Секретарь для монстра. Аллергия на любовь - Анна Варшевская
Откидывается на спинку кресла, сцепив пальцы в замок поверх стола.
- Вы, хоть и проработали совсем мало, заметили проблему уже на первом совещании. Но вы не можете знать, что ситуация с логистикой вышла за рамки внутренних ошибок. Проблемы у контрагентов нарушают обязательства, и это бьет по всей цепочке поставок. Решать подобное дистанционно бессмысленно. Нужно личное присутствие, переговоры и жесткий контроль.
Киваю, не понимая, куда он ведет.
- По внутреннему регламенту компании, - Резанов чуть сощуривает глаза, продолжая безотрывно смотреть на меня, - я не могу взять вас с собой. Эта поездка предполагает глубокое погружение во внутренние процессы работы компании, а у вас еще не закончился испытательный срок, и вы не должны иметь доступа к такому уровню информации.
Делает паузу, в которую я пытаюсь осмыслить его слова. То есть, мне придется остаться тут одной?
- И тут я подхожу к тому предложению, о котором упомянул в начале, - продолжает мужчина. - Я не могу взять вас с собой, как секретаря компании. Но… я могу взять вас с собой, как своего личного помощника.
Застываю, с трудом удержав поползшую вниз челюсть.
- На моих личных помощников регламент никак не действует, - Марк Давидович отводит взгляд на секунду, еле заметно хмыкает, а может, мне это кажется. - Предполагается, что это мое личное дело, - и снова смотрит на меня, словно ждет моей реакции.
- Это.… для всех так? - выговариваю первое, что приходит в голову. - Вам не кажется, что это… дыра в системе безопасности компании?
Похоже, он совершенно не ожидал услышать такие слова, но отвечает быстро, не задумавшись.
- Нет, такие привилегии есть только у меня и еще у двоих людей из совета директоров. А мы, как вы понимаете, осознаем ответственность, которая на нас лежит.
- Конечно, - выдыхаю кое-как.
- Так вот, Ева Андреевна, - он чуть подается вперед. - Я предлагаю вам занять должность моего личного помощника. Разумеется, полностью официально, с заключением приложения к трудовому договору и соответствующей оплатой.
- То есть… я должна буду уволиться из компании? - спрашиваю растерянно. - И вы станете моим единственным работодателем?
- Увольнение необязательно, - Резанов качает головой. - Так как вы на испытательном сроке, то эти три недели просто войдут в него, как обычные рабочие.
- Это… только на время вашей командировки? - уточняю тихо, глядя на свои сцепленные на коленях пальцы.
- Пока да, - звучит неопределенный ответ. - О вашей дальнейшей работе я буду принимать решение исходя из того, как вы покажете себя в ближайшие недели.
Киваю, не поднимая головы и неосознанно снова покусывая губы.
- Вы можете дать ответ сейчас, - произносит Марк Давидович после длинной паузы, и я слышу легкое недовольство в его голосе. - Или подумать до конца рабочего дня. Я жду ваше решение сегодня.
- А если… я откажусь? - все-таки поднимаю на него глаза.
- В таком случае я передам кадровому отделу распоряжение найти для вас временную должность, - Резанов уже пододвигает к себе какие-то документы, явно показывая, что дальнейший разговор не имеет особого смысла. - Но не могу обещать, что за вами сохранят рабочее место, в компании сейчас практически нет открытых вакансий.
Это я и сама знала. Митя говорил, что попасть сюда в принципе сложно, они редко набирают людей. А значит… и оплаты у меня не будет, чтобы погасить долговой платеж. И не факт, что Резанов возьмет меня обратно, когда вернется из своей командировки. Точнее даже, наверняка не возьмет, зачем это ему…
А ведь есть еще Адам. И я почти на сто процентов уверена, что он не оставит меня в покое. И Леонид…
- Ева Андреевна, идите, - вырывает меня из лихорадочных размышлений ровный голос. - И до вечера сообщите мне о вашем решении.
Машинально кивнув, встаю и выхожу в приемную, чувствуя на себе тяжелый взгляд своего начальника.
Сажусь за свое рабочее место. Руки сами начинают перебирать оставленные бумаги, автоматически рассовывая их по папкам, а мозги в это время отстукивают варианты. Согласиться?.. Не согласиться?..
Как метроном в голове, стрелка туда-сюда, туда-сюда.…
Пульсация становится нестерпимой, и я, встряхнув головой, встаю, наливаю себе холодной воды, снова сажусь, ставлю стакан рядом.
На самом деле это выбор без выбора.
Конечно, я должна согласиться.
На одной чаше весов хорошо оплачиваемая работа, дающая возможность разобраться наконец с долгами, и побег от пары мужчин, каждый из которых по разным причинам не оставит меня в покое. А на другой - три недели один на один с моим боссом. Тоже мужчиной, на секундочку…
Да ладно уж прям, ну не наедине же ты с ним будешь все это время, Ева! Вы же едете по работе - он будет одним своим видом пугать до икоты всех своих подчиненных, а ты - просто таскать за ним бумажки.
Но нам придется останавливаться в гостиницах. Ездить вместе - самолет, машина, что там еще может быть. Возможно, вместе питаться. Это неизбежно сближает и заставляет узнать подробности о другом человеке…
Ну и чего ты боишься? Что он узнает о тебе какие-нибудь подробности? Какие, прости господи?! Что ты терпеть не можешь яйца? Что тебе нужно чаще, чем другим людям, принимать душ - ну или протирать тело чем-то влажным, иначе у тебя может подняться температура? Об этом, кстати, он уже и сам мог догадаться, если его конечно в принципе волнуют подробности твоего состояния. Что весьма сомнительно.
Почему-то меня практически не смущает, что я, возможно, узнаю о своем боссе что-то чересчур личное. Вряд ли он будет вести себя как обычный человек. Ну и потом, начальство - оно начальство и есть, так ведь? Какое мне дело до его рациона и привычек. Меня даже, в отличие от остальных девушек в компании, любопытство не сжигает на тему его перчаток… ну если только совсем чуть-чуть.
У каждого свои тараканы в голове, а при наличии целой армии собственных я с уважением отношусь к чужим.
Придя к окончательному выводу, решительно встаю, подхватываю и ровняю в руках папки, которые нужно разложить в шкафу.
- Помочь? - раздается голос, и я, неловко развернувшись, сшибаю на пол стакан с водой.
- Да вашу ж мать! - вырывается у меня непроизвольно.
- Полностью согласен, - фыркает зашедший в приемную Адам. - Мать у нас та еще. Но все равно не стоит
