До встречи в Дубае - Виктория Короткова
День шел хорошо, но возвращение в отель принесло разочарование. При входе за стойкой никого не было, и меня не предупредили о том, что работа незакончена. Я ожидала вернуться в привычный чистый пустой прохладный номер, потому так удивилась, увидев строительную пленку на мебели и инструменты, разбросанные по полу. Кровать была отодвинута в угол комнаты и преграждала путь. Половина потолка была разобрана и панели валялись, где попало.
Я ушла ужинать, надеясь, что примелькалась рабочим и они догадаются быстро закончить. Я была уверена, что вопрос решиться к тому времени, но ничего не изменилось за последние сорок минут, что я растягивала трапезу. Ремонтники все еще занимали мой номер, и я застала их весело отдыхающими и курящими на моем балконе. Их было уже трое, но никто из них даже не пытался притвориться, что чинит кондиционер.
Тогда я вновь попытала счастье поймать хоть кого-нибудь на ресепшен и спустилась в холл. Девушка-администратор принесла глубочайшие извинения и предложила переместиться в другой номер, находящийся двумя этажами выше. В ее глазах тоже промелькнул страх, но я не видела причин устраивать скандал и просто согласилась. Она поднялась со мной, строго попросила работников покинуть номер, чтобы дать мне время собрать скромные пожитки.
Вещей у меня было немного, поэтому вскоре я уже шла за девушкой к лифту. Она много раз извинялась, говорила, что так случается очень редко и они обязательно восполнят потерянное время и силы. Меня хватало только на то, чтобы кивать и улыбаться. Я действительно не имела претензий, но мне уж очень хотелось отдохнуть. Только сейчас я почувствовала, как устала, осилив лишнюю коробку документов. А возможно, что наконец настала акклиматизация, и организм требовал дополнительного отдыха.
Распаковывать вещи я не стала. Закинула чемодан в угол и огляделась. В новом номере, который ничем не отличался от предыдущего, меня ждало несколько сюрпризов. На столе стояла корзина фруктов. На журнальном столике стояла корзина сладостей, и я потерла руки, решив всех их аккуратно упаковать с собой и не тратиться из командировочного бюджет. Здесь было несколько шоколадок с верблюжьим молоком и знаменитый дубайский шоколад с фисташковой начинкой, но я все же сдержалась и сразу бросила в чемодан. А вот свежие фрукты взять с собой было нельзя, поэтому я могла спокойно накинуться на них в любой момент. Тем более, они привлекали своей экзотичностью и ароматом. Неприятный осадок от ситуации мгновенно исчез, наполнив рот слюной.
На шведском столе были привычные арбузы, дыни, бананы. Но сейчас у меня лежали личи, манго, питахайи, гуавы, папайи, карамболы. Нет, я не знала все названия, но не пожалела времени, чтобы найти ответ в интернете. А потом и отведать по очереди. Я почувствовала себя настоящим фуд-блогером, когда снимала видео, пробуя новый фрукт. Кажется, что из всей корзины я ела только манго, поэтому оставила его напоследок.
Наевшись до отвала, я легла и занялась обработкой отснятого материала. Когда все было готово, я загрузила его в семейный чат. Возилась я долго — на маленьком телефоне было неудобно работать. А потом еще столько же переписывалась с родными — для смеха я и маме тоже послала. Легкие фрукты успели перевариться, но спать я еще не собиралась, и решила исследовать отель. При заезде мне рекомендовали посетить открытый бассейн с баром. Лаунж не был предназначен для спортивного плавания по отдельным дорожкам, как в других отелях. Он предполагал вальяжный заплыв с романтической подсветкой на высоте птичьего полета с видом на неспящую пустыню. И можно было заказать коктейль.
Я натянула купальник, накинула халат, предоставленный отелем, и вышла из номера. В коридоре чуть не сбила проходящего мимо мужчину, за что тут же извинилась. Это произошло так быстро, что я не обратила внимание на лицо незнакомца. А когда повернулась к лифту, столкнулась нос к носу с другим, и уже не могла избежать прямого взгляда. Это был музыкант. Тот самый, из павильона Южной Кореи. Мы долго смотрели друг на друга. А потом я выпалила фразу, единственную которую выучила вместе с дочкой, когда под влиянием кей-попа она решила пройти бесплатный начальный курс по корейскому.
— Аньон хасейо, — сказала я, сделав неглубокий наклон. — Чонын Аурора инмида. Маннасо пангапсымнида. (Пер. — Здравствуйте, меня зовут Аврора. Рада знакомству.)
Когда я подняла глаза, молодой человек смотрел на меня с ослепительной улыбкой. Где-то сбоку я услышала ответные фразы на корейском и повернулась, чтобы традиционно поклониться и другим участникам группы. Гитарист радостно защебетал на хангыле (пер. — корейский язык), но увидев в моих глазах смятение, если не ужас, все же перешел на английский.
— Простите, это все, что я знаю, — смутилась я.
— Как приятно слышать родную речь далеко от дома. Но откуда вы узнали, что мы из Южной Кореи?
— Я знакома с вашим творчеством, Ли Риан. Или лучше сказать Рианэл?
Я опять поражалась, как просто, но продуманно звучит его сценическое прозвище. Лишь переставив все слоги имени наоборот и сократив фамилию до одной буквы, он создал шедевр. Псевдоним музыканта на письме выглядел, как «AnRi L.», но на слух звучал как «Unreal» (пер. — нереальный, крутой, потрясающий). Более того, его «английским именем» (примеч. автора — многие корейцы выбирают себе простые английские имена для общения с иностранными коллегами и знакомыми) было Henry(Генри), но на французский манер читалось как Риан, и в точности повторяло его артистический ник. Ну разве не гениально?!
— О, так неожиданно и очень приятно!
Теперь пришла его очередь смущаться. Да! Каким бы харизматичным рэпером и талантливым певцом он не был, как бы эффектно не смотрелся с гитарой, сейчас он искренне удивлялся своей славе. Дочка рассказывала об этом феномене корейского шоу-бизнеса: крутые парни на сцене в жизни превращались в милых скромняжек.
— А не мог ли я вас видеть где-то? — вдруг спросил он, и мое сердце забилось быстрее.
— Да, недавно наши пути пересекались, но не думаю, что…
— На выставке? Пару дней назад? В зеленом платье?
Мои брови поползли вверх, и от удивления я не удержала рот закрытым:
— О боже, да. Как вы только запомнили?
— Ну что вы! Вас невозможно было не заметить. Золотые кудрявые волосы, бронзовый загар и изумрудное платье. Если позволите, я сохраню этот образ для будущих песен.
— Ой! Я буду только рада внести вклад в ваше творчество.
Мы продолжали улыбаться, но не знали, как продолжить разговор. Ли Риан встрепенулся первым:
— Простите, я не отвлекаю вас? Вы куда-то собирались.
— Я хотела поплавать. Знаете открытый бассейн
