12 правил, чтобы не влюбиться - Сара Нэй
Дойдя до ступенек библиотеки, я подняла взгляд на увитые плющом кирпичи четырехэтажного здания, гадая, будет ли удача на моей стороне и встречу ли я Оза Озборна внутри. Что ему от меня нужно? Я не дурочка и прекрасно понимаю, что он собрался в эту поездку, чтобы помучить меня. Но зачем? Мы едва знакомы!
Преисполнившись решимости, я протиснулась сквозь тяжелые двери и оказалась в читальном зале. Не удосужившись снять свой массивный пуховик, я начала осматривать глазами первый этаж, внимательно оценивая каждого, кто там сидел. Рыжеволосый парень в очках. Девушка, которая явно отправила его во френдзону, несмотря на все его ужасные попытки подкатить. Латиноамериканец, бывавший здесь чаще меня, с извечной стопкой книг на углу стола. Футболист и его симпатичная светловолосая девушка. И… Оз. Я бы узнала этого мерзавца из тысячи, даже со спины.
Ручка замерла над тетрадью, мышцы сильной спины были напряжены и виднелись под тонкой светло-голубой футболкой, позволяя фантазии разгуляться. Я и правда могла спокойно разглядеть отсюда каждый мускул, выделявшийся на его широченной спине. Боже, этот придурок великолепен. К сожалению, он был не один; я узнала в одном из парней того идиота с вечеринки, который был вместе с Озом и плотоядно пялился на меня. Тем не менее я направилась прямо к их столу, настроенная высказать все. Я остановилась так резко, что локтем врезалась в Оза сзади, с удовлетворением подметив черную чернильную линию, растекшуюся по чему-то, похожему на важную работу.
Усмехнувшись, я наклонилась к нему как можно ближе, чтобы он смог расслышать каждое слово. Мой черный пуховик коснулся его твердого, как скала, плеча, когда я зашептала прямо ему на ухо:
– Я сейчас тебя просто убью.
Он откинулся назад, широкими плечами привалившись прямо на меня, а потом склонил голову на бок:
– Я получаю угрозы ежедневно, Джейми. Тебе стоит быть поконкретнее.
– Зачем ты это сделал? Совсем спятил? – Я отстранилась, ударив его по руке. Теплой, твердой, мускулистой руке.
Он наконец бросил писать, отложил ручку и, упиваясь собой, повернулся ко мне. Самоуверенный придурок. И его дружок не лучше.
– Этой-то что ты сделал, Оззи? Слишком жестко вставил?
Здоровенный темноволосый парень грубо загоготал, как будто я какая-то шутка. Как будто я одна из их фанаток, выстраивавшихся в очередь, чтобы переспать с ними. Просто ничего не представляющая из себя прилипала. Он, должно быть, решил, что я завелась до предела, потому что его прежде равнодушный взгляд вспыхнул и он перевел свои ледяные голубые глаза на Оза:
– Уведи ее отсюда.
Я снова шлепнула Оза, у которого от смеха в уголках глаз образовались морщинки. Он демонстративно медленно осмотрел меня от головы до пят – прямо как Сидни с Эллисон и всех остальных девчонок, включая ту рыжеволосую девицу, которая ласкала его на вечеринке. Черство, холодно и пренебрежительно.
– Я тебя умоляю. – Я драматично закатила глаза. – Не пытайся даже делать вид, что не знаешь, кто я, мерзавец. Сейчас я так зла, что готова задушить тебя голыми руками.
Раздалось еще больше смешков, когда Оз ответил:
– Мне нравится пожестче, как и любому другому парню, Джейми, но почему бы тебе не подождать, пока мы останемся одни?
– Ха-ха. Считаешь это забавным? Для тебя все это – глупый фарс? Но знаешь что? Забудь об этом – ты не поедешь со мной на весенних каникулах в поездку.
– Погоди, – озадаченно пробормотал сидящий с ними светловолосый спортсмен. – Оззи, бро, это твоя сестра?
Оз подмигнул мне:
– Двоюродная сестра.
