Взломай моё сердце, Уолтер - Криста Раэль
Сквозь окно мелькали огни города, но я едва замечал, куда мы едем. Я открыл её контакт в телефоне — её имя сияло на экране, как напоминание, что она реальна. Только что написать?
Итан был слишком внимателен к деталям, чтобы не заметить мою заминку. Его взгляд скользнул в мою сторону, и я ощутил нарастающее напряжение.
В голове всё громче стучало одно: «К черту всё».
Чувствуя, как внутри меня нарастает непонятная смесь нервозности и нетерпения, я наконец открыл сообщения и нашёл чат с Эллисон. Пальцы нерешительно зависли над клавиатурой, и я на мгновение снова застыл.
Глубоко вдохнув, я сжал зубы, и мой внутренний голос будто кричал: «Сделай это уже!»
— Ты чего там замолчал, малыш? — раздался голос Итана, вытаскивая меня из раздумий.
— Да так… Думаю, стоит ли писать одной девушке, — ответил я, прикрывая экран телефона, словно пряча от него этот маленький секрет.
— Изменяешь мне? — усмехнулся Итан, бросив на меня быстрый взгляд из-за руля.
Я не ответил ему, лишь отмахнулся. Сообщение стало складываться само собой — в мыслях это выглядело совсем просто, но по мере того, как буквы появлялись на экране, они обретали всё большее значение.
Я: «Ну привет, лисичка, скучала?)»
И все таки она — реальна, а не моя фантазия.
Глава 6
Эллисон Ведсон
Адам молча вел машину, а за окном постепенно сгущалась тишина, смешанная с ночной прохладой. Мы больше молчали, чем говорили, словно наслаждались тем, что снова рядом. Мы обсуждали те дни, которые провели вдали друг от друга, и каждый раз это обсуждение заставляло меня чувствовать, насколько пусто и тихо становится в доме без него.
Время тянется по-другому, когда его нет. Дом превращается в безжизненное пространство, где каждая тень кажется глубже, а каждый угол холоднее. Я скучаю. До боли, до странного щемящего ощущения, которое не отпускает, пока он не вернется. Иногда я начинаю заниматься чем-то, чтобы отвлечься. И вот он снова здесь, рядом, и становится легче дышать.
Но я не могу понять, почему он так нежно и заботливо относится именно ко мне. Это всегда поражало. С отцом у него, кажется, никогда не было нормальных отношений. Сложные, да. Что-то вроде глубокой раны, которую они оба не могут залечить. Я помню это ещё с детства: их тихие, напряженные разговоры, редкие улыбки и отстранённые взгляды. Казалось, между ними стоит стена, которую никто не может разрушить. И друзья… Я не видела у него друзей уже с тех пор, как он закончил школу. Словно он выбрал путь одиночества, или, может, это одиночество выбрало его.
Но рядом со мной он другой. В его присутствии всегда чувствую тепло, он словно сбрасывает свои доспехи, и только тогда я вижу настоящего Адама. И это чувство — быть тем, к кому он проявляет такую заботу — приносит мне радость.
Когда мы вернулись домой, усталость взяла верх, и я почти сразу погрузилась в сон, словно тело наконец-то позволило себе расслабиться после долгого дня.
Я стояла посреди бесконечного зала, по стенам которого скользили тени, отбрасываемые мягким, рассеянным светом, словно через занавеску пропускали лучи закатного солнца. Потолок терялся где-то ввыси, уходя в туманную дымку, а под ногами был гладкий холодный мрамор, словно застыл и ждал моего первого шага. Но двигаться почему-то не хотелось. Всё вокруг казалось до боли знакомым, как если бы я когда-то уже была здесь, но не могла вспомнить, когда.
Зал был пуст и здесь очень тихо, но эта пустота странно успокаивала меня, хотя где-то в глубине я чувствовала лёгкое напряжение. Вдруг из тишины, словно эхо далёкой мелодии, послышались шаги. Они были едва уловимы, но, тем не менее, приближались. Я оглянулась, ожидая увидеть кого-то, но пространство вокруг по-прежнему оставалось безмолвным.
И вот из темноты, как из густого тумана, начал проявляться образ. Высокий силуэт, едва различимый в полумраке, двигался ко мне. Не было страха, только какое-то странное, тёплое волнение, словно я ждала этого появления целую вечность. Он приблизился настолько, что я смогла разглядеть его глаза — знакомые, такие глубокие, в которых было что-то неизъяснимо тянущее. Я не знала, как оказалась так близко к нему, как мои руки вдруг потянулись и мягко коснулись его пальцев.
Жар от его кожи будто волнами распространялся по всему моему телу, до самых кончиков пальцев. Это было тепло, которое заполнило мое одиночество.
Мое сердце заколотилось, и дыхание участилось, хотя я не могла сказать, почему. Он не произнёс ни слова, но его взгляд говорил больше, чем любые слова. Он держал меня за руку, но в этом прикосновении было нечто большее, словно в нём скрывалась тайна, которую я пока не могла разгадать.
Вдруг свет в зале начал мягко меркнуть, и его образ начал медленно растворяться. Я пыталась удержать его, но пальцы скользнули по пустоте. Лёгкая паника накрыла меня, как холодная волна. Я попыталась крикнуть, но звуки застряли в горле. Его образ исчез, оставив после себя лишь тёплый след на руке.
Я резко подскочила на кровати и осмотрелась по сторонам. Я дома и в своей комнате.
— Ну и приснится же такое, — проговорила я сама себе, трогая голову.
Протёрла глаза и взглянула в окно — вечер медленно полз к горизонту, нежные розовые и фиолетовые оттенки растворялись в синеве неба. Неплохо. Я не ожидала, что просплю столько, но это было не то, что могло бы беспокоить.
Медленно поднявшись с кровати, я ощутила лёгкую негу в теле, ту самую, что приходит после долгого сна, когда голова ещё слегка кружится от не выспавшегося сознания, а тело жаждет чего-то тёплого и успокаивающего.
Направившись в ванную, я уже предвкушала, как горячая вода смоет с меня похмелье, усталость и грязь.
Включив воду, я посмотрела, как струи касаются белого фарфора ванны, а пар, поднимающийся вверх, быстро заполнил комнату. В воздухе повисла тёплая влажность, обещающая полное расслабление.
Я взяла бомбочку для ванны — мягкий аромат лаванды коснулся носа. В мгновение вода вспыхнула цветами, закружившись пузырьками и пеной. Я бросила туда немного соли — мелкие кристаллы растворились почти моментально, словно подчиняясь магии горячей воды. Всё это было как ритуал, как небольшое мгновение заботы о себе, которое казалось таким необходимым.
Пока ванна наполнялась, я встала перед зеркалом, внимательно глядя на своё отражение. Макияж смывался легко. Вода касалась кожи,
