Подарок на свадьбу бывшего - Диана Рымарь
— Ой, какая красавица! — умиляется Нана, беременная уже солидно.
— Вылитый папочка, — добавляет Нарэ, а ее сыновья Давидик и Карен смотрят на двоюродную сестру с любопытством.
Всей гурьбой заходим в дом, где тепло и пахнет корицей, ванилью и чем-то невероятно домашним.
Пока разбираем вещи, располагаемся в отведенной нам комнате, уже наступает вечер Рождества.
Накрываем праздничный стол — и какой стол!
Армянская кухня во всей красе: долма в виноградных листьях, ароматный плов с сухофруктами, запеченная баранина с травами, сыры и лаваш, сладости — пахлава и назук. Все это великолепие дополняют безалкогольный глинтвейн и гоголь-моголь.
Потихоньку я подмечаю изменения во всех членах семьи мужа, и эти изменения поразительны.
Первое, что бросается в глаза, — как похорошели жены его братьев. Прямо светятся изнутри, увешанные новыми украшениями — бриллиантовые серьги, золотые браслеты, элегантные платья — явно не из дешевых магазинов. Праздничное настроение так и брызжет от них со всех сторон.
Пока Мариам Вазгеновна возится с Миленой, показывая ей игрушки и напевая колыбельные, я помогаю Нарэ и Нане на кухне. Мы подогреваем блюда, раскладываем по тарелкам.
— Риточка, мы так счастливы, что ты приехала, — говорит Нарэ, обнимая меня одной рукой. — Ты прости нас, что мы ту змеюку Егине поддержали, а тебя нет. Нам так свекор велел, а мы струсили. Но ты нам всегда нравилась!
— Прости нас, Рита, — добавляет Нана, и они обе обнимают меня так тепло, что я чувствую искренность в каждом их движении.
— Дела прошлые, давайте забудем, — машу рукой, хотя внутри что-то теплеет от их слов.
— А ты знаешь, какая она шкура оказалась? — понижает голос Нарэ, оглядываясь, чтобы никто не слышал. — Про нее потом такие слухи ходили! Говорят, она с катушек слетела от злости после той истории со свадьбой, родителей послала подальше и с каким-то рокером в Америку укатила. Ее потом нашли там в каком-то притоне и отправили в Ереван на перевоспитание к строгой бабке. Так там и живет теперь, под присмотром.
— А-а, ясно, — киваю я.
Не знаю почему, но мне отчего-то делается радостно, что у Егине жизнь сложилась не слишком гладко. Наверное, это не очень благородно с моей стороны, но что поделать — я не идеальна.
— Да, да, тут такой шухер был после той неудачной свадьбы Арнака… — качает головой Нана. — Полгорода обыскали, куда Егине подевалась, потом выяснилось — сбежала в чем была.
— А вы как? — меняю тему, потому что не хочу больше говорить о прошлом. — Как дела с мужьями?
Лица у обеих женщин меняются — становятся более серьезными.
— Ну… — вздыхает Нарэ. — После того как все всплыло, Вазген со мной долго не разговаривал, разводиться хотел, слава богу передумал. А потом вообще жуть какая была. Повел на ДНК-тест и Давидика, и Карена.
— Мой тоже нашего Эдика на ДНК-тест повел, — кивает Нана.
— И что? — спрашиваю я с замиранием сердца, хотя уже догадываюсь по их спокойным лицам.
— Их дети, мужей наших, — облегченно выдыхает Нарэ. — Мы же следили внимательно, чтобы от того ирода не залететь… Чтоб он там сгнил в своем подвале. Тьфу!
При упоминании о свекре у меня по спине пробегают мурашки. Вроде такая радостная атмосфера, красивый дом, праздничный стол, смех детей, и никто не скажет, что где-то внизу, в подвале, томится парализованный пленник.
— Но потом мужья поуспокоились, — продолжает Нана, поглаживая свой заметно округлившийся живот. — Ашот вот нового малыша мне сделал, радуется, довольный ходит. Говорит, о дочке мечтает.
— И мой успокоился тоже, — добавляет Нарэ. — Особенно когда на работе у него попроще стало. Старается очень, много трудится, радуется успехам. Прям новый человек стал, не играет совсем. А как там ваши дела, как Арнак?
— О, у нас тоже все хорошо, — рассказываю я, расставляя тарелки. — Мы с мамой планируем открыть салон красоты, Арнак деньгами помогает, поддерживает. А еще он вложился в ресторан Гильермо, моего отчима, расширяют бизнес, собираются еще один ресторан открыть. И попутно своим стартапом занимается — игры какие-то разрабатывает, искусственный интеллект. Я в этом ничего не понимаю, но он очень увлечен.
— М-м, салон… — мечтательно произносит Нарэ. — Хорошо тебе, муж демократичный, поддерживает. А наши нас на работу не пускают. Вот Вазген девочку требует, стараемся, да пока никак не получается.
— Получится обязательно, — подбадриваю ее. — Главное — не нервничать.
Мы выходим с блюдами в гостиную, где нас встречают мужья и дети. Начинается шумный семейный праздник — тосты, песни, рассказы. Дети бегают между столом и елкой, Милена сидит у меня на руках и с любопытством разглядывает все это веселье.
Однако никто не ожидал, что на праздник явится новый гость.
В самый разгар веселья раздается звонок в дверь, и Мариам Вазгеновна идет открывать. Возвращается она не одна — с ней заходит седовласый статный мужчина в стильном пальто.
— Знакомьтесь, — объявляет она с гордым видом. — Мой Дмитрий Олегович.
У всех за столом лица вытягиваются от удивления. Повисает неловкое молчание.
Однако все хорошо воспитаны — встают, здороваются, улыбаются, хотя я вижу растерянность в их глазах.
А Мариам Вазгеновна решает огорошить всех окончательно:
— Дети мои, я решила развестись с вашим отцом. Уж конечно, продолжу за ним ухаживать, это не изменится — человек больной, беспомощный. Но решила официально освободиться.
— Это зачем, мама? — удивляется Арнак, нахмурив брови.
— Замуж позвали, — сообщает она с важным видом, и по ее лицу расползается счастливая улыбка.
— Я позвал, — подтверждает Дмитрий Олегович приятным баритоном.
И только сейчас я по-настоящему замечаю, насколько изменилась моя свекровь.
Она сбросила килограммов двадцать, а то и все двадцать пять. Видно, что сходила к хорошему косметологу — кожа подтянутая, свежая, морщинки разглажены. Новая стрижка, профессиональный макияж, элегантная одежда. Теперь это совсем не та безвкусная женщина, которой я когда-то красила волосы в зеленый цвет.
— То есть как это, мама? — возмущается Вазген. — Какой такой замуж?
— Мариам Вазгеновна, вы серьезно? — недоуменно спрашивают невестки.
— Серьезно вполне, — отвечает она с достоинством. — Дмитрий Олегович — замечательный человек, мы познакомились не в самых лучших обстоятельствах, он помогал мне выбраться из тюрьмы, должность имеет хорошую, адвокат. Он вдовец, у него взрослые дети, и он предложил мне руку и сердце.
— То-то он мне сразу не понравился, — шепчет мне на ухо Арнак, — еще когда видел его в первый раз в полицейском участке.
* * *
Арнак
Шумный и щедрый на события вечер заканчивается далеко за полночь. Дети давно спят, взрослые тоже начинают расходиться. Я помогаю Рите уложить Милену в кроватке — дочка немного капризничает на новом месте,
