На грани развода - Марика Крамор
Женя рвал и метал в выходные, даже на дачу решился отправиться. Но меня там не нашёл.
Зато побыл пару часов с Кириллом. Ну и да, он уже знает, что я отдыхала с друзьями на турбазе.
По этому поводу он тоже пытался устроить концерт. Но учитывая, что супруг вообще дома не живет… эту тему мы замяли довольно быстро.
В ответ на вопросительный взор официантки выбираю воду, легкий овощной салат и говядину.
— Ты фреш всегда заказывала. Сегодня с чего вдруг воду? — уточняет Женя.
— Вычитала, что это неполезно. Большая концентрация сахара, мякоти нет.
— Зато витаминов много, — возражает муж.
Я мысленно отмахиваюсь и вспоминаю последний вечер на турбазе. Какое-то волшебство, ей-богу. Так хорошо было на душе, спокойно. Давно не чувствовала схожего умиротворения. Мы с девчонками проболтали полночи. Ни о чем. Просто. О своём, женском. И ужин выдался на славу. Рыба, на которую сначала все фукали, могла бы занять гран-при. А почищенные дольки апельсина — контрольный в голову. Спасибо Вилу, давно в свою сторону не видела таких мелочей. Это приятно.
С Женей раньше никогда не было такого. Но зато было хорошо, тепло, спокойно и уютно. Уверенность была. А теперь все изменилось.
Напряжение витает в воздухе, и каждый пытается отстоять своё. А ради чего — оба пока ещё не знаем.
Приносят напитки: мне воду, Жене — эспрессо. Я порывисто убираю светлый локон за ухо и прячу растерянность за прозрачным стеклом. Медленно отпиваю.
Собираюсь с мыслями и нечаянно со стуком приземляю стакан обратно на стол.
— Жень, нам нужно что-то менять, если мы хотим сохранить брак.
— Согласен. Я тебе озвучил предложение. Уволься ты с этой фирмы. Я нормально зарабатываю, нам хватит, — сверкает глазами. — Ты будешь дома, у тебя будет больше свободного времени. Все встанет на свои места.
Кладу локоть на стол, упираюсь подбородком в ладонь и смотрю на мужа. Интересно, почему же он раньше не сказал: «Катенька, ты не напрягайся. Не надо тебе работу искать, маму с Киром напрягать. Я сам все решу, Катенька. Пусть все остаётся на своих местах».
— Жень, раз уж ты об этом заговорил… подскажи, пожалуйста. Где же оно — мое место?
Скрыть обиду в интонации мне не удалось. Ни на грамм.
— Я не против твоей работы в принципе. Но ты ей посвящаешь больше времени, чем семье. Ты ставишь нас ниже.
— Это неправда. Все, что я делаю, я делаю для семьи. Даже, когда бывает сложно. Сейчас уже сезон закончится, не будет такого наплыва, как летом. Зачем мне увольняться?
— Ты меня не слышишь.
— А ты меня, — подхватываю. — Ты обвиняешь в том, что у меня мало времени. Что я развлекаюсь на каждом торжестве. Ты даже не представляешь, какие это нервы и переживания. У меня каждая суббота расписана по минутам, не говоря о том, что к празднику нужно тщательно подготовиться. Вот ты скажи. Когда ты был безработным, бесплодно ездил по собеседованиям, отмахиваясь от кредитов… страдал от недооцененности. Ты скажи мне, Жень. Где было тогда мое место? И где сейчас? Тебе же это точно известно.
— Ты каждый раз припоминаешь, я так понимаю, это никогда не изменится.
Откидывается на спинку велюрового дивана, складывая руки на груди, позволяя поставить перед ним тарелку с горячим. Салаты уже принесли.
— Когда тебе нужна была поддержка и помощь, ты ее от меня получил. А я вместо поддержи от тебя слышу упреки.
— У нас секса полтора месяца не было, а ты говоришь про упреки?
— Может быть, у тебя его не было только со мной? — не уверена, что мы сможем услышать друг друга.
— А у тебя? — Женя уверенно возвращает вопрос, подаваясь вперёд и отодвигая тарелку.
— Я тебе никогда не изменяла даже в мыслях, если тебя именно это интересует.
— Не поверишь, но да. Меня интересует, что мою жену может трахать другой мужик. Прикинь, какой странный я, да?!
— Жень. Вопрос в том, что ты мне не доверяешь?
— С каждым днём это становится делать все сложнее. Ты меня вообще не замечаешь. У тебя нет времени даже дома побыть.
— Да? Но я при этом успеваю и Кира в сад отвезти-забрать. И на футбол сводить. И продукты домой заказать, и убраться, и приготовить. А ты в пробках стоишь, а ты на работе с утра до ночи. Приходишь и постоянно бросаешься претензиями, что у тебя ужин остыл. А потом ноги на диване вытягиваешь.
— А что мне ещё делать, если ты постоянно в телефоне?
— А у тебя сына нет? Поговорить с ним. Как у него день прошёл. Узнать, когда у него следующие соревнования. Не пробовал? Ты не пробовал меня просто так обнять и спросить, как прошёл день у меня? Спросить, устала ли я. Ты вообще пробовал на работе не задерживаться и Кира хоть раз из сада сам забрать?!
— Да я в пробках вечно торчу, ты ж сама знаешь! И утром мне его отводить неудобно, потому что это или за машиной потом возвращаться, или на машине колесить вокруг. Ты прекрасно знаешь, что там одностороннее движение и объезжать полрайона долго, пока заведёшь, разденешь, уже полдня пройдёт. Ты в курсе, что тебе это делать все быстрее и легче!
— Да тебя как послушать, так все мне быстрее и проще самой! Вот поэтому у нас секса не было полтора месяца, потому что я под вечер никакая, потому что мне все легче, а ты вместо того, чтобы нормально обсудить, дверью хлопнул! Ты не предложил ничего!
— Я предложил уволиться.
— Серьезно? А если ты опять без работы останешься? Снова мне обо всем думать? На себе тянуть все? Ты даже с Киром не хочешь в ту же субботу побыть. Что тебе мешает провести с ним выходной и спокойно дождаться, пока я приду в себя в воскресенье?
— Да потому что я не хочу! Твоя работа испортила все. Ты стала слишком резкая. Слишком самостоятельная, ты вообще со мной не считаешься, постоянно все решаешь сама, меня только в известность ставишь и то даже не всегда вовремя.
— Так проблема в том, что я больше зарабатываю в сезон?
— Проблема в том, что ты забыла, что у тебя есть ещё и муж!
Откидываюсь на спинку дивана, отводя взгляд. У
