Подкидыши для олигарха - Ксения Фави
— Я разве заставляю тебя извиняться?
Говорю холоднее, чем нужно. Или как, черт возьми, нужно?! Меня трогают ее слезы. Внутри поднимается желание защитить. Но от кого?! От себя? И не представляет ли она сама опасность? Подозрение и обида во мне не хотят униматься.
— И я не позволю вам разлучить нас!
Решительная… Выглядит при этом совершенно подавленной. Какой-никакой, а мир в этом доме был. Сейчас он разлетелся в щепки, прямо как статуэтка от люксового бренда.
Я верю Марике, судя по мыслям? Уверен я пока что в одном.
— Дети останутся здесь, для них ничего не должно поменяться.
Допускал ли я мысль, что не отдам мелких матери? Хм, наверное. Я ведь не знал, что она из себя представляет. И теперь до конца не знаю, но… Она была все это время рядом с ними! Дети не были без мамы ни дня.
— Я не отдам вам сыновей!
Ее голос срывается. Хотя в нем все еще через край храбрости. Как бы она себе это представила чисто физически? Ничтожество Кирюша угрожал ей забрать детей. А я не смог бы? С учетом всего того, что она натворила.
— Ты будешь с ними.
Она опешила. Хмурится.
— Но как?
— Как и была все это время.
Марика делает шаг назад.
— Вы оставите меня в доме?
Мне нужно разобраться. Но мне не нужно, чтобы плюсом приключилось еще какое-то дерьмецо. Если отпускать их спокойно, то только всех вместе. А этот вариант в моей голове не укладывается. Как и вариант отпустить ее одну… Привык я что ли уже, что она всегда под присмотром.
Трудно перестроить отношение к этой девушке по щелчку пальцев. Особенно, когда толком не знаешь, надо ли.
— Ты против? Детям нужна мать, это очевидно. Увезти я их не дам, что тоже логично. Ты ведь принесла их сюда не просто так.
— Для Кирилла мы больше не представляем интерес, — морщится.
Кстати, о птичках.
— Не сообщай ему, что я все знаю.
Она поднимает на меня заинтересованный взгляд.
— Что вы собираетесь с ним сделать?
— Пока не знаю, — встряхиваюсь.
И не знаю, можно ли с тобой это обсуждать… Как же так.
— Хорошо, я ничего не скажу.
Повисает пауза. Я вроде посмотрел в окно, а все равно исподволь глянул на нее. Дрожит.
— Марика, — с трудом, но ловлю ее взгляд, — я не сделаю тебе ничего плохого.
Нежный лоб не оставляет морщинка.
— Вы не верите мне.
Снова взрываюсь.
— Это говорит человек, который сначала решил пошпионить, а потом несколько недель скрывал правду! Кто из нас двоих заслужил меньше доверия? По всему выходит — я!
Молчит и сопит.
— Я очень сильно боялась.
Обнимает себя руками. Гладит предплечья. Черт, мне хочется положить сверху свои ладони!
Я не могу быть к ней объективным. Когда?! Когда я успел в нее влюбиться? У нас же были нормальные деловые отношения.
— Больше не надо бояться. Ты нужна детям. Теперь твои обязанности сводятся только к ним.
Ну вот, снова эти серо-зеленые блюдца, полные тревоги.
— А кто будет делать мою работу? Мне не трудно …
— Как ты себе это представляешь?
Молчит.
— На кухне… Да и везде можешь брать то, что тебе нужно.
— Булат Романович, я…
— Не надо Романовичей. И перестань мне выкать.
Хлопает глазищами. Сколько я мечтал в них посмотреть! А вместо праведного гнева только ноет под ложечкой.
— Хорошо, — она опускает голову.
В кармане оживает телефон, и на экране высвечивается фамилия — Данилов. Что ж, нам не помешает прерваться. Марика слышит звонок, так что, ничего не объясняя, выхожу в коридор. Шагаю к лестнице.
— Да!
— Ямаев, привет! — бодро начинает друг. — Раз взял, значит, говорить можешь. Есть идейки по твоей пропавшей мамаше.
Горько усмехаюсь. Начинаю спускаться вниз.
— Какие?
Пусть я уже все знаю, мне все равно интересна версия Олега.
— Ты просил проверить сотрудников. Так вот, ты в курсе, что твоя няня рожала? Четыре месяца назад… У нее двойняшки, мальчики.
Марику взяли по рекомендации и сильно не проверяли. Вартан только как всегда просветил ее на предмет уголовки. А семью, друзей, любовников никто не копал. Про детей тоже. Анкету она заполнила сама.
— Я знаю. Марика и есть мать моих детей. Она призналась, — решаю не томить друга.
— Что?! А почему молчишь?
— Все случилось только что.
— О-о-о!
Если бы Марика не сказала про детей, мы уже скоро бы докопались. Не зря я был уверен в Данилове. Кстати…
— А есть какие-то данные про нее? О ее личности? Характеристики, связи.
— Она встречалась с Кириллом Рудовым.
— Это я знаю.
Данилов усмехается.
— Так может быть, девочка откровенна с тобой? Куда она уехала?
Потираю переносицу. Захожу на второй круг по гостиной.
— Никуда она не уехала, — хмурюсь, — зачем ей куда-то ехать?
— О-о-о!
— Послушай, у твоей шестилетней дочери больше словарный запас.
Данилов ржет.
— Кстати, она очень хочет посмотреть на твоих малышей.
— Так давно бы приехали.
Олег с семьей живет в северной столице.
— Не вопрос. Как раз подробно нам расскажете вашу историю.
— Перешел со мной на вы? — хмыкаю.
— Вы с Марикой. Судя по всему, вы вместе? Раз ты оставил ее у себя.
Если нужен образец прямого человека, стоит посмотреть на Данилова.
— Все сложнее…
— Хочешь, чтобы я досконально прояснил ее моральный облик?
С силой выдыхаю. Будет с ней все хорошо и что? Расскажу детям, как пробивал личность их мамы? Какая романтика.
— Не надо. Дальше буду разбираться сам. Спасибо, Олег.
— Пока я изучал ее как сотрудницу, ничего плохого не выявил. Думаю, я должен это сказать. Самое неприятное, что было в ее жизни — это младший Рудов.
— Тоже помнишь Кирю-ю-юшу? С ним у меня будет отдельная история.
— Родители его обожают, — напоминает Данилов.
— Лучше бы воспитали хоть чуть-чуть.
Прощаемся с Олегом, еще раз приглашаю их в гости. Сам иду в кабинет набрасывать план дальнейших действий. Хотя бы документы детям нужно сделать для начала. Раз уж теперь у нас "полная семья".
Глава 21
Марика
Вчерашний день был самым сложным в моей жизни. Кажется, родить сыновей было проще, чем теперь утрясать все с их отцом. Ямаев поступил по-мужски. Хоть и горячился, по факту не тронул ни меня, ни их. И даже не разлучил. Я была в шоке.
Проснувшись утром, просто лежу и смотрю в потолок. Вчера я поднялась к самым небесам в его объятьях, а потом с силой шмякнулась вниз. Самое грустное, что тело запомнило его прикосновения, и во сне ко мне пришел не кошмар,