Я не обратила внимания на этого придурка, хотя мои щеки и зарделись:
– Себастиан Озборн, я хочу, чтобы ты прямо сейчас позвонил и отказался от этой поездки.
– Вау, Оззи, она использует твое полное имя. Да она в ярости! Вы точно еще не спите вместе?
Вместо того чтобы ответить на колкость, Себастиан залез в сумку, достал пачку жевательной резинки и, медленно развернув одну пластинку, положил ее в рот и сказал:
– Прости, Джейми, я уже заплатил.
Я скрестила руки на пышной груди.
– Что ж, печально, да? Потому что ты сейчас же позвонишь Чеду Хэнсону и все отменишь, – фыркнула я, с трудом подавляя желание топнуть ногой в знак протеста.
Услышав мой повышенный тон, Оз оглядел тихую библиотеку сначала через левое, потом через правое плечо и заговорщицки понизил голос:
– Слушай, Джейми, мы можем обсудить это в частном порядке? Без толпы зрителей?
Смотрите, кто о порядочности заговорил! Хорошо. Попробуем решить все цивилизованно.
Он оттолкнулся своим гигантским телом от стола, заставив стул со скрипом протащиться по деревянному полу. Наконец он встал, поднявшись в полный рост. Еще одно напоминание о том, сколько в нем мужской силы. Теперь его тело возвышалось надо мной. Я с трудом сдержала дрожь, когда его рука мягко обхватила мое предплечье. Оз потянул меня в дальний конец библиотеки, уворачиваясь и лавируя между столами, словно бегущий по лабиринту. Прижав меня спиной к дальней стене, он оперся на нее руками, склонившись ко мне так, чтобы наш разговор стал более приватным. Он пах мятной жвачкой, свежестью душа и лосьоном после бритья с древесным запахом. Как горячий дровосек. Одним словом: наслаждение.
Он промурчал мне в ухо:
– Джейми, я поеду.
– Ты спятил? – прошипела я. – Что, черт возьми, на тебя нашло? Ты даже не знаешь меня. Зачем тебе ехать со мной?
Я знала, что у него нет лишних денег. Более того, я была уверена, что он на мели.
Голубые глаза Оза впились в меня, и я подметила, как он внутренне борется сам с собой. Ему хотелось что-то мне рассказать. На это указывало то, как изогнулась его бровь. Но о чем именно? Что, черт возьми, творится в его большой красивой голове?
«В большой красивой голове»? Брр. Что это со мной в последнее время? Я мысленно отвесила себе затрещину, а Оз покачал головой:
– Прошлым вечером я заплатил кредиткой, Джейми. Я потратил шестьсот долларов, которых у меня нет. Я поеду.
Мой рот приоткрылся. Я совершенно его не понимала:
– Но зачем? Зачем тебе это, Себастиан? Нельзя всего через несколько дней после знакомства с человеком решить поехать с ним куда-то. Это как-то нездорово.
Он поднял свободную руку и провел ею по своим растрепанным волосам.
– Потому что. – Слова резко сорвались с его губ, и ему пришлось глубоко вдохнуть, выравнивая дыхание, чтобы продолжить. – Потому что хотя бы раз в своей идиотской жизни я хочу почувствовать, каково это – быть рядом с человеком, который не знает ничего про меня.
Я поморщилась:
– И как мне это, по-твоему, понимать?
Он прислонился к стене и засунул руки в карманы, в его взгляде сквозило веселье.
– Видишь? Об этом я и говорил.
Я вконец запуталась. Он еще раз вздохнул и попытался объяснить:
– Джейми. Я представляю наш университет на борцовском ринге. В следующем году, возможно, начну готовиться к Олимпиаде. Или найду работу где-нибудь в офисе. Я буду там, где крутятся деньги, и я очень далек от обычного.
Через пару мгновений я собралась с мыслями и задала вопрос:
– Неловко спрашивать, но неужели борьба настолько уж важна?
Я подметила, что он пытался сохранить невозмутимость, но потерпел полный крах – его челюсть от неожиданности отвисла.
– Важна ли? Джейми. Джейми. Тысячи фанатов каждый сезон выкрикивают мое имя. Меня показывали по телевизору.
