До встречи в Дубае - Виктория Короткова
Мне стало так стыдно за повторяющийся неправильный выбор в пользу комфорта и отшельничества. Мы не жили семьей, а как послушные обитатели романа «Мы» следовали общепринятым правилам, даже не представляя, что была жизнь за искусственно созданными ограничениями. Шаг в сторону считался попыткой побега, а прыжок — попыткой улететь. И мне было совсем не смешно.
Следующей реакцией должны были стать самообвинения и самобичевания. Но я стояла на балконе, купол светился фиолетовым, играла легкая музыка, и мысли принесли другое решение, маленькие шажки, которые помогли бы постепенно выровнять наш семейный лайнер на нужный курс. Например, я смогла бы выкраивать время на знакомство с местностью в командировках и привозить не самые очевидные сувениры, а нечто, наполненное национальным колоритом. И рассказывать об этом родным, чтобы делиться с ними новыми эмоциями, привносить в нашу жизнь яркие краски.
Сколько радостных мурашек побежало по телу, когда я поняла, что уже встала на этот путь. Я уже менялась, уже напитывалась чужой культурой, чтобы потом излить ее длинным рассказом по возвращении домой. Люди, которых я встречала, вдохновляли меня на внутреннюю революцию, и я готовилась к борьбе за собственное счастье. Однако город имел на меня совсем другие виды.
1-й год. Глава 3. Часть 2
1-й год. Глава 3. Часть 2.
Следующим утром я проснулась не от будильника, а от тяжелой духоты. Мне снилось, что я задыхаюсь, и от страха резко вынырнула из сна. Подушка и одеяло были влажными, а тело — липким от пота. Потом я ощутила мерные удары по голове и, вспомнив рассказы о японских пытках, тут же вскочила. Немного проснувшись, я вытянула руку, чтобы поймать каплю и проследить, откуда она стекает. Над местом, где сейчас лежала моя подушка, собирался конденсат. Именно он терроризировал меня все утро, но не он был причиной духоты.
Я нашла пульт управления кондиционером. На термометре было тридцать градусов — не удивительно, что я была мокрая. Попытка снизить температуру ни к чему не привела — аппарат остался глух к командам. И действительно я услышала, насколько в комнате стало тише. Обычно всегда в фоновом режиме гудели воздуховоды, а сейчас уровень белого шума снизился настолько, что я услышала стук своего сердца. Нужно было вызвать ремонтную службу, но прежде я залезла в душ, чтобы освежиться и облачилась в легкий брючный костюм.
Через несколько минут в дверь постучала менеджер отеля с извинениями за предоставленные неудобства. Это было молоденькая арабка, и в ее глазах отражался страх. Я поспешила успокоить ее улыбкой, что не имею претензий лично к ней, но очень хочу, чтобы поломку исправили. С девушкой пришло двое мужчин, по виду пакистанцы, в серых рабочих комбинезонах. Первым делом тот, что помладше, подошел к балкону и открыл дверь. В комнату ворвался свежий воздух, и я расстроилась, что сама не догадалась так сделать. Тем временем, я рассказала, как проснулась, и мужчины начали осмотр. Я шепнула менеджеру, что пойду на завтрак, чтобы им не мешать, и вышла из комнаты.
Когда вернулась, услышала нерадостные новости, что «при внимательном осмотре комнаты стало очевидно, что сломался кондиционер». А также что ремонт займет много времени. Не хотелось оставлять вещи без присмотра при открытых дверях и снующих туда-сюда рабочих. Но Дубай считается одним из самых безопасных городов в мире, поэтому я оставила все как есть — у меня не было ни больших сумм, ни драгоценностей, я даже ноутбук свой не брала в этот раз — и поехала в офис.
В этот раз я спросила про сувениры для дочки. Оливия внезапно вспомнила про неотложное дело и убежала. Мы с Ясминой переглянулись. Несложно было догадаться, что, точнее кого, она оставила в Бразилии. И мы не стали бередить ее рану. Зато Юлю с Жанной было не остановить: они с удовольствием вспоминали все, что покупали за последние несколько лет. У меня уже были куплены вещи с символикой группы, на концерт которой я так неожиданно попала, однако я ощущала, что купила их больше для себя. Поэтому записывала все, что предлагали.
Первым пунктом стали сладости. Мои сладкоежки всегда радовались новым вкусам. Я отметила места, где лучше покупать восточные лакомства. Директор так разрекламировал кофе, что я собралась накупить его мужу, заядлому кофеману. И девчонки подсказали, где лучше набрать для пробы. Для мам коллеги предложили приобрести шелковые шали, и мне понравилась эта идея. Я была уверена, что если бы смогла попасть в цвет нового пальто, то свекровь чаще брала бы внучку на выходные. Кофейник далла — я впервые о нем слышала! — отлично подходил в подарок начальнику. Его скорый день рождения всегда вызывал много мучений. Остальное я решила смотреть по факту, потому что сувениры в виде пальм или верблюдов уже примелькались. А ювелирные изделия были мне не по карману.
Довольная проведенным опросом, я считала, что выполнила первую часть задания — подготовилась к отъезду заранее. Ведь я никогда не любила собираться впопыхах. Но при моей нелюбви к затяжному шоппингу мне нужно было точно знать, куда идти и что покупать, чтобы не потеряться в возможностях. Оставалось всего пару дней, а график и так был насыщенный.
На радостях я обработала в два раза больше документов, чем предполагала. И дело было не только в моих сверхпрофессиональных способностях, а в том, что документация была в порядке. Мне показалось удивительным, насколько дотошно сотрудники подходили не только к делам компании, но и к письменным отчетам. Листы перелетали из одной пачки в другую потому, что глазу было не за что зацепиться. У них была в порядке бухгалтерия, внутренняя документация, личные дела сотрудников. Все отделы взаимодействовали по четкому протоколу, не обесценивая работу друг друга. Работали слаженно и дружно. И это все люди из разных стран, в которых были свои традиции, свои подходы к воспитанию, свои неповторимые стили жизни. И все-таки они находили общий язык лучше, чем соотечественники друг с другом.
Подарок, а не командировка! Чем меньше работы, тем больше времени для прогулок и шоппинга. Так что когда Ясмина заглянула в конце рабочего дня, я уже была готова на выход. В этот раз она вызвала для меня знакомого водителя, но напоследок я набралась смелости и спросила, как называлось ее платье. Абайя. И я
