Так же как звали его отца. И похоронены они вместе с его женой Бланш в Дублине. В Ирландии.– Софи удивлённо взглянула на дочь. Николь встала, подошла к двери, открыла её: «Бернард. Зайди». – Позвала она жениха. Тот послушно встал и вошёл в палату.
- Добрый день, мадам Софи. Очень раз видеть Вас в здравии. Николь очень испугалась, когда узнала, что вы в больнице. Мы и примчались сразу. Если бы знали вчера, то из аэропорта приехали бы к вам.
Софи улыбалась. Сердце билось радостно и ровно.
- Вот и прекрасно, что приехали сегодня. После перелёта необходим отдых. Присаживайся, Бернард. Рассказывайте про свои путешествия.
- Нет, мама. Про путешествия мы поговорим дома, после того, как тебя выпишут. А сейчас… - она повернулась
