Гейм-чейнджер - Рейчел Рид

      Тодд когда-то и сам был спортсменом, но за годы вне соревнований обзавелся небольшим животиком. Впрочем, он всё ещё выглядел вполне привлекательно.

      — Надо было все-таки заказать чёртов салат, — пробормотал он себе под нос. — Не всем же сжигать по миллиону калорий в день.

      — Ты выглядишь отлично, — успокоил его Скотт.

      — Мы не обо мне, Скотт. Мы о тебе и о том, почему ты не встречаешься с самыми красивыми женщинами Нью-Йорка.

      — Я занят, — промямлил Скотт.

      — Мы все заняты! У меня жена, трое детей и четырнадцать спортсменов!

      — И зачем мы вообще это обсуждаем?

      — Я хочу, чтобы ты был счастлив, Скотт. Я представляю твои интересы с семнадцати лет и ни разу не видел, чтобы ты хотя бы с кем-то встречался. Я побывал на свадьбах многих своих подопечных — вы для меня как семья. Ты это знаешь. Особенно ты, потому что… ну ты знаешь.

      — Потому что я сирота? — бесцветно спросил Скотт.

      — Я просто хочу, чтобы ты знал: я о тебе забочусь и переживаю за твоё счастье. Вот и всё.

      — Что ж, спасибо. Но я абсолютно счастлив. Правда.

      — Тогда… если мой друг, который работает с одной нью-йоркской актрисой, спросит, не ищешь ли ты пару на гала-вечер…

      — Ты скажешь своему другу, что не ищу.

      Тодд вздохнул.

      — Ладно. Даже имя ее не хочешь узнать?

      — Не-а.

      — Ну, если тебе нравятся длинные ноги…

      — О, круто! Несут еду!

      Скотт тут же завел разговор о предстоящих ток-шоу, чтобы до конца ланча больше не возвращаться к теме своей личной жизни. Тодд, кажется, понял намёк — больше эта тема не всплывала.

      Однако не прошло и получаса после их расставания, как Скотт получил от него сообщение. Фото красивой молодой женщины на красной дорожке и вопрос: «Уверен?»

      Скотт: «Абсолютно».

      Господи. Сейчас ему точно не нужно, чтобы весь мир интересовался его личной жизнью.

***

      В четверг после работы Кип отправился прямиком к Елене. Он отнес к ней свой смокинг несколько дней назад, как только забрал его у портного.

      Она открыла дверь с мокрыми волосами и в халате.

      — Отлично, — сказал Кип. — Ты уже помылась. А я могу принять душ?

      — Конечно. Но у нас есть всего два часа, окей? За нами приедет лимузин.

      — Лимузин?

      — Equinox присылает. Они меня ценят.

      Он сполоснулся и вышел из ванной, обернувшись полотенцем. Дверь в комнату Елены была приоткрыта. Он легонько постучал.

      — Можно войти? Мой костюм там?

      — Да. Заходи.

      Он открыл дверь и увидел, как она сидит перед зеркалом и накручивает волосы на бигуди. Из портативной колонки играла поп-музыка.

      — Я сейчас буду надевать трусы, — предупредил Кип. — Не подглядывай.

      — Даже в мыслях не было.

      — Я же вижу в зеркале, как ты смотришь, Елена!

      Он максимально быстро натянул свои лучшие черные трусы, пока Елена в отражении ехидно ухмылялась.

      — Так какой план на вечер? Вы со Скоттом делаете вид, что незнакомы, а потом возвращаетесь к нему и…

      — Отрываемся по полной? Ага. Именно так.

      — Извращенец.

      — Немного.

      — Ты точно уверен, что тебя устраивают эти странные отношения? — спросила Елена, закрепляя последний бигуди.

      — Да, все ок. — Кип нахмурился. — Ну, конечно, было бы здорово…

      — Сходить куда-нибудь, кроме его квартиры?

      — Квартира отличная, но да. Было бы здорово куда-то выбраться вместе.

      — Думаешь, это когда-нибудь случится?

      — Не знаю! Мы же знакомы меньше месяца.

      — Это на месяц дольше, чем ты обычно с кем-то встречаешься.

      — Вот! Поэтому все кажется таким серьезным. Я никогда…

      — Такого не чувствовал?

      Кипа понял, что покраснел — звучало слишком сентиментально.

      — Он мне очень нравится, — пробормотал он.

      Елена встала и подошла к нему.

      — Не могу дождаться, когда познакомлюсь с ним, — сказала она, целуя его в щеку.

      — Ты же не устроишь ему свою жуткую «воспитательную беседу», да?

      — Конечно нет. Просто считаю справедливым предупредить его, что если он тебя обидит, это плохо скажется на его карьере. Потому что он будет мертв.

      — Елена!

      — Шучу. По большей части. Ладно, мне нужно накрасить ногти. Давай откроем вино, включим Рианну и наведем красоту.

      — О да.

***

      Кип вышел из лимузина и сразу попал под вспышки фотокамер. Однако те моментально прекратились, едва папарацци поняли, что и он, и Елена — «никто».

      Они быстро прошли по красной дорожке.

      — Ты выглядишь потрясающе, — сказал Кип, подавая ей руку, когда они поднимаясь по небольшой лестнице к входу. — Я, конечно, повторяюсь, но серьёзно. Многие парни сегодня будут мне завидовать.

      Елена улыбнулась:

      — Думаю, завидовать многие парни будут скорее мне.

      Елена выглядела ослепительно. На ней было черное атласное платье-халтер с оборками, постепенно переходящими цветом из черного в светлые оттенки серого. Оборки расходились при ходьбе, открывая высокий разрез, демонстрирующий её безупречные ноги и босоножки на тонких ремешках. Тёмные волосы были собраны в объемный пучок сбоку, оттеняя сверкающие, вероятно, рубинами и бриллиантами серьги.

      Вечер проходил в огромном историческом здании, недавно отреставрированном и модернизированном. Теперь оно превратилось в одно из самых гламурных мест Нью-Йорка. Кип никогда раньше здесь не бывал — даже в качестве официанта.

      — Впечатляет, — пробормотал он, разглядывая расписные потолки