Магия найденных вещей - Мэдди Доусон
Она рассмеялась.
– Милая, что я могу сказать? В этот последний раз я влюбилась в богатого нью-йоркского мецената, который купил две мои картины и поддерживал многих моих знакомых художников, а мои работы нравились ему больше всех. И когда он сделал мне предложение, как я могла отказаться? Но это была большая ошибка. Очень большая. Я не буду вдаваться в подробности. Чтобы не закреплять негатив. Если не поберечься, можно запросто загрязнить ауру.
Мы никогда не касались причин даже второго ее развода.
Дарла продолжает говорить что-то о расписании авиарейсов на День благодарения. Мой телефон продолжает пиликать. Сообщение голосовой почты. Несмотря ни на что, несмотря на все годы молчания, с которыми я уже свыклась, мое сердце все равно колотится как сумасшедшее.
– У вас все в порядке? – спрашивает Дарла. – Вам надо ответить на этот звонок?
– Нет, все нормально.
Но это неправда. Через пятнадцать минут, как только Дарла меня отпускает, я иду к себе кабинет, закрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной. Чуть успокоившись, жму на иконку голосовой почты и слышу голос Тенадж, ясный как день, как будто и не было всех этих лет. Легкое дыхание, легкий смех. Она говорит: «Фронси, малышка. Я знаю, прошло столько времени… Но мне нужно кое-что тебе сказать. Надеюсь, мы созвонимся в ближайшее время. Это важно. О таких важных вещах не говорят в сообщениях. Мне надо слышать твой голос. Позвони мне обязательно. Намасте[8], если ты знаешь, что это значит».
Я делаю три глубоких вдоха и нажимаю на кнопку «ПЕРЕЗВОНИТЬ».
– Привет, – шепчу в трубку.
– Привет, – отвечает она. У нее всегда такой голос, как будто она только что отсмеялась и сейчас рассмеется вновь. – Я знаю, что ты не хочешь иметь со мной ничего общего, поэтому сразу перехожу к делу. Вселенная постоянно шлет мне сообщения, которые надо передать тебе.
Я закрываю глаза и слушаю свое учащенное сердцебиение.
– Я говорю это лишь потому, что Вселенная не оставит меня в покое, пока я тебе не передам ее добрый совет.
– Мам, – перебиваю я, – давай не будем…
– Просто послушай. Я должна тебе передать, что ты совершаешь большую ошибку. И тебе надо остановиться, пока не поздно. – Она смеется. – В общем, Вселенная тебе говорит: не делай этого, что бы то ни было.
– Как-то слишком расплывчато, – говорю я. – Чего мне не делать? Не пить еще одну чашку кофе? Или забить на работу?
– Ты сама знаешь, что это такое, – отвечает она. – И вряд ли это еще одна чашка кофе.
Я смотрю в окно на офисное здание прямо напротив, на всех людей в кабинетах за окнами. На людей, занятых обычной, рутинной работой. Эти люди не получают сейчас – и, возможно, вообще никогда не получат – загадочных сообщений от Вселенной, любезно передаваемых матерями.
Матерями, которые их не бросали. Которые не забывали за ними вернуться.
Она уже не такая, какой я ее помнила. Я это знаю. Я ее видела. Может быть, это уже показатель психического нездоровья, но одно время я чуть ли не каждую ночь поднималась с постели, включала компьютер и гуглила ее имя.
Как оказалось, мама добилась определенных успехов в мире искусства. Она известна своими «причудливыми украшениями из полированных камней, проволоки и стекла». У нее есть небольшая компания под названием «Добрые чары», она делает браслеты и ожерелья, заряженные исцеляющей энергией и несущие в мир любовь. В интернете есть ее фотографии. Тенадж носит платья в пол в стиле бохо, массивные серьги, у нее яркие глаза и длинные кудрявые волосы, и обычно она держит в руке бокал с вином и улыбается в камеру. Вполне очевидно, что она уже не привязана к тем капризным клиентам, что приходят в ее галерею в Вудстоке.
Однажды о ней написали даже в «Нью-Йорк таймс». В разделе «Дом» была небольшая статья и мамина фотография, где она стоит на дизайнерской кухне сплошь из стекла, в окружении современной бытовой техники. На этом снимке она, как всегда, улыбается и помешивает в огромной кастрюле свое знаменитое любовное снадобье, в состав которого, как она утверждает, входят имбирь, куркума и другие секретные травы и специи для долголетия и поддержания жизненной силы.
Подпись под снимком гласила: «Тенадж де Фонтейн – художник, кулинар и исследователь тонких экстрасенсорных энергий – знает, что секреты любви не всегда можно раскрыть без содействия незримого мира».
В статье было сказано, что миссис де Фонтейн считает себя вольной птицей и несколько раз была замужем.
«Миссис де Фонтейн говорит, что любовь существует для всех, но иногда проявляется в неожиданных формах».
Глава шестнадцатая
В средних и старших классах тайные разговоры с мамой по телефону были моим спасательным кругом. Девочки в школе не желают с тобой дружить? А тебе что до их мнения? Главное – любить себя. И смеяться над всем, что мешает этой любви. И еще одна важная вещь, наставляла она: надо всегда оставаться собой, даже если ты странная и слегка не от мира сего и не можешь устроиться в жизни.
– Может быть, ты не будешь понимать, кто ты такая, но помни: этого никто о себе не знает. Никто. Те люди, которые думают, будто у них все схвачено? Да что они понимают?! Надо просто любить всех вокруг, – говорила она. – Пролей свою любовь в мир. На всех, кого, как тебе кажется, ты ненавидишь. И на это своего Дэвида Билли…
– Билли Дэвида.
– Да, на него. И на всех, кто еще в ней нуждается. Тот же Хендрикс, мой бедный ягненочек. Ему так не хватает любви. Нет, нельзя называть его «бедным ягненочком». Это его ограничивает. Я его буду себе представлять радостным и здоровым, процветающим в безопасности и любви. Случайностей не бывает. Все происходит не просто так. Даже то, что с ним произошло на реке. Это не просто несчастный случай. Зачем-то оно было нужно. Мы все пребываем в той точке, где нам суждено быть.
Я сказала, что этот несчастный случай означает, что мы с ней больше не можем быть вместе. Он означает, что я осталась одна.
– Нет, – возразила она. – Ты не одна. Мы с тобой нашли еще более глубокий и личный способ общения. Это наш с тобой секрет, Фронси. Я обожаю секреты.
Однажды я ей сказала как бы невзначай:
– Слушай, а расскажи мне о Вудстоке. И как вы познакомились с папой. Я хочу знать всю историю.
– О господи, – рассмеялась она. –
