Поцелуй меня, Док! - Девон Этвуд
— Подожди, — запротестовала я и попыталась подняться.
Кэл прижал меня.
— Ещё одно движение и я лично попрошу их оставить тебя на ночь за неподчинение.
— Ты можешь так сделать? — усомнилась я.
Из-за спины раздался грохот носилок, и Кэл посмотрел на меня с тёмным весельем:
— Хочешь проверить?
Нет. Не с таким выражением на лице.
Парамедики подошли, засыпая нас вопросами. А я будто плыла в каком-то спокойном, невероятном море.
Я тебя люблю.
Часть меня хотела попросить его повторить. Чтобы убедиться, что я не придумала. Но большая часть — та, что наконец стала взрослой — знала: не нужно. Потому что впервые разум и сердце были на одной волне. Я знала, что люблю его. Но главное — я знала, что он любит меня.
Он сказал это.
Он показал это.
Во всех заботливых жестах, в каждой мелочи, которую он помнил обо мне, в каждом прикосновении — Кэл всё это время рассказывал одну и ту же историю. С одним-единственным концом: он меня любит.
Наверное, поэтому я и совершила то, что казалось безумием. Потому что в реальности — это был единственно разумный путь. Добраться до него. Доказать, что я доверяю ему.
Быть любимой — это логично.
Когда меня подняли на носилки, зафиксировав шею, на случай если я повредила позвоночник, я не отрываясь смотрела на Кэла. Слушала, как он спокойно и уверенно описывает моё состояние. Как держится на расстоянии, но остаётся рядом. И несмотря на весь стыд — ведь я же выпрыгнула из машины! — я чувствовала только одно: облегчение.
Даже когда появилась Джемма и едва не сожрала всех с потрохами — я оставалась в каком-то странном спокойствии. Потому что, среди хаоса, я наконец-то нашла твёрдую землю под ногами.
Никакое уравнение не решается так красиво, как вывод, к которому я пришла.
Я закрыла глаза и с наслаждением затаила дыхание.
— Где болит? — спросил Кэл, забираясь в скорую.
Носилки дрогнули, когда их зафиксировали, а я, приподняв уголок губ, посмотрела ему в глаза.
— Нигде, — честно ответила я. — Правда… — я запнулась, сама не веря своим словам, — мне хорошо.
Черты лица Кэла исказились от недоверия:
— Сейчас тебя осмотрят, и ты будешь дома быстрее, чем успеешь сказать «безумный прыжок из машины». Ты в безопасности.
Я улыбнулась шире. Ему не нужно было это говорить — я и так знала.
Потому что я была с ним.
Глава 27
Кэл
Я провёл большим пальцем по вдавленным царапинам на очках Рут и поморщился, когда зазубренное стекло царапнуло кожу. Ей нужна будет новая пара, так зачем я до сих пор держусь за эти? Не мог отпустить. Поднял взгляд — я сидел рядом с её больничной койкой и следил за одним из офицеров, допрашивавших её.
В палате нас было шестеро: Джемма и Рук стояли у стеклянных дверей, двое полицейских — перед Рут, а я — в кресле по другую сторону широкой койки. Ритм её учащённого пульса заполнял комнату, пока один из офицеров не поднял глаза от планшета.
У него было угрюмое лицо и тяжелый подбородок, и, постукивая пальцем по экрану, он спросил:
— Когда вы говорите, что мистер Хормел удерживал вас, вы имеете в виду применение физической силы?
Они забрасывали её вопросами уже больше часа, и я видел, как её это выматывает.
Рут замерла, переводя взгляд с одного офицера на другого. Я успел съездить к ней домой за контактными линзами, так что знал — она их видит. Но всё равно выглядела растерянной.
— Простите, но я ведь сказала, что он меня шантажировал.
— Да, но он вас удерживал? — повторил широкоплечий офицер.
Его напарник, пониже и постарше, метнул на него взгляд.
— Мы имеем в виду — удерживал ли он вас физически? Руки, наручники, верёвки — что-то в этом роде?
Рут заметно занервничала.
— Нет. Ничего такого.
— Неправда, — мягко вставил Рук. Он стоял, скрестив руки и облокотившись на стену, словно в очереди за сэндвичем, а не в качестве свидетеля по уголовному делу. — Я видел, как он её схватил.
В груди закипала ярость, и я резко повернулся к нему.
— И ты просто смотрел?
Рук пожал плечами, ледяные глаза не моргнули.
— Это выглядело как супружеская ссора. Не моё дело.
— А если я засуну тебе голову в задницу — это будет твоё дело? — прошипела Джемма.
Рук опустил на неё снисходительный взгляд.
— Полегче, чихуахуа.
— Чиху... — начала задыхаться Джемма.
Высокий офицер прокашлялся.
— Спасибо, доктор Рук. Мисс Колдуэлл...
— Доктор Колдуэлл, — одновременно поправили мы с Рут.
Он тяжело вздохнул.
— Доктор Колдуэлл, прошу прощения. Вы можете подтвердить слова доктора Рука?
Рут кивнула неуверенно.
— Да, он действительно хватал меня. Несколько раз.
Я сжал её разбитые очки так сильно, что услышал, как треснуло стекло.
— Он причинил вам физический вред? — продолжил допрос седой офицер.
Рут задумалась. Я любил, как она думает — почти слышал, как в голове у неё слаженно вращаются шестерёнки.
— Не думаю, что причинил. Скорее… я боялась, что он может. Он был пугающим, и я ожидала, что он ударит.
Старший офицер кивнул и что-то записал.
— Понимаю.
— Думаю, у нас есть всё необходимое, доктор Колдуэлл. Мы свяжемся с вами, если понадобится уточнение. Не забудьте переслать нам скриншоты переписки, когда почувствуете, что готовы. Хотите что-то добавить?
Рут замялась.
— Нет. Всё хорошо.
Когда они ушли, Рук оторвался от стены.
— Если я вам больше не нужен, я пойду.
— Как же, — сквозь зубы процедила Джемма. — Ты работаешь с ней в одном здании. И просто прошёл мимо, когда её запугивали?
Рук посмотрел на Рут. Взгляд его стал чуть мягче.
— Прошу прощения, доктор Колдуэлл. Искренне.
Рут натянула одеяло до подбородка.
— Всё в порядке. Вы правы, со стороны это выглядело…
Он кивнул.
— Увидимся.
— Очень надеюсь, что нет, — прошипела Джемма.
Он жестом пригласил её выйти. Джемма обернулась к Рут.
— Я останусь, если хочешь.
— Всё хорошо. Я просто хочу домой.
— Если ты уверена…
— Уверена. Я позвоню тебе.
Когда они вышли, я встал, бросил взгляд на монитор. Показатели с самого начала не менялись, но каждый раз, как я вспоминал, как она вылетела из машины, в груди всё сжималось.
— Хватит волноваться, — мягко сказала Рут. Я посмотрел на неё молча. Она хмыкнула и посмотрела на меня из-под ресниц — чуть не остановилось сердце. — Со мной всё в порядке, Кэл.
Я посмотрел на ссадины на её руках, на разбитую губу.
— У нас явно разные представления о слове «в порядке».
Рут
