Невероятная для офицера - Анна Филин
Убегая с работы, я поймал грустный взгляд Коли. Вот что мне с ним делать? И главное — куда меня приведет мое большое сердце? Устроил вокруг себя детский сад.
— Если планов нет — поехали прокатишься со мной по району.
Надо ли говорить, что спустя пару минут он догнал меня с по-детски сияющим лицом.
— Спасибо, что позвал.
Он плюхнулся на переднее сидение, улыбаясь во весь рот.
— Какие планы?
— Хочу с Машей поговорить, ее выдернули на работу, там это будет сделать несложно. Но вот где искать ту лавку? Ладно, теряем время, — и я завел двигатель авто.
Первым делом приехал на точку, где видел ее, но там торговали два молодых парня нерусской наружности.
— Поехали на Холмовскую улицу, здесь недалеко, там тоже овощная лавка, — подсказал Коля, он опять уткнулся в планшет, едва сев в машину.
Мы поехали туда. Небольшой рынок, павильоны, ларьки, достаточно оживленно. Я прошелся по рядам, заглядывая в овощные палатки и читая свидетельства о собственниках бизнеса. Нашел Сафарова Гачая Джамильевича. Но за прилавком стояла не Маша.
— Ух, как у вас все вкусно! А взвесь мне, красавица, три помидора, повкусней.
— А к помидорчикам лучок свежий, зелень? Час назад привезли, — молодая девушка, чисто говорящая на русском языке, охотно предлагала товар.
— И лучок, и фруктов посвежее. Хороший у вас товар, я не первый раз покупаю. Заметил фамилию Сафаров, у него только и беру, да только далеко мне ездить от дома.
— А где живете-то? У Араза много точек на районе: на Плавильной, Угрюмой, возле супермаркета центрального две…
— Нет, далековато, а еще где? И орехов еще, вот этих и тех, грамм по триста. — Я продолжал забалтывать продавщицу и одновременно делал запасы. Часть домой, остальное на работу отнесу, Колю опять же кормить надо.
В итоге набрал два пакета всякого вкусного и выяснил все адреса точек.
— Записывай, пока помню.
Сев в машину, я продиктовал Коле все улицы, достал из пакета мешки с орехами и протянул ему.
— Будем ужинать.
Коля вбил все адреса в карту, построил маршрут, и мы поехали объезжать точки. Дальше — просто. Если не было возможности увидеть, кто торгует, из машины, я подходил к палатке, а затем шел обратно.
Спустя полчаса, именно у супермаркета, я и заметил Машу. Возле ее палатки толкались трое, оценивали товар. Рядом с ней стоял и разговаривал по телефону молодой парень, улыбался, размахивал руками. Он мне не преграда. Я нагло припарковался возле самой палатки.
— Маша, мне нужно с тобой поговорить, — я зашел с главного.
Она сжалась, втянула голову в плечи и испуганно перевела взгляд на парня.
— Эй, уважаемый, не нужно к женщине приставать, покупай что надо и иди с миром, — отлепил парень трубку от уха.
— Маша, я не отниму у тебя много времени.
Я сделал шаг навстречу ей, за прилавок. Она шаг от меня. Глупая, я же помочь пришел.
Парень своим щуплым тельцем перегородил дорогу. Зря он так. Я слегка толкнул его, подхватил, когда он начал терять равновесие и легонько ударил снизу по челюсти. Пару минут поспит, отдохнет.
— Гедим, Гедим! Что вы с ним сделали?
Машино состояние перешло из испуга в панику.
— Маша, я из полиции, — нагло соврал. — Я тебя не обижу, ответь мне на несколько вопросов.
Нет ведь, она практически вжалась в коробки в дальнем углу. Пришлось протиснуться, что-то я столкнул, но не нарочно, просто тесно мне там. Схватил ее за руку и потащил наружу.
— Не надо, отпустите, прошу! — вопила со слезами в голосе она.
— Да что это, средь бела дня людей хватают! — подала голос сердобольная старушка.
— Полиция! — рявкнул ей в лицо и сверкнул пропуском на завод.
Народ расступился, давая нам пройти, но никто не расходился, все с интересом наблюдали за разворачивающимся на их глазах действом.
Я силой усадил Машу на заднее сидение, заблокировал ее дверь, сам уселся на свое место.
— Ты что творишь? — Колины глаза вылезли из орбит.
— Цыц! Маша, муж обижает тебя?
— Отпустите меня… — плакала она, сгорбившись и склонив лицо к груди.
— Я не держу тебя, но мне нужно, чтобы ты со мной честно поговорила.
— Не надо, прошу, отпустите…
Заладила одно и то же, чем сильно меня взбесила. Я же пришел причинять добро. Как она не понимает? От злости я сжал кулаки.
— Эй, ты кто такой? Быстро отпустил ее! — проснулся ее защитник и начал орать в открытое окно.
Да вы дадите мне поговорить или нет? Я завел машину и под причитания Маши свернул за угол, затем вниз по улице, снова повернул и остановился на парковке.
— Я не причиню тебе зла, я помочь хочу, — я развернулся к ней, желая продолжить разговор.
Куда там, она рыдала навзрыд и умоляла только об одном — вернуть ее обратно.
— Заканчивай, — переводя испуганный взгляд с меня на нее, добавил маслица Коля.
— Всем молчать! — гаркнул я.
Я был уже как кипящий чайник, а ответов так и не получил.
— Маша, ты любишь своего мужа?
Вот как с ней такой разговаривать? Попробую с другой стороны зайти.
— Отпустите меня, пожалуйста…
— Маша, ты давно замужем?
— Прошу вас, разрешите мне уйти, — она дергала ручку двери.
Я бился с ней минут пятнадцать, а в ответ только мольбы о пощаде и просьбы ее отпустить. И вот когда я озверел окончательно, послышались звуки полицейской сирены.
— Кабзда тебе, майор, — прокомментировал Коля, когда перед нашим капотом остановилась патрульная машина.
Я какой-то частью мозга, забитой в угол накопившейся за два дня яростью, понимал, что кабзда, но оттого, что не получил ни единого ответа, остановиться уже не мог. Вчерашняя встреча с мужем Маши, сегодняшний «обломный» разговор — все в кучу.
— Выйдите из машины. — Молодой сержант демонстративно держал руку на кобуре.
— Подожди, брат, я не договорил.
— Немедленно выйти из машины! — повысил он голос.
— Послушай, ты из полковых, да? Воронов твой командир? Так вот мы с ним знакомы, я свой, из ОМОНа.
— Я буду применять силу! — парень не на шутку испугался.
Того и глядишь, стрелять начнет, уже кнопку на кобуре расстегнул.
Второй вообще стоял перед капотом с поднятым пистолетом, направленным в
