Бывший. (не) разведенка - Анастасия Максимова
Нет, я не стану раскручивать этот маятник, но приятного все равно оставалось мало. Никак не хотели претензии к нему уходить куда-то восвояси. Я попросту не могла их отпустить.
Дальше мы собрались, по дороге в полицию, о чем ребенку мы, разумеется, не говорили, завезли Юлю в сад. Я была относительно спокойна. Все же, метод Осипова по стабилизации моего психического состояния работал на ура.
Тем не менее на входе, где уже стояла разговаривавшая по телефону Трофимова, я словила мандраж. Все тело заколотило крупной дрожью, пока на плечи не опустились сильные мужские руки, а над ухом не раздалось:
— Все будет хорошо! Не переживай. Это просто процедура, которую надо пережить.
Как будто я на эпиляцию шла, ей-богу. Тем не менее я попробовала взять себя в руки. Я прекрасно помнила, как сотрудница опеки мне ехидно заявила, что раз меня трясет, то значит, я чувствую вину за содеянное.
— Пойдемте и помним, что без надобности вам говорить не стоит. Ульяна, не беспокойтесь, это скоро закончится! — слегка кровожадно заявила моя юристка.
Да, я тоже хотела в это верить, но конкретно в данный момент все было в самом, что ни на есть разгаре. Мы зашли внутрь и уже через десять минут сидели в душном кабинете без намека на ремонт.
Хмурый уставший сотрудник полиции собирался что-то спросить, но его перебила Трофимова:
— Вот, я предоставила вам все необходимые бумаги. Выплаты все компенсированы, все погашено, доказательства умысла отсутствуют, как и факта мошеннических действий. Мы можем быть свободны?
Глава 53. Ульяна
Он оплатил все мои пособия за эти годы. Вот просто взял, молча пошел и отвалил огромную для меня сумму, что я по крупицам выбивала много лет. Рубль к рублю, копейка к копейке.
Находилась в странном оглушенном состоянии. Это все как-то слишком. С одной стороны, я же видела, как следователя лишили последнего аргумента. Как он скривился, но в целом спорить не стал, принимая документы.
Трофимова была довольна, Осипов — хмур и сосредоточен. Благо, он не лез обниматься или как-то контактировать со мной. Словно чувствовал, что я готова взорваться.
Уже на улице наша бригада остановилась и, не сговариваясь, направилась в сторону. Трофимова спокойно поясняла:
— Думаю, на этом вопрос с полицией можно считать закрытым. Они, конечно, потянут немного время, но уже ясно, что никакого дела в отношении тебя дальше не будет. Спасибо, Арсений, что так вовремя все оплатили.
Да уж. Мне бы тоже надо было сказать спасибо, но язык не поворачивался. Он словно прилип к небу, а во рту пересохло. Кошмар какой-то!
— Ульяна, вы как? Все, больше опасаться нечего! Они собирались сегодня выносить в суд вопрос о заключении под стражу, но, как видите, все решилось. Я не стала вас волновать раньше времени.
У меня руки похолодели и вцепились в сумочку. Я знала, что меня хотят снять с подписки о невыезде, но засадить в СИЗО? Куда бы тогда отправилась Юля?
Мое тело слегка повело, но сильное мужское плечо оказалось рядом, и меня подхватили. Осипов без вопросов и всяких грязных намеков или движений просто был рядом. Это не укрылось от моей юристки. Та довольно хмыкнула.
— Вскоре организую вам еще одну встречу с опекой. Так что попрошу максимально успокоиться. Документы по признанию отцовства готовы. По нашему вопросу, Арсений, тоже есть информация. Ульяна, все практически позади, вы слышите?
Кивнула. На большее сейчас сил не хватало. Время близилось всего лишь к обеду, но я уже ощущала себя какой-то сдувшейся. Словно из меня, как из воздушного шарика, выпустили весь воздух проколом.
Не хотелось ничего. Ничего, кроме как оказаться рядом с дочерью, прижать ее к себе и просидеть так пару часов. Словно читая мои мысли, Осипов предложил:
— Может, заберем Юлю из сада пораньше и в парк?
Снова кивнула. Снова сил хватило лишь на то, чтобы поддерживать видимость адекватности. Меня, правда, хотели посадить сегодня? Я в шоке. До чего же может простираться людская подлость…
— Хорошо, тогда я буду держать вас в курсе. В принципе, пока нет никаких больше новостей. Все идет по плану. Ульяна, вам надо успокоиться.
Последние слова Мирославы Илларионовны прозвучали строго. Она смотрела на меня слишком пристально, словно видела насквозь. Я кивнула.
Действительно, надо взять себя в руки! Иначе я превращусь в бешеную неврастеничку раньше, чем все это закончится. Мы попрощались. Трофимова поехала по своим делам, а мы — за Юлей.
Еще в машине я обратила внимание на то, что Арс то и дело отвлекался на телефонные звонки, постоянно хмурился и спорил с кем-то. Это никуда не годилось, я понимала, что ему надо работать.
В последние дни он был с нами так много, что даже мне становилось не по себе. Ведь он серьезный бизнесмен, занимается важными вещами и наверняка работу бросить не может.
Тем не менее я не лезла. Позволила ему забрать дочь, мы приехали в парк, но и там все продолжилось. В какой-то момент я не выдержала. Осторожно коснулась его плеча со словами:
— Езжай, тебе же надо.
Он оторвался от смартфона и отчаянно усмехнулся. Ну, что поделаешь, иногда следовало просто выбрать. Это у меня отпуск по личным обстоятельствам, благо, моя начальница очень спокойно отнеслась к его необходимости…
— Наверное, ты права, совсем задергали. Решу все вопросы, а потом обсудим все. Ладно? — и он неожиданно поцеловал меня в щеку.
Покраснела как рак, смущаясь такого откровенного жеста, а дочь при этом счастливо зажмурилась. Правда, уже через пару минут она узнала, что Арсюша уезжает и попыталась закатить протест.
Не скандал, конечно, но тоже полный возмущения демарш. Пришлось Осипову впервые за все время проявить строгость. Я даже удивилась, что он вообще так умеет. Смешанные чувства вызывало их общение с дочерью. Я надеялась, что пока…
Вскоре он уехал, а я попыталась развлечься со своей малышкой. Мы много гуляли, перекусили в кафе и в конце концов оставались возле батута. Юля обожала такие развлечения, поэтому упросила меня на полчаса.
Не успела я присесть на лавочку, как рядом со мной неожиданно опустилась еще одна женщина. Застыла. Не могла поверить в то, что видела, но какой был шанс встретить в детском парке возле батутов двойника Лизы?
Не говоря уже о том,
